Приют мертвых
— Хочешь потерять все? Свяжись с наркотиками, и конец тебе обеспечен, — упрямо повторял Терри.
Риск, разумеется, был, Чарли этого не отрицал. Зато и отдача была что надо.
— Такое занятие для молодых, — вслух ворчал он, правда, закрыв за собой дверь. Можно подумать, что отцовские задумки ничем не грозят. Чарли морщился, когда вспоминал вечер в доме на Тауб-авеню. Коротышка кричал и кричал, пока его не прикончили вторым или третьим ударом мачете. А потом оказалось, что он еще и навалил в штаны. Гадость!
На чердаке было темно — наступил период сушки, и лампы дремали. Срезанные растения вялились головками вниз. Чарли нашел весы и принялся упаковывать товар в закрывающиеся на молнии мешки. Скоро он все отсюда уберет, какое-то время, чтобы не рисковать, переждет, а затем решит, как поступить с наличностью.
Если Памела Флек, женщина средних лет, управляющая в гостинице «Вэлыо Стэй», где жили Дерек Шмидт и Кен Бигби, пока оставались в Индианаполисе, заметила ссадину на переносице Бэра или догадалась, что он работает на «Каро», то ничем этого не выдала.
— Мне необходимо попасть в номера двух наших сотрудников, останавливавшихся у вас. — Бэр обратил внимание, что она больше заинтересовалась его одеждой.
— А вы, ребята, всегда ходите в костюмах?
— Всегда. У нас сегодня выходной, меня попросили просто сюда заглянуть.
— Идите за мной. — Женщина удивила его своей покладистостью. — Вы аккуратно платите по счетам, и я с радостью вам открою. — Она достала хозяйский электронный ключ, толкнула дверь и спросила: — Ваши коллеги что-нибудь забыли?
Бэр моментально понял, что она подразумевала людей из «Каро», уже побывавших здесь. Вещи Шмидта собрали и оставили на столе в нише в незапечатанных картонных коробках.
— Да, кое-что, что нам необходимо на работе, — ответил он и, запинаясь, зачем-то добавил: — Шмидта и Бигби перевели в другой город.
— Другие тоже так сказали, — заметила Пам, отступая в маленькую кухоньку дожидаться, пока Бэр закончит осмотр.
В коробках не оказалось ничего, кроме сложенной одежды, обуви, туалетных принадлежностей, газет и журналов. Не оставалось сомнений, что комнату хорошенько зачистили. Если в ней и было что-то интересное — папки, записи, ноутбук, — все это унесли люди из «Каро», так любящие все усложнять.
Бэр прервал свое занятие и сделал шаг назад.
— Не можете найти чего-то нужного?
— Да-да, — и действительно, ничего полезного не попадалось, и он порылся в большой пластмассовой кружке из «Бургер кинг». В ней оказалось с фунт мелочи и спичечные книжки из таких мест, как «Танцор инди», «Папашины лучи», «Перевернутые танцульки» и «Красная подвязка», из чего Бэр заключил, что Шмидт весьма охотно проводил время в барах.
— Может, ваши коллеги уже забрали?
Бэр кивнул.
— Хотите проверить вторую комнату? — поинтересовалась управляющая.
Не было смысла копаться в стерилизованном помещении: все равно ничего там не обнаружить — ни о разыскиваемых им людях, ни о том, где их искать. Но, убежденный педант в своей работе. Бэр согласился:
— Конечно. — И поплелся за женщиной.
Кенни Шлегель въехал на стоянку кафе-чили «У Ника» и сразу же заметил отцовскую машину. Терри и Кнут сидели за столом и пировали. От вида их тарелок у Кенни скрутило желудок. На вывеске у двери было объявлено блюдо дня: четыре чили-дога или полфунта рыбы всего за пять долларов девяносто четыре цента. Вот это удача. Именно это блюдо и заказали Терри и Кнут, дополнив его мисочкой чили.
— Неудивительно, что ты руками и ногами против установления срока годности на запаски, — заявил Кенни, опускаясь на стул.
— Это для тебя, остряк. — Терри пододвинул сыну картонную корзиночку с рыбой и чипсами. Кенни посмотрел на золотистую поджаренную мешанину и, ковыряясь в ней, начал:
— Так вот, я ездил в Манси…
— Сынок катается за сорок миль, чтобы поваляться с парнями на мате. Сжигает в неделю по два бака бензина, — прокомментировал Терри.
