"Фантастика 2024-184". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Здравствуй, Ветерок, — приподнимаясь, обнимаю фею, получая в ответ более сильные, эмоциональные и жаркие объятия. Фея, не сдержавшись, начинает рыдать, выть во весь свой волшебный ротик.
— Так вы помните, помните меня, я так счастлива! — слёзы и сопли её уже текут по моей спине. Пытаясь успокоить её, глажу девушку по голове, но она только больше и больше начинает выть. — Как давно меня так никто не называл… вы… вы не представляете, как нам было тяжело без вас, как Заря плакала, как Аорра страдала без вас и вашей любви. Как… как Пом и Муррка убивались после вашей кончины. Мы так скучали, хо-зя-ин-н… — Взорвавшись третьей волной слёз, Ветерок продолжала плакать. Её эмоции, чувства, они были искренними, но разделить их в полной мере я не мог. Для меня прошло не больше пары недель с момента расставания, а для них… тысячи лет.
— Ну, ну, малышка, хватит… — Слова о Муррке и Пом заставили моё сердце сжаться, ведь помимо них были и другие, кто так же ждал моего возвращения.
— Хозяин… — Тяжело, с прерывистыми вздохами, постепенно успокаиваясь, феечка напрочь отказывалась от меня отлипать. Даже когда в дверь постучали, спросив, всё ли хорошо, она, на мгновение сняв барьер, прямо с пола потребовала, чтобы от нас отстали. — Хозяин, я эволюционировала и уже не такая маленькая, как раньше. Мы с Зарёй теперь почтенные Цветы, почти как вы, Человече… — Положив голову мне на грудь и всё так же обнимая, гордо произнесла фея.
— Да, вижу, — сначала поправил её лифчик, чтобы не смущал, затем рукавом вытер слёзы с её лица, — вы выросли в прекрасные Цветы. Где сейчас Заря?
— В Божественной оранжерее. Только представьте, земля, которая осталась после того, как вы её обработали, по-прежнему позволяет собирать урожай до двенадцати раз в год! Оранжерея признана одним из Пяти Божественных чудес. Многие посягали и продолжают посягать на неё. Были войны, даже бунты вспыхивали, много негодяев хотело украсть хотя бы горшочек вашей земли, поэтому одна из сильнейших Цветов, вместе с лучшими и самыми верными инквизиторами, днём и ночью продолжает охранять одно из главных сокровищ империи. Лишь благодаря вашему наследию, деревня, а ныне один из величайших городов континента, прозванный Запретным садом, остаётся колыбелью наук врачевания и земледелия. Торговцы со всей империи и мира, зимой и летом, продолжают ехать к нам за невероятно вкусными плодами, растущими на вашей земле.
Даёт плоды двенадцать раз в году? От слов Ветерка я испытал лёгкий культурный шок. Наступает время допроса. Из-за естественного ограничения в производстве, вырасти на одной грядке могло лишь определённое количество овощей, стоимость «Божественных плодов» и торги за них обычно начинались от одного золотого за килограмм. Ни Бард, ни Урус, и даже Том, не везли с собой товары из самой Оранжереи. Они купили их у местных спекулянтов, с бумагами о качестве и подтверждением того, что товар прошёл проверку в Запретном саду. Подобная процедура с сертификатом сразу поднимала цену продукции на пятьдесят процентов и выше, открывая для любого торговца карманы и кладовые всех уважающих себя аристократов. Проводились подобные торги, не всегда честно и законно. Находились умельцы, подделывающие сертификаты и втюхивающие молодым, неопытным торговцам откровенно просроченную дрянь вместо товара с знаком качества. Из-за подобных случаев страдала репутация всего города, поэтому контроль за подобными, якобы элитными грузами, был на совершенно ином уровне. Задир назвал Тома подозрительным, обманув нас и инквизицию, используя обвинения в контрабанде, прикрываясь именем отца, забрал рабов и основную часть трофеев. В общем, провёл нехитрую махинацию, за которую ему ничего не будет…
— Но это всё ерунда, — глядя на меня, как на ключ к решению любых проблем, говорила Ветерок, — как же будет рада Заря, и Аорра, и ваши прапрапра… много раз правнуки, да вообще весь город, страна, империя и…
Ладошкой прикрываю губы феи. Не сразу поняв, чего я хочу, она чмокнула меня в ладонь, а потом, умолкнув, уставилась на меня своими большими, блестящими от радости глазами.
