Судьба

– Полагаю, можете повеселиться, устроив сногсшибательный аукцион, выставив эту яхту на продажу? Потом, как вы понимаете.
Шив переплел пальцы, и вид у него был очень даже довольный. Впервые за все утро.
– Уже предвкушаю эту развлекуху.
– Еще один подарок я намерен отправить в путь вместе с вами – моего личного связного. Опытный агент СБ и, насколько я понимаю, почти зять. Так как, смею надеяться, вы предпочитаете, чтобы важные дела не выходили за рамки семьи. – Грегор милостиво указал на Байерли, сидящего во втором ряду рядом с Риш. Та уставилась на Байерли, ничего не понимая.
  
А вот Бай, несомненно, это предложение Грегора слышал не в первый раз. Черт возьми, и когда он только успел?.. И столь же несомненно – это предложение Бая как-то не осчастливило.
– Там все… так непривычно, – только и смог он сказать едва слышно.
Риш, успевшая оценить сложившуюся ситуацию и уже вполне оправившись от нежданного предложения, предложила:
– Может, я смогу тебе помочь со всем этим, Бай? Как говорится, ты – мне, я – тебе? Ну, не дрейфь, Бай!
Шив, обернувшись, посмотрел на нее, что-то прикидывая.
Аллегре тоже – правда, на свой лад – не преминул как-то подбодрить Байерли:
– Ваш куратор из внутренних дел уже выражал опасение, что вы застоялись, Форратьер. Вам просто необходимо сложное задание.
«Нет уж! Фигушки!» – одними губами произнес Бай, не поднимая головы и глядя в пол. Обернуться и сказать это в лицо Аллегре он не посмел.
Аллегре же продолжил вещать:
– Подходящее прикрытие оставляю на ваше усмотрение, – и на усмотрение Аркуа, разумеется. Хотя, как мне кажется, выбирать особо не приходится. – Он послал Риш многозначительную улыбку.
Шив и Удине переглянулись. Удине подняла голову:
– Позвольте нам покинуть аудиторию и переговорить наедине. Это не займет много времени.
– Разумеется, – сказал Грегор.
Они вышли в коридор. Наедине в точном смысле этого слова они не были – охранники, как же без этого. Но все же их не слышали те, кто остался в аудитории. Шив и Удине отсутствовали достаточно долго. За это время многие воспользовались возможностью размяться, а заодно сходить за кофе и тем, что еще осталось от выпечки, а также посетить туалетную комнату. По просьбе Аллегре и Саймона полковник Отто запустил повторный просмотр своего цветного пособия. И еще раз. И еще. На разной скорости. Эмоции Саймона всегда было трудно прочесть, но непохоже, чтобы зрелище ему надоело.
Наконец Шив и Удине вернулись и вместе предстали перед Грегором.
– Грегор Форбарра, – провозгласил Шив. – Вы достойнейший внук вашего прославленного деда Эзара. – Он протянул руку. – Ваша сделка принята.
Грегор церемонно пожал руки обоим:
– Барон. Баронесса.
Непохоже, что при данных обстоятельствах он смог бы заставить себя сказать «спасибо». Но зато смог-таки сказать нечто более уместное в столь нетривиальном случае:
– Желаю удачи в ваших будущих устремлениях.
Шив, который уже готов был уйти, снова обратился к императору:
– Император Грегор. У меня есть к вам одна очень личная просьба… – По едва заметному кивку Грегора он продолжил: – Мне бы доставило огромное удовольствие лично сообщить человеку по имени Виго Имола о том, в какую сумму оценили содержимое бункера.
Легкая заминка – в тренированном воображении Грегора одна за другой возникали самые зловещие картины закрутившегося за одиннадцать часов заговора. К счастью, на этом его воображение не остановилось. Слабая улыбка тронула губы императора:
– Пятнадцать процентов, так вроде бы? Кажется, я вас понимаю. – Он показал на Байерли: – Форратьер вас проводит.
Оруженосец впереди, секретарь за ним. Обычный порядок следования, но Грегор помедлил немного, прежде чем пойти к выходу из аудитории. Что там ждет впереди? Очередной кризис? Каждый новый день в трехпланетной Империи может преподнести незнамо какие сюрпризы. Ох-хо-хонюшки… Не счесть историй, где некие типусы домогаются императорского трона. А ведь ни один из выше означенных не претендовал на императорский рабочий стол, каждое утро заваленный бумагами, – и все требуют неотложного решения. Если такие и бывали, то Айвен о них не слышал.
– Айвен. – Грегор чуть улыбнулся. – Капитан и леди Форпатрил, я хочу видеть вас завтра. Мой секретарь позвонит вам и сообщит точное время.
  
