"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Даша вытерла полотенцем руки.
— В шкафу, мой золотой. Вперед.
— Начинается! — усмехнулся Илья, проследовав за Дашей в комнату.
Даша открыла дверцу шкафа и отодвинула плечики с одеждой.
— Прошу, мистер Гольдберг!
Предполагая розыгрыш, Илья с усмешкой заглянул. И тут же отпрянул. Даша сияла, наслаждаясь эффектом. Илья постоял, постоял и заглянул в шкаф еще раз.
— Дуська, чтоб я так жил!.. — пробормотал он ошеломленно. — Сил нет с этим парнем! Он таки использовал свои сумасшедшие уравнения!.. Считай меня коммунистом, но я должен туда сунуться.
С этими словами Илья влез в шкаф.
— Свитер сними, тут жарища, — посоветовала Даша, устремляясь вслед за ним.
В «Метрополь» Глеб вошел бочком и направился к лифту, стараясь не привлекать к себе внимания. На этаже Мак-Грегора он огляделся. Коридор был пуст. Глеб подошел к номеру барона, тихо постучал и толкнул дверь.
Перед ним стоял незнакомый господин в смокинге.
— Чем могу служить? — надменно произнес он по-испански.
— Извините, я полагал, что это апартаменты барона Мак-Грегора, — по-испански ответил Глеб.
Зрачки испанца впились в лицо Глеба, как два буравчика, а губы меж тем растягивались в улыбку.
— О! Это я прошу меня извинить… Ричард! — крикнул он, обернувшись. Его темные волосы серебрила седина, и орлиный его профиль эффектно выделялся на фоне белых гардин. — Ричард, где же вы?! К вам посетитель!
Из смежной комнаты вышел Мак-Грегор в шелковом халате и с шарфом, обмотанным вокруг лба. Под глазом барона пламенел здоровенный фингал.
— В ванной поскользнулся, — смущенно объяснил он, тронув фингал пальцем.
— И наткнулись на собственный кулак? — предположил Глеб.
Глаза Мак-Грегора забегали. Чуть покашляв, он представил Глеба и господина в смокинге друг другу:
— Сэр Майкл Грин. Дон Хуан Родригес, президент Международного…
— Оставьте, Ричард: это скучно, — по-английски перебил испанец, пожимая Глебу руку.
Пожатие было холодным и крепким, как у статуи Командора. Глебу пришлось напрячь кисть. Бровь Родригеса удивленно приподнялась, он закусил губу.
— Вовсе не скучно, дон Хуан, — возразил по-испански Глеб. — Ваш благотворительный фонд меня давно интересует. Я хотел бы узнать о нем побольше. Разумеется, если вы не против.
— Мне льстит ваш интерес, сэр Майкл, — испанец взглянул на часы, — но, к сожалению, я спешу. Надеюсь, как-нибудь за рюмкой коньяка… Вы любите коньяк, сэр Майкл?
Глеб обезоруживающе улыбнулся:
— Только не испанский.
Родригес рассмеялся.
— Испанский я и сам не употребляю. Ну что ж, лорд Грин… приятно было познакомиться. Возможно, я скоро вас разыщу. Через Ричарда. Или вы меня.
Они церемонно раскланялись, и испанец ушел. Глеб с усмешкой приблизился к Мак-Грегору.
— Стареешь, Дик, стареешь. Тебе уже бьют морду в номерах люкс.
Содрав с головы полотенце, барон швырнул его на ковер.
— Черт побери, Майкл, побеспокойся о себе!
— Стоит ли, барон? Вы так обо мне печетесь, что хочется проявить беспечность.
Но ирония Глеба пропала втуне. Мечась по комнате в развевающемся халате, барон возопил:
— Моего попечительства уже недостаточно, Майкл! Над твоей головой сгустились такие тучи, что… Если б ты мог представить, насколько все серьезно, ты б никогда…
Глеб бесцеремонно его прервал:
— Барон, либо короче — либо идите в задницу.
Мак-Грегор воззрился на него негодующе, затем махнул рукой и вновь заметался, решив не обижаться.
— Майкл, если в ближайшие дни ты не вступишь в братство, пострадают близкие тебе люди! Будь пожалуйста, серьезен!
— И ты звонил мне, чтобы об этом сообщить?
— Да, черт возьми! Да! — прокаркал барон.
По комнате будто прошелестел ветерок. Глеб быстро огляделся: для сквозняка не было никаких условий. Глеб обернулся к барону.