— Демон, который убил меня, вы нашли его, одолели? — После моих слов, фея изменилась в лице. Мотает головой. Никого они не нашли и не одолели. — Значит, нам ещё рано говорить о моём возвращении. Понимаешь?
— Не-а… Заря и Аорра, они ждут вас, все ждут… — Бровки Ветерка печально сходятся над переносицей. Вот же дуреха.
— Я понимаю. Но вместе с ними, где-то, неизвестно где, в этом мире рыщет демон, который уже однажды убил меня и убьёт снова, если узнает о моём перерождении. — Ответил я, от чего нижняя губа феи затряслась.
— Хозяин недоверяет Заре и Аорре? — Она обиделась, вновь готовясь разрыдаться, наползая на меня, лицом своим зависла в сантиметрах от моего лица. — Хозяин, Заря никогда бы вас не предала, Заря всем сердцем любит вас. Узнав, что вас не стало, она хотела отправиться в мир, искать того, кому сможет отомстить за вас. Если бы не Муррка и Пом, остановившие её своими животами, вашими нерождёнными наследниками, Аорра и Заря нашли бы в мире только смерть.
— Наследниками… Сколько у меня было детей? — От слов Ветерка, в голове всё закружилось.
— Трое… — ответила фея. — Один мальчик от Муррки и мальчик с девочкой от Пом. Как сейчас помню, в детстве они были такие милые, добрые. Повзрослев, понабрались амбиций от Аорры, стали сильными, слегка заносчивыми, но достойными вас. Они всегда были вместе, втроём, от детской кроватки и до самой старости… Очень хорошие детишки, жаль, дух их родства мне так и не удалось сохранить до сегодняшних дней.
Вот как, тройня, значит. Взглянуть бы на них, хоть разок…
— Слушай, а картины их или портреты остались? Мне бы просто, одним глазком… — Слова не шли, горло царапало, приходилось говорить недомолвками.
— Извините, тогда нам было не до портретов. Очень многие нуждались в доме, еде и одежде, живопись и искусство пришли в ваш дом гораздо позднее. Но не расстраивайтесь, возможно Аорра сможет спроецировать для вас свои воспоминания. Помнится, когда один из ваших наследников угрожал поднять восстание, утверждая, что вас никогда не существовало, она сделала нечто подобное, пытаясь уберечь потомка от перехода на неправильную сторону.
— И, надеюсь, убедила? — спросил я.
— Вроде да, только его на следующий день отравили собственные товарищи, — с печалью призналась фея. — Аорра всегда заботилась о вас и ваших потомках, точно так же, как мы с Зарёй внимательно и старательно охраняли ваше наследие. Прошу вас, хозяин, доверьтесь нам, мы ваши верные слуги, ваш щит, ваш меч, мы не подведём! — В очередной раз поцеловав мою ладонь, с блеском в глазах, произнесла Ветерок.
Глава 8
Двери в комнату древней Хранительницы знаний отворяются. Застывшим в поклоне инквизиторам, а вместе с ними Регине и Барду, предстаёт нелицеприятная картина. Дабы хоть как-то привести меня в более-менее приличный вид, фея накидывает на меня балахон инквизитора, скрывающий голову капюшон с вуалью. Мои руки закованы в магические кандалы, на шее, словно у собаки, ошейник и цепь. Наступает момент пояснить окружающим происходящее, ну, феечка, не подведи…
— Этот человек — опасный предатель и преступник, которого разыскивала Цветок Последней Зари. Долгое время мы не могли выйти на его след, а потом, даже когда его загнали в угол, этот преступный гений, самородок тёмного мира… — «Ой, палишься, Ветерок, никто не называет преступников самородками!» — всё равно смог сбежать от моих слуг. Этот преступник ответственен за появление на нашем рынке первых поддельных сертификатов качества, а в Вавилоне — поддельных векселей и банковских облигаций. Я лично транспортирую его к Хранительнице знаний Последней Зари.