"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Щелкнул замок, дверь распахнулась, человек вошел, остановился — видать, оценивает обстановку… Батыр затаил дыхание, соображая, выйти и обнаружить себя или пока рано, лучше выждать и посмотреть, что этот хрен дальше делать будет. Тут кретин Баев к вертухаю сунулся:
— Гражданин начальник, а что…
Договорить он не успел. Очередь, выпущенная из автомата в упор, отбросила его на пару метров назад. В полутьме метнулись фигуры зэков, и убийца мгновенно прошелся по ним короткими очередями.
Уже не думая ни о чем, Зульфар прыгнул вперед, обхватил противника за шею в удушающем приеме и несколько раз вонзил перо под левую лопатку. Выронив автомат, тот осел на пол. Батыр ногой запахнул дверь, нащупал выключатель. Через мгновение барак осветился — странно, электричество давали ровно в восемь, время еще не пришло. Но башкир-собровец даже не удивился — закончилось, видно, время удивляться. При свете стало ясно, что четверо б/с откинули копыта, двое выли, зажимая кровоточащие конечности. Остальные попрятались кто куда. Кроме Валеры-убийцы. Тот был на ногах, лицо напряженное, белое, в руках такой же самопальный нож, как и у Батыра.
С пола послышалась какая-то возня. Зульфар глянул вниз и тихо охуел: проткнутый насквозь «карась» встал на четвереньки и силился подняться на ноги… И ведь тыкал он этого мудака не куда-нибудь, а прямо в сердце — неужто рука дрогнула, подвела? Батыр зарычал, но его опередил Валера — подскочил к врагу и полоснул кесарем по шее, да с такой силой, что почти отхватил тому башку.
Бывший спецназовец глянул на старшего — тот молча кивнул, наклонился, поднял автомат. Привычно проверил магазин, затвор.
— Рвать когти надо, Валерьян, — пробормотал он. — Че-то непонятки какие-то. Пожить-то еще хочешь?
— А то, — мрачно кивнул тот.
— Ну, тогда давай собирай братву — пойдем на дело.
— Че надумал-то?
— Аул брать надо.
Подольский покачал головой:
— Совсем крыша съехала? Ты что — штурмом брать надумал?!
— Зачем штурмом? Там у них неразбериха, да? Ну так не до нас щас. И вообще, на месте разберемся, прикинем хер к носу. А, булды?
Валера покумекал секунду-другую и обреченно кивнул:
— Булды.
А сам подумал: хитрец башкир, знает, что там, в «ауле», в здании администрации, целый арсенал стволов, есть чем поживиться. Может, сдернут они с зоны — освободятся за зеленым прокурором? И удача улыбнется — уйдут, пока шухер тут стоит. А потом что?.. Ну, там видно будет.
7
Входная дверь была не заперта — первое нарушение. Второе — на вертушке у входа никого не наблюдалось, а должен дежурить инспектор. И третье… Вот дерьмо так дерьмо! — хлопнул себя по лбу майор. Третье он сам допустил. О чем только думал, голова садовая! Забыл о рации, которую оставил в кабинете. Наверняка дежурные все это время пытались связаться с ним.
Он ворвался в кабинет, схватил со стола рацию, включил. Настроил на нужную частоту. Тут же отозвался старший в карауле — инспектор Тюлькин. Доложил обстановку — все оказалось намного хреновее, чем Вазген себе представлял. Из четырех автоматчиков на вышках отзывался только один — возле КПП. Остальные или убиты, или… в сговоре с этими… На контрольно-пропускном пункте трое контролеров заперли все двери и решетки. Ждут приезда омоновцев и «волкодавов». Больше никакой информации нет. Выстрелы донеслись пять минут назад со стороны жилой зоны.
— Полный отпад, — пробормотал, отключаясь, Слепян.
Раненному в ногу старшему и трем уцелевшим младшим инспекторам он приказал сидеть в караулке, не высовываться. Надо брать стволы и — в дежурку, решил он спустя минуту.
Он с досадой шарахнул по столу — ну надо же, в его гребаное дежурство!