— Объясни мне две вещи, старина. Первое: зачем я вам так понадобился? И второе: на что вы рассчитываете, оказывая на меня столь наглое давление?
— Изволь, — кивнул барон, — отвечу. Вы, лорд Грин, лишь карта в нашей игре, но карта крупная. А что касается давления… Оно пропорционально вашей привязанности. Если близкие вам люди начнут страдать так, что пытки инквизиции покажутся им забавой… Едва ли, лорд Грин, вы сохраните свое самодовольное хладнокровие.
 
И вновь по комнате пронесся ветерок. На сей раз, однако, Глеб не обратил на него внимания.
— Вам известны близкие мне люди? — сухо осведомился он.
— Будь уверен. Наша разведка превосходит всё, что ты можешь себе представить. Твоя жизнь, Майкл, у нас как на ладони.
— Допустим. Но разве я не способен защитить, кого пожелаю?
Барон издал скрипучий нервный смешок.
— Майкл, не будь ослом. Бойцов нашего братства не остановят ни оружие, ни бетонный бункер. Каждый из них стоит современной армии, если не больше.
— Круто, — по-русски прокомментировал Глеб и по-английски добавил: — Ты вынуждаешь меня согласиться. Пожалуй, я ваш. Но только…
— Дружище, наконец-то! — воскликнул барон, раскрывая объятия.
От объятий Глеб уклонился.
— Но у меня два условия, Ричард.
— Что еще за условия? — насторожился барон. — Не знаю, Майкл, едва ли я в силах…
— Устрой мне встречу с сенатором Колменом. Он, кстати, не из ваших?
— Нет, с чего ты взял? — неуклюже солгал барон. — Мы, разумеется, знакомы, он даже поселился здесь же, этажом выше… Майкл, ты ко мне за этим примчался?
Глеб кивнул:
— Мне нужно переговорить с сенатором.
— О чем? — спросил барон, пряча глаза. — Майкл, сенатор — человек занятой. К нему нельзя вломиться без веской причины.
Глеб окинул его ледяным взглядом:
— Полагаю, барон, мой титул и общественное положение дают мне право на аудиенцию не только у сенатора, но и у самого президента Соединенных Штатов. Если представить меня для вас затруднительно…
— Бог с тобой, Майкл! — всполошился Мак-Грегор. — Ты неверно меня понял, я…
— …в таком случае, — высокомерно продолжал Глеб, — я легко найду того, кто почтет за честь…
— Майкл, я все устрою! К чему эти обиды?
Глеб подарил ему снисходительную улыбку.
— Тогда по рукам. После встречи с сенатором я определю дату моего вступления в ваше братство. Не скрою, ты заинтриговал меня, Ричард. Бойцы, способные в одиночку противостоять современным армиям… Это по силам разве что самому Дьяволу, да и то… — Глеб махнул рукой и направился к двери. — Жду звонка, барон.
— А второе условие? — окликнул его Мак-Грегор. Глеб в недоумении обернулся:
— Что?
— Ты сказал, у тебя два условия. Каково второе?
— Вот ты о чем, — усмехнулся Глеб. — Второе — совсем пустяк. Передай господину, который считает себя невидимкой, что в следующий раз я суну его головой в писсуар.
С этими словами он вышел.
Только лишь за ним закрылась дверь, в углу комнаты буквально из воздуха возник все тот же испанец в смокинге. Его появление не столь удивило Мак-Грегора, сколь раздосадовало.
— Сеньор Родригес, — с апломбом проговорил барон, — я предпочел бы действовать самостоятельно. Если вы не доверяете мне…
Испанец ухватил барона за шиворот и одной рукой оторвал от пола. Шелковый халат затрещал, но выдержал.
— Кто велел тебе, мешок с дерьмом, предупреждать его об угрозе близким? — прошипел Родригес. — Трухлявая ослиная шкура, ты должен был всего лишь его припугнуть и проследить за реакцией. Ничего конкретного, бараньи мозги. Теперь твоими стараниями он будет начеку. Вижу, подраспустил я вас, но ничего — дело поправимое.
— Но, дон Хуан… — пытаясь освободиться, барон дрыгал в воздухе ногами, — он же не воспринимает нас всерьез и, конечно же, ничего не понял…
— Ах не понял? — Родригес влепил барону пощечину, от которой тот, пролетев метров пять, шлепнулся на ковер. — Не понял, помет куриный? А то, что он меня сейчас видел, как ты это объяснишь? Отвечай, собачья блевотина.
Лежа на ковре, барон угрюмо сопел. Под вторым его глазом набухал синяк.