"Фантастика 2024-184". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Видя в слабости красотки шанс, прильнув к той чмокнул её в губки, ущипнул за попку и щекой только обритой прошёлся по её щеке. Заря расхохоталось.
— Щекотно… — Руками отталкиваясь от меня, улыбаясь, дриада говорит, — раз вы пожелали, значит так и будет.
— Рассчитываю на тебя.
Мой очередной визит пленница, как оказалось, ждала. Едва дверцы отворились, несмотря на наличие моих стражей, цепи взволнованно зазвенели, а Астаопа, дернувшись, попыталась выпрямиться, разогнуть спину и показать себя более гордой.
— Свободны. — Говорю я охране, и когда те нас покидают, спрашиваю по-дружески, словно мы закадычные друзья и партнёры. — Ты как? Завтрак был нормальным, эти двое не докучали?
Астаопа удивлена, во взгляде её полутуманном, похмельном, много вопросов.
— Нет, я в порядке, кормили тоже нормально.
— Нормально? — Чуть прибавив голосу суровости, переспросил я, и богиня напряглась, — тебя должны были кормить «хорошо» и не просто хорошо, а на отлично, я ведь лично распорядился, чтобы лучшая еда была…
— Я неправильно выразилась, — прервала меня Астаопа и чуть убавив гордыни, добавила, — еда и вправду была хорошей. Просто растерялась немного от твоего вопроса.
— Тогда ладно… — Выдохнув, наблюдая за ней, едва сдерживаясь, чтобы не заржать, продолжаю играть роль заботливого альфача-друга. Пара типичных вопросов о самочувствии, кандалах, сне, что точно не мог быть комфортным, и после вновь переход к теме её собственного величия, и тому, как мы будем жить дальше. В большей степени вопросы мои были рутинными, утомительными: я допрашивал её, она играла роль пай девочки и периодически, якобы невзначай, спрашивала меня о волнующих её вещах. Мы оба делали вид, что не замечаем каверзности интересов друг друга, потому и шли на уступки, то и дело отвечая на любопытство друг друга прямыми и понятными ответами. Любому, включая даже самого меня, могло показаться, что отношения между нами налаживаются, что девушка, сидевшая в цепях напротив, постепенно втирается ко мне в доверие. Пытается показаться лучше, чем есть на самом деле, и даже решает не пить во второй день… Что ж, пускай. Сегодня, я не стану спаивать её и лишь чутка, совсем немного добавлю магии Суккуба в специально приготовленный для Астаопы десерт. Пирожные… Их этот мир ещё не знал, да и изготовлены они были имперскими поварами исключительно для императора. Цена одного могла зашкаливать и стоить как целая деревня, но я принёс их в жертву, кому или чему? Будущему.
— Сладкое улучшает настроение. Если не хочешь, можешь не есть, но уверяю, других таких в этом мире ты не найдешь. — Произнеся это после того, как пирожные оказались перед Астаопой, собираюсь уйти и отворачиваюсь.
— Думаешь сладким сможешь меня удивить? — Спрашивает в след богиня.
— Уверен. Наслаждайся или выбрось, и за посуду не переживай, слуги проконтролируют, чтобы и сантиметра стали не оказалось у тебя во рту или руке. Доброй ночи.
Сегодня, и далее впредь, в телеге с пленной богиней дежурили только и исключительно женщины, либо же существа женского пола, созданные мной. Единственный мужчина, что приходил к ней, говорил с ней, кормил и заботился был я. Я давал ей известия, рассказывал истории, анекдоты, шутки, а так же накачивал её афродизиаком, созданным суккубом.
На пятый день с подаренной, новой, аристократической одеждой, которую не смогли бы изготовить даже лучшие портные Горлеона, я вновь пришёл к Астаопе. С одеждой прибыло так же постельное. Свежее, выстиранное, душистое, из белых и лёгких тканей. Несла его прислужница, а за спиной, сопровождая меня, шла Заря.
Мой визит со свитой в очередной раз заставил Астаопу нервничать. Мы говорили с ней о комфорте вчера, но, явно, она и не думала, что моё желание позаботиться о ней, будет столь резким.
— Господин, я против… — Говорит Заря, сверля взглядом ничего не понимающую Астаопу.
— Ваше мнение очень важно для нас. — Говорю я и перенимаю из рук стражи ключ.