Глава двадцать пятая
 
Приказы, спущенные с самого верха, до уровня земли долетают с весьма приличной скоростью. Айвен на собственном опыте знал, что так оно и бывает. А потому ничуть не удивился, когда то, что последние четыре дня пребывало в подвешенном состоянии, быстро пришло в движение.
Депортация. Такая легенда оказалось очень удачной, так как была, собственно говоря, полностью правдивой. Но не полностью исчерпывающей. Да, конечно, Барраяр хотел побыстрее от них избавиться, но и дом Кордона хотел побыстрей покинуть планету, имея на то собственные причины. Поэтому Аркуа спокойненько проглотили эту, казалось бы, унизительную для них «депортацию». Как и превосходный прощальный обед, который устроила в их честь вдовствующая леди Форпатрил.
После чего все, кроме бабушки, спустились под надзором охранников СБ в отведенные для них апартаменты, чтобы упаковать вещи. А леди гем Эстиф перехватил Дув Галени и направился вместе с ней в кабинет Саймона. Там они вместе с Саймоном провели два часа, но этого времени явно не хватило, чтобы выслушать рассказ о событиях за столетний период.
– Я собираюсь прикрепить к ним своего аналитика, полетит вместе с ними до Комарры или даже до Станции Пол, – сообщил он Айвену, уже связываясь по наручному комму, чтобы отдать соответствующие распоряжения. – Да, и еще бы хорошо кого-нибудь из аспирантов профессора Фортиц, если найдется подходящий. Это даст нам дополнительно пять или даже десять дней. Как бы я хотел сам с ними полететь!
Дув уже по комму вводил в курс дела профессора. Она, конечно, удивилась, но обещала свое содействие. Поиски нужного спеца в СБ заняли немного больше времени, так как не все оказались на месте, но Дуву достаточно было отдать команду, и тот, кому не повезло, мгновенно распростился со своими планами на Зимнепраздник. Айвен надеялся, что для них будет какая-то компенсация.
– По одним только рассекреченным документам можно будет написать штук двадцать диссертаций, – уверенно заявил Дув. – И защититься с отличием!
Да уж, вполне может быть, что для кого-то оно и есть желанное вознаграждение. О вкусах не спорят.
– А вы что, это зачем-то секретили? Через сто лет? Не слишком ли параноидально – даже для СБ?
– Большую часть этих бумаг мы наверняка рассекретим, как только просмотрим. Но есть там кое-что о давней гем-хунте… э-э, впрочем, не важно. – Дув замолк с таким видом, словно чуть было не выдал страшную тайну. Помолчал и нехотя бросил: – Та книга по истории… я еще дал ее почитать леди Тедж.
– И что?..
– Похоже, придется делать новое издание – переработанное и дополненное.
Айвен проводил Дува в прихожую, и тот, занятый неотложными переговорами по комму, устремился к лифтам. «Восемь миллиардов марок, – крутилось в голове у Айвена. – Восемь! Миллиардов! А этого психа больше волнуют какие-то бумажки… Или истина? Интересно, дорого ли она стоит?»
Для полета до границ Империи на Станции Пол Грегор предоставил военного скачкового пилота и обеспечил яхту Формерсье экипажем. Айвен понял так, что это было сделано с двоякой целью – убедиться, что они прибыли: 1) туда и 2) больше никуда. Десяти дней путешествия более чем достаточно, чтобы Аркуа успели связаться с кем захотят и заранее нанять новый экипаж для дальнейшего полета. Айвену очень хотелось надеяться, что они найдут надежных людей и не нарвутся на очередных «охотников за головами». Гагат воссоединится с Драгоценностями, а Амири расстанется со своей семьей на Комарре: там он пересядет на правительственный курьерский корабль и вернется, не привлекая внимания, в клинику Дюрона. А если какой-нибудь «охотник за головами» туда и забредет, это уже будет проблемой Лилли Дюроны и Марка Форкосигана. Или скорее – проблемой незадачливого охотника. Айвен задумался. Да, у охотника определенно будут большие проблемы.