Башни Эквеллора (СИ)
— Это вполне витальная версия, и верифицируемая при наличии хоть каких-то местных исторических хроник.
— Надо будет спросить у Элианны, — кивнула Мист. — Интересно, что такого хранилось в могиле Иммеррейса?
— Иммеррейс, — фыркнул Торрен, который все еще подозрительно оглядывался, но меч в ножны пока что вложил. — Подпортился немного, только.
— Сомневаюсь, что это был он, — потерла руку девушка немного нервным движением.
— Но и не Виль, — уверенно сказал Торрен. — Я, грешным делом, подумал, что он на нас напал — и слухи все эти, и фигура похожая, и шаг почти тот же. Но — нет.
— Ты уверен?
— Уверен, — Торрен продолжал зыркать по сторонам, упрекая себя за то, что вообще расслабился с этими исследователями. — Виль правша, причем хитрый, а не техничный, да и вообще предпочитал с расстояния расстреливать, пока я пыхчу впереди.
— Мог научиться? — предположила Мист рассеянно. Ее все еще немного потряхивало от пережитого напряжения.
— Не на столько за столько, — скривился Торрен. — Ты вот, магиня на выгуле, много заклинаний выучила с весны? Вот то-то же.
— Почему мне вместо “магиня” сейчас послышалось “гусыня”? — пожаловалась Мист Эрраху.
— Потому что ты самокритичненькая у меня, — сморщил нос Торрен. — Вы все камни тут облизали? А то нам бы двигаться, пока это что-то не решило, что мы расслабились, и можно опять попробовать.
Мист убрала остаток Серого Мира обратно во внутренний карман куртки и с ложной бодростью уточнила.
— Проверять гроб Иммеррейса не станем?
— Мы не знаем, что там должно было быть, — вставил Эррах. — Поэтому такое мероприятие практически полностью лишено смысла.
— Ладно, — согласилась Мист. — Только боюсь, в коридоре этот…воин будет еще опаснее. Я не смогу даже Кирином запулить.
— Зато в коридоре он не может меня окружить, и стенки будут ему точно так же мешать и ограничивать движения, — проворчал Торрен, несколько уязвленный тем, что, наконец, им встретился на пути одиночный противник его роста (и даже мельче!) который составил ему конкуренцию в фехтовании.
Мист тяжело вздохнула.
— По моему, Тор, ему и ты-то особо не мешал.
— Мешал, — обиделся Торрен. — Просто он какой-то ненормальный. В смысле, он, может, и не человек вовсе. Слишком быстрый, и вообще не сбивал ритм, не менял — люди так не сражаются. Как механизм.
Глава 6
— Опять новая какая-то нечисть, — трагично сказала девушка, с опаской спускаясь с помоста и осматривая первый из нескольких проходов, ведущих прочь из этой комнаты. — Это точно не восставший мертвец и не призрак. Демон, может быть?
— Не знаю, — засопел Торрен, не забывая, впрочем, оглядывать все вокруг в принудительно-бдительном режиме. — Мне кажется, даже у того последнего, которого мы в Домене Ветра видели, движения совсем другие. Живые, что ли? А этот как мертвец, только быстрый. Очень быстрый.
— И в нем была тьма, — тихо и очень веско добавил Эррах. Мист даже остановилась, чтобы глянуть на него, но он смотрел под ноги, спрятавшись в капюшон.
— А поточнее?
— Не могу, — повинился Эррах. — Прости, Моррайт. Но я чувствовал в нем хлад и мрак, как тот, который есть я. Тот я, который пришел по твоему зову из того, что вне.
— Что, еще один неправильно убитый эльф? — ужаснулся Торрен. — Но ты ж не такой!
— Если на то пошло, не “неправильно убитый”, а “неправильно оживленный”, - педантично поправила друга Мист, хотя ее занимали сейчас совершенно другие вопросы — она изучала уже третий проход и, как ни странно, не нравился ей ни один. — Что бы там ни было, я бы не хотела встретить эту штуку снова. Надеюсь, он не за нами прицельно охотится.
— Да мы вроде ничего такого эдакого не делали, — задумчиво сказал Торрен. — Только в город нам входить запретили, и Терновника мы, вроде как, напугали. А в остальном чисты, как….мысли Эйна!
— Ведь этих следопытов я не резал, — продекламировала Мист с нервным похихиканием, впоминая, как цитировала точно эту же развеселую песенку, когда они драпали от первой Башни и солдат Алгариенна. — Купца, как есть, совсем не я убил, и рядом с сожженной деревней я даже рядом не ходил.