Хозяин — сука, замы его остальные — суки, «филины» эти — зоновские контролеры — тоже суки!.. А он должен героя сейчас из себя строить. А то, может, уже в эту самую минуту продажные вертухаи, гондоны рваные, выпускают зэков из бараков, чтоб те ломанулись за охрану — в лес, в тайгу. Или в город — если совсем крыша съехала. Разбегутся по округе, лови их потом. Майор вытер разом взмокший лоб. Ну ладно, пора вниз, за оружием, а потом до караулки добежать и в КПП — вооружить ребят. Придется, черт возьми, тащить с собой семь стволов. Да еще глядеть, чтоб самого по пути не подстрелили. Твою мать!..
 
8
Территорию колонии окружал трехметровый забор: два метра каменных плит и метровая сетка с тремя рядами колючей проволоки наверху. Прибывший по тревоге спецназ решили разбить на четыре группы и проникнуть на зону с четырех сторон одновременно. Первая группа со щитами разграждения должна была войти с южной стороны через КПП, вторая, третья и четвертая — соответственно, с севера, запада и востока. Двум командам — первой и второй — было придано по снайперу. Бойцы всех групп были вооружены модернизированными АК-74 и штурмовыми винтовками для бесшумной стрельбы АС «Вал», пистолетами ПМ и ПММ и, само собой, спецсредствами — в том числе гранатами «Заря» и «Пламя», вводящими противника в шоковое состояние. Рассчитывали на внезапность штурма и огневую поддержку снайперов и автоматчиков.
Только распределились по группам, подоспел городской ОМОН численностью до роты. Посовещались и решили: омоновцы будут страховать спецназ со стороны южного въезда. При этом одна их часть войдет в зону и займет позицию вокруг КПП, другая же останется перед воротами — в резерве. Отдельные посты омоновцев расположились снаружи ограды — по периметру.
Перед спецназом стояли две задачи: первая — не допустить проникновения осужденных за пределы колонии, а в идеале — выхода их из бараков; вторая — выявить нарушителей среди сотрудников ИК и нейтрализовать их. Был отдан четкий приказ: при оказании вооруженного сопротивления стрелять на поражение.
Четвертая штурмовая группа в составе шести бойцов и командира, капитана Олега Сидорчука, должна была проникнуть на территорию колонии в районе расположения автомастерской и пошивочного цеха — на границе жилой и промышленной зон, где как раз маячила одна из сторожевых вышек. С нее, кстати, не поступало никаких сигналов. Это означало, что охранник, вооруженный автоматом АК-74М, либо уже мертв, либо… просто слинял оттуда.
После получения приказа и сигнала к штурму Сидорчук повел своих «волкодавов» вперед. Приставили специальный трап к стене, легко преодолели забор с колючей проволокой и мгновенно распределились вокруг зданий, присев за укрытиями и держа оружие наготове.
Капитан махнул своим бойцам — трое из них устремились вперед, другие страховали их. Но враг ударил совсем не с той стороны, откуда они ожидали. Неожиданно застрочил автомат сверху, и троих бойцов как косой срезало. На площадке перед автомастерской остались лежать три нашпигованных свинцом трупа.
Капитан заорал, указывая оставшимся спецназовцам на вышку. В следующее мгновение из четырех стволов ударили по противнику. Очереди из «калашей» и «Вала» изрешетили стальные борта вышки. Стрельба оттуда сразу же захлебнулась. Сидорчук приказал прекратить огонь, выждал секунд пятнадцать и махнул одному из своих — проверь, мол, что там, наверху.
Спецназовец убрал автомат, достал пистолет, привел его в рабочее состояние и осторожно принялся взбираться на вышку. Когда достиг верхней площадки, увидел залитое кровью тело охранника. Решив, что с ним покончено, подал знак своим внизу, но тут «мертвый» внезапно ожил и, вскинув автомат, выпустил в упор короткую очередь. Боец с простреленной грудью мешком полетел вниз. Без промедления шквал огня вновь обрушился на вышку. Пули с воем рикошетили от сварных стоек, дырявили стенки и безжалостно кромсали тело теперь уж точно бездыханного врага.
Капитан подумал, что сейчас сбрендит, — едва начали операцию, а почти вся его группа выкошена. Лопухнулись они по полной — и это стоило жизни четырем хорошим парням.
Он приказал одному из оставшихся бойцов занять позицию на вышке и при малейшей попытке сопротивления гасить всех без исключения. Сам вытер испарину со лба. Нет, в такие переделки он ни разу не попадал.