Сначала открывается клетка, затем, подобрав в связке необходимый, я освобождаю последнюю руку Астаопы, а после, опустившись на колено, ноги: левую и правую.
  
— Господин! — Скривившись от того, что я по факту приклонился перед Астаопой, воскликнула Заря. — Это существо, эта тварь недостойна!
Сильная пощёчина от меня, разбившая Заре губу, заставила всех, включая саму Астаопу, охнуть. Никто не смел так обращаться с Божественными цветами, никто до сегодняшнего дня, кроме меня.
— Закрой свой поганый рот. Ты говоришь с богом и имеешь дело с богами, а значит будешь делать то, что я тебе прикажу. Ты поняла меня?
Заря тут же падает на колени, склоняя голову, соглашается.
— Пошли вон, вы все! Вон! — Словно истеричка, крикнул я, слегка переживая за струйку крови, побежавшую по губке Зари. Бил я слабо, едва коснувшись подбородка, а значит, скорее всего, моя поддельница нарочно прикусила губу, дабы придать данной сценке пикантности и правдоподобности. Моя ты умничка…
Обтерев ладонь, словно на ней остались пятна крови, и дождавшись, когда нас оставят наедине, глядя на оцепеневшую Астаопу, тихо говорю:
— Слуги последнее время слишком много на себя берут… — Рукой указав на вещи, добавляю. — Здесь подушка, одеяло, простыня, наверняка ты намучилась за последние дни. В общем располагайся, в этой клетке тебе ехать ещё долго.
— Спасибо, а… Цепи? — Подбирая простыни и одеяло, не отойдя от шока, спрашивает Астаопа.
— Цепи? А… Цепи, забудь о них, пока ты такая какая есть сейчас, никто не осмелится пойти против моей воли и вновь надеть на тебя кандалы. К тому же, в этой клетке тебе не удастся использовать магию, по крайней мере до тех пор, пока я этого не захочу. Так что живи, спи, как дома себя чувствовать не получится, но ты попытайся. Всё это временно, пока нам не удастся договориться о приемлемых условиях с Эсфеей и твоей страной.
Удивление сменилось шоком. Лишь услышав о каких-то договорённостях и осознав, что на горизонте маячит свобода, Астаопа изменилась в лице. Тяжело вздохнув, проматерив слуг и служанок, начинаю вести себя так, как в описаниях вела себя сама богиня.
— Как же меня заебали эти тупорылые слуги… Мозгов не больше, чем у курицы, а мнят себя хрен пойми кем. — Тяжело вздохнув, добавляю. — Ты случаем выпить не хочешь?
Астаопа хихикнула.
— Всё исполняют косо-криво и потом обижаются, что ты за это их ругаешь? — Видимо сейчас она говорила именно о своих приспешниках, я кивнул. Мои, в отличии от её, всегда делали всё хорошо, правильно и на совесть. — Понимаю, меня тоже ангелы частенько разочаровывали. Да, давай выпьем, всё равно других у меня планов на сегодня, да в принципе и на завтра нет…
Подыгрывая ситуации смеюсь, и Астаопа, облизнувшись, оценивая мою реакцию и поведение, смеется в ответ. Она следит за мной, за каждым движением рук, плеч, головы, торса и ног. По взгляду блестящих глаз, по нервным глоткам отравленного темной магией спиртного я вижу, как девушка пытается понять, определиться, что именно её влечет ко мне. Одежды её дорогие, изящные, приминаясь, постепенно расходятся в области груди, демонстрируя то, чего нет. Движения женских тонких рук становятся чуть более раскованы, как и ноги, постепенно раздвигающиеся на белых перинах. Используя нехитрые, женские уловки извлеченные из Нулевого мира, Астаопа одаряет меня парой комплементов.
— Ты сегодня был прям как настоящий офисный босс, «ваш звонок очень важен для нас…» — Говорит она, и я смеюсь. — Я думала, ты бесхребетный дрыщ, но тот удар был чертовски хорош, кто она, твоя любовница?
— Она Цветок, который я вырастил — слуга. — Говорю я с пренебрежением. — Мы ведь правители, создания совсем другого мира, ты же понимаешь? Во всей этой средневековой массе сложно найти кого-то, кто бы мог по-настоящему заслужить хоть какой-то интерес.
От последних слов моих, глаза Астаопы буквально вспыхивают.