— Ищешь себе приятеля? — хмыкнул Кнут.
— И чтобы был самый лучший. — Кенни проглотил кусочек рыбы.
— Ты только посмотри, как моя дочурка уплетает рыбное филе, — замечание Терри заставило Кнута расхохотаться.
— Сегодня в зале произошла заваруха. — Кенни выплюнул мягкую прозрачную косточку. — Броди по-серьезному задрался, и дело кончилось нокаутом.
— Да ну? — В Терри проснулось лишь легкое любопытство. Он повернулся к Кнуту: — Этот Броди — настоящий монстр.
— Приголубил очередного новичка? — спросил Кнут.
— Да нет. Его самого вырубили.
— Что ты хочешь сказать? — заинтересовался Терри, что было для него совсем необычно. — Кто с ним дрался? Франкович?
— Нет.
— Тогда кто?
— Незнакомый тип действовал грубо, но своего добился.
— Как это вышло? — спросил Кнут.
— Затеяли возню, Броди его свалил, взял на удушающий прием, но тот вывернулся и припечатал по голове — коленом.
— Вырубил Лена Броди?
— А о чем я тебе толкую?
— Кто этот тип, Рэнди Кутюр?
— Он приходил о чем-то спросить, а уж потом все завертелось.
— Полицейский? — Терри постарался, чтобы по его голосу никто не заметил, что ему стало интересно.
— Нет. Копы тут же суют под нос свой жетон. А этот приходил дважды и ничего подобного не делал. Потом я выяснил, что он частный сыщик и задавал вопросы о Сантосе.
— Ну а ты что сделал? — Терри больше не скрывал своей озабоченности.
— Держался в сторонке, — ответил Кенни. — Мне сказали, что он какое-то время разговаривал с Франковичем. Потом ушел. Но я к тому времени уже слинял — повел Броди к врачу. Решил, как бы там ни повернулось, для меня так лучше.
— Согласен. — Терри надолго задумался, а потом продолжал: — А теперь тебе следует заглянуть к Франковичу и узнать, кто это был.
— Вот как?
— Именно так. Придешь — уши на макушке и спросишь: мистер Франкович или мастер Франкович, как ты его там называешь, кто был тот парень, который так обидел Броди?
— Ладно, — согласился Кенни без особого энтузиазма.
— Не делай из этого события. То есть не надо внеочередного визита. Зайдешь как обычно.
— Хорошо.
— И возвращайся с именем. — Терри разорвал зубами чили-дог напополам и продолжал с набитым мясом и тестом ртом: — Скажешь братьям.
Кенни молча кивнул.
Глава двадцать пятая
«Тупик — вот где он оказался. Причем уже во второй раз, — подумал Бэр, забираясь в машину на Пенсильвания-авеню напротив красного кирпичного здания, где размещалась редакция газеты „Стар“. — Вот и все достижения, если не считать головной боли. Плохо было то, что ухудшились отношения со Сьюзен». Бэра мучила совесть из-за того, что за эти последние дни он не разу ей не позвонил и не послал эсэмэску или электронную весточку. Хотя он и собирался, но не знал, что сказать. Он оставался безучастным к тому, как между ними воцарилось ледяное молчание. Бэр уже собирался предпринять что-то в этом направлении, но низко нависшие на небе, затмившие летнее солнце черные тучи усугубили в нем настроение, не способствующее такому шагу. Копание в коробках с вещами Бигби и Шмидта привело его к осознанию того, что он действовал словно на автопилоте — делал вроде бы что-то нужное для расследования, но не задумывался о следующем шаге, а это уже никуда не годится. Ему расквасили физиономию, а Броди вполне мог бы сломать руку или придушить. Или ребята в черных поясах всей гурьбой втоптали бы его в пол. Или он сам кого-нибудь застрелил бы в спортзале и получил срок. Предположения Дэннелса совпали с его собственными непродуманными теориями и вызвали жажду легкой мести. Вместо того чтобы проникать в суть вещей, он поспешил с выводами и в своем поведении руководствовался лишь догадками. В голове Бэра вновь зазвучали слова Джин Гэннон о том, что надо быть профессионалом. И он внезапно понял, что она хотела сказать.