— Именно, — важно подтвердил Торрен. — Только вот вы с Эррахом лапали статуи местных основателей за всякие места. Наверняка это огромный грех, и это во всем вы виноваты.
— Шутки шутками, — Мист, наконец, выбрала проход, который нервировал ее меньше других, и махнула рукой, мол, идем. — А не может это быть подарком Терновника?
— Сомневаюсь, — отозвался Торрен, последним проходя в коридор в качестве замыкающего. — Он, конечно, сам какая-то запредельная штукотень, но, вроде, в его интересах прекращение безобразия в городе.
— Но сбрасывать его со счетов тоже нельзя, — недовольно заключила Мист, крайне осторожно шагая по коридору.
— Это да, — согласился Торрен. — И дорогу неправильно указал, и напали на нас тут. Может, и не виноват он, но уверены мы можем быть только в нас троих.
— И то — не очень, — мудро заключила Мист. — Потому что один из нас частично Зубастая Тьма, второй был сосудом вселения некого паскудного мага, а третья, — Мист задумалась, в чем бы таком себя обвинить, но на собственный взгляд была кристально чиста и невинна, аки жертвенная дева.
— А третья — колдушка, — в тон ей заключил Торрен.
— Ладно, сойдет, — согласилась Мист, подумав. — В любом случае, доверия не внушает.
— Если мы все трое тоже под подозрением, какому-то Терновнику и подавно доверять не стоит.
— Вот-вот, — подтвердила Мист. — Именно.
Полученной от Терновника карте она не доверяла тем более, хотя, по ее ощущениям, коридор пока шел именно так, как нарисовано, и препятствий на его пути не было — только ожидаемые расширения, новые и новые плиты и захоронения, до следующего зала, выход из которого девушка выбирала не менее придирчиво.
— Как выбрать из трех абсолютно одинаковых коридоров, — пробурчал Торрен, бросая полный сомнения взгляд на подругу, которая, обойдя и придирчиво осмотрев все три прохода, пошла вдоль стены обратно, тщательно принюхиваясь к воздуху и изучая малейшие следы в пыли.
— Тебе? Случайным образом, — отмахнулась она. — А вот мне надо решить, что перспективней: подъем, но с сыростью; ровное, но с каким-то проходимым препятствием, или вообще спуск, где веет пеплом и мертвечиной. Правда, там, кажется, выход ближе всего.
— Давай без мертвечины, — попросил Торрен, невольно содрогнувшись.
— Ты уверен? А мне кажется, это самый удачный выбор, — потерла запястье с багровым следом Мист, размышляя.
— Нет, мертвечина точно в отбой, — уверенно сказал Торрен. — И тот, что с препятствием тоже предлагаю не рассматривать.
Мист остановилась у “ровного” коридора, прислушиваясь, и потом кивнула.
— Про препятствие соглашусь. Мертвечина все еще кажется мне самой перспективной, не знаю, почему. Но можно попробовать и сырой коридор.
— Просто ты не любишь болота, вот тебе и не нравится.
— Рах? Ты за какой проход, где мертвечина, или где болото?
— Болото, — поколебавшись выбрал эльф. — Мертвецы, обычно, ни к чему хорошему не приводят.
— Мертвецы не могут ни к чему привести, — не согласилась Мист, но, повинуясь большинству, свернула в неспешно идущий вверх коридор с глиняными и земляными стенами, из которого ощутимо веяло сыростью. — Они же мертвые.
— Это когда лежат спокойно, они милашки. А вокруг нас, почему-то, начинают ходить, кусаться и все такое, — проворчал Торрен, вспоминая орочьи земли.
— Это ложная корреляция, — деликатно кашлянул Эррах, вслед за Мист заходя в тоннель. — Скорее всего, все это происходит и без нашего участия, а нам просто везет увидеть событийные пики.
Торрен глянул на его затылок со смесью укоризны и подозрения, но ничего не сказал.
Они уже пересекли городскую черту, судя по плану, когда вокруг стало становиться сырее и промозглей: сначала стены вокруг путников стали более влажными, даже рыхловатыми, а потом под ногами начало ощутимо хлюпать, вызывая у Мист самые отвратительные ассоциации со всеми исхоженными болотами. Однако, девушка терпеливо молчала, пока под ногами еще ощущалась более или менее твердая, утрамбованная почва. А потом за очередным поворотом Мист резко затормозила, едва не приведя к катастрофе местного масштаба: зазевавшийся Эррах ткнулся ей в спину, и Торрен едва не споткнулся о них обоих вместе. К счастью, он успел поймать и себя, и своих покачнувшихся спутников, заглядывая вперед.