Трофей Степного Хана (СИ)

Ему было противно.
Площадь перед советом уже очистили. Но, проходя по ней к шатру совета, Тэмир все же остановился взглянуть. Как ни убирай, следы предательства все равно остаются.
- Великий хан, - раздался негромкий скрипучий голос. - У человека нет товарища, кроме его тени**.
Тэмир мрачно хмыкнул и оглянулся. Рядом по правую руку стоял Забу-Дэ, за ними те, кто сохранил хану верность, и их было немало. А солнце уже поднялось и ярко освещало все. И тут он заметил, что от них всех на землю падает одна большая расширяющаяся тень.
Старый темник пожал плечами, в узких щелочках глаз сверкнула какая-то искра.
- Айте, великий хан, - проскрипел он. - Заканчивай здесь, нас дело ждет.
В этом темник был прав, здесь надо было заканчивать. Тэмир нагнул голову и шагнул в шатер. Надо было назначить новый совет и поставить вместо себя наместника. Потому что задерживаться в становище Тэмир не собирался.
Вопросов было много. Безопасность, жизнеобеспечение. Это помимо политических вопросов. Оставались еще семьи казненных, их имущество, его собственный гарем. Всех девушек Тэмир отдал тем, кто пожелал на них жениться, они же получали право на имущество, и на них теперь переходила обязанность заботиться о семьях.
Заготовки на зиму, запасы продовольствия, фураж. Казна.
Как он ни старался, в один день управиться не удалось.
***
Это был очередной бесконечный и трудный день.
Але казалось, что она уже срослась с седлом. Вокруг опять была степь, впереди и позади, а слева и справа на горизонте чашей горы. Джейдэ сказал, что недалеко уже.
Недалеко? Понятия в представлении давно уже сместились. День, ночь, какое это имело значение?
***
Джейдэ не сказал ей, но ночью отправил Тэмиру гонцов. Его беспокоило, что на горизонте опять возникло далекое темное облако. Их опять преследовали.
И у него были все основания думать, что это Дер-Чи.
***
Тэмир готов был сорваться еще два дня назад, но дальний поход требовал подготовки. И пока шла подготовка, он ежедневно отправлял во все стороны отряды и изнурял себя тренировками.
Но наступала ночь, и хан снова возвращался в свой пустой шатер.
Вот и сейчас, с порога заглянул, мелькнуло перед глазами видение, как Алия бежит ему навстречу, он замер, опустив голову, сердце зашлось. Когда Тэмир поднял голову и взглянул в шатер снова, увидел, как ему навстречу поднимается старая Шертэ.
- Великий хан...
Давина бабка выглядела осунувшейся и похудевшей, на скуле уже отходил желтоватый синяк. Их избили, прежде чем бросить в яму, на Даве вообще живого места не было.
- Как Дава? - спросил он, входя.
- Хорошо, великий хан, уже встает, - старуха улыбнулась увядшим ртом. - Что этому давшану сделается. Я ему уже все, что болит, намазала.  Э-эх! Как на собаке заживет.
Немного помолчала и сказала:
- Давай, тебе тоже раны намажу.
Тэмир хотел сказать, что рана у него в сердце и ее не намажешь мазью, но молча кивнул. Снял верхнюю одежду и разделся по пояс.
- Ох-хо! Не бережешь ты себя, хан! - всплеснула руками старуха, увидев новые синяки и покрывшиеся струпьями глубокие ссадины.
И тут же принялась мазать их той самой вонючей мазью.
- Для чего беречь? - глухо проговорил Тэмир.
- Как для чего? Вэ? Что скажет охин-луу, когда увидит?
Охин-луу. Его девушка-дракон.
Что с ней, где она? Где искать ее? В каком краю?! С каждым днем промедления все больше горело сердце, ему становилось страшно, что он не найдет ее.
Бабка, словно услышав его мысли, проговорