"Фантастика 2024-184". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

На рожон, на мою императрицу полезли ангелы. Созданные из чистой, единой силы Эсфеи, такие же, из силы Астаопы. Преданные, гордые, как и их хозяева, готовые в любой момент стать частью любого из возможных планов своих сумасшедших хозяек. Ангелы, готовые убивать ни в чем не повинных детей, женщин, стариков, истреблять неверующих, неугодных, отказывающихся принять новые порядки. Такими были существа, представшие перед Аоррой. Не было сомнений, что моя дроу даст хороший бой, убьет многих из них, именно поэтому, а также в качестве демонстрации силы, сразиться вышла Древняя.
В том скоротечном бою, когда Аорра, в первом же выпаде Эсфеи поняла, что не победит, дроу решилась на рисковый ход. Аорра, будучи слабой, не ровней своему врагу, в мгновение ока смогла найти возможность навредить противнику даже после своей возможной смерти, заставить его жалеть о случившемся, и о том, что могло бы быть после. Первая атака, разведка от Эсфеи, едва не убила Аорру. Вторую она могла и не пережить. Потому, дроу в контратаке вкладывая в единственный удар всю свою силу, накопленную за века магию, опыт, бьет… не в Эсфею, не в барьер ее, что не проковырять даже божественными стрелами. А в покрывавшую ее оружие духовную печать. Спящее оружие, получившее жизнь с целью служить двум хозяевам — Зуриэль, от удара, она пробудилась ото сна. Печать, наложенная на ее душу, дрогнула, энергия мира, включая ту, перемешенную, серую, которой питаюсь я сам, влилась в нее, восстановив былые воспоминания о том, кого сейчас Эсфея желала убить. Пробудив сознание, ощутив движение энергии мира, поглатив накопленное за полторы тысячи лет, Зуриэль в момент многократно стала сильнее, приятно удивляя Эсфею, а после, полностью ее разочаровывая. Древняя, опускает руки, хочет зарезать дроу, но клинок обретает форму деревянной палки, что дробящим ударом, всего на всего ломает Аорре ребра и травмирует органы. Подобная рана, не смертельна для кого-то вроде Аорры.
— Мятежное оружие… — Эсфея злится, пытается наложить на Зуриэль новую печать, в ответ на что та произносит:
— Не тронь Его наследие.
Шипы, проросшие из деревянной палки, пробили руку Эсфеи. Из меча превратившись в змея, оплетая руку до самого локтя, Зуриэль направляется к горлу Древней. Ангел Кровопролития жаждала отмщения за предательство, а Эсфея, хотела восстановить контроль над сильнейшим из живых мечей, коим ей когда-либо доводилось обладать. Итог — они ссорятся, чуть друг друга не убивают, а затем, становятся партнерами. Эсфея обещает не трогать империю, дальше, как и ранее, медленно и планомерно захватывать контроль над миром, в обмен на помощь Зуриэль в устранении новой, очень опасной для поселившихся на небесах ангелов, угрозы. А именно, откуда-то взявшихся остатков воскрешенного Короля драконов. То был всего лишь отголосок былого величия некогда существовавшего, истинного короля демонов этого мира. Но, даже этой, выросшей из крупиц силы нечсти, хватило, чтобы заставить небеса дрожать. Демон по имени Чума, управлял этим драконом, за счет сбора гнилой плоти мертвецов хотел восстановить могучего демона. Но, тому было не суждено сбыться. В последнем совместном бою, исполнив обещание, Зуриэль, нанеся решающий, добивающий удар, выскальзывает из рук готовившейся вновь ее поглотить Эсфеи. Древняя обманула ангела, но и это ей не помогло. На прощание, падая в океан, Зуриэль обещает, что будет драться на стороне Аорры, станет ее оружием или оружием самой Смерти, если Эсфея вновь посмеет прийти в мир живых с требованием повиновения.
— Есть только один истинный бог, это Матвеем… — Все так же, валяясь и глядя в небо, повторил я вчерашние слова Зуриэль. Трава за спиной моей начинает шебуршать, вливая в нее энергию, представляю пышный, прорастающий стену-куст, как в американских фильмах. Невысокий, но достаточно плотный, чтобы смог поднять меня. Растение, повинуясь, поднимает своего создателя, а после, так же по моему требованию, вновь принимает форму реденького газончика.
— Хо… значит магией земли владеешь, а почему раньше не использовал? — Все так же, стоя напротив меня с повязкой на глазах, произносит Люси.
  
— Да так, хотелось узнать, достойны ли вы познать мою мощь, императрица. — Ответ мой вызывает растерянность на лице лисы, и легкий смех у наблюдавших за нами солдат.
— Гросс, а ты случаем не борзеешь? — Приспустив повязку, Люси взглядом встречается с набычившейся Зуриэль. Кто-кто, а вот мой личный надзиратель, не позволит лишнего, будь то физически или словесно. В любой момент, любого из присутствующих сможет перевоспитать.
— Повязку, императрица. — Требует соблюдения условий спарринга Зуриэль. — Это ведь не только тренировка Гросса, но и ваша.
— Чучело и то полезней. — Заставив солдат смеяться еще громче, с обидой в голосе заявляет лиса, поправляет повязку, принимая атакующую стойку. Готовится, как и раньше, в затяжном прыжке, в мгновение сократить дистанцию. Что-то похожее я наблюдаю уже последние пол часа, плюс видел, спаррингуясь с Беладонной. Остановить Ракету Люси грубой силой невозможно, уже пробовали, а потому, поступаю так.
Топнув ногой, посылаю по земле легкую вибрацию, распространяю ману по области, меняя гладкую поверхность земли на ребристую, для лучшего сцепления ног. Не знаю, что там чувствует моя милая лисичка, но благодаря такой сцепке, скорость ее вырастет, а я тем временем, чуть-чуть увеличу высоту травы и…
— Глупец, ты только мне помог! — Рывок, десять метров за мгновение, ноги ее еще в воздухе, доворачиваю корпус, пропускаю кинжал, позволяя лисе, ногой влететь в переплётшийся в прочную веревку кустик. Я уворачиваюсь, нога лисицы в ловушке, оплетена, и херак… Словно боец Капоэйры, она, потеряв равновесие, опускается на руки, второй ногой херачит меня в грудь. Едва успев поднять деревянный меч, отлетаю на добрых два метра. Мощь удара настолько велика, что ноги скользят по траве, словно лыжник едущий задним ходом, лишь чудом умудряюсь не упасть. — Ах ты…
Поговорим потом. Пока лиса злится, не давая ей высвободить ногу, сам кидаюсь в атаку, создавая под второй ее ногой зыбучую, неустойчивую поверхность. Одна нога оплетена, трава цепляется и за её руку, вторая нога погружается в утопающую землю — что ты будешь делать⁈ Замах, удар, и… меч мой деревянный, на щепки разлетается об один единственный выставленный лисой кулак.
— Засранец! — Пальцы ее, выпустив когти, устремляются к моему горлу. Вновь доворот корпуса, чуть ухожу в бок, занеся ногу, собираюсь отвесить зазнавшейся малышке легкого подсрачника, как тут же слышу, как с ее рук отстегивается ремешок утяжелителя. Мне пиздец.
— Достаточно. — Мгновение, ударом воздуха волосы на моей голове взъерошиваются, словно рядом фура пронеслась. Между мной и кулаком Люси, большая, сильная и накаченная рука Зуриэль.
Минутная, тихая пауза. Стоя напротив, со сползшей с глаз повязкой, Люси таращится на меня, не скрывая злости. Она злится за все: за то, что я до сих пор не рассказал ей о том, кто я, что там с нечистью, что игрался с ней, не показывая магию, и вел себя несерьезно. Она требовала отношения к себе как к взрослой, как к императрице, но при этом ничем не соответствовала своему титулу и запросам. Молодая, избалованная, но при этом очень сильная девчонка. Теперь я понимал, почему всю власть в руки забрали Сад и Аорра, ибо, управляй империей подобные ей, нам всем давно бы пришел пиздец.
«Красава Гросс, Вы как всегда прекрасны, императрица!» — разделились по лагерю голоса поддерживавших нас наблюдателей.
— Мы ведь только начали, верно, Гросс? — До выступающих на лбу вен, пытаясь хоть как-то пошевелить руку Зуриэль, шипит и напирает на нее Люси.
— Боюсь, пока что мы закончили, моя императрица. — С самодовольной улыбкой, еще сильнее раздраконивая ее, отвечаю я. — Видите ли, обязательства землевладельца и хозяина этого чудного особняка требуют моего внимания. Ваше появление на севере обернулось для нас настоящей катастрофой, нужно провести ремонт, восстановить территорию… или думаете, это захочет делать кто-то другой, вместо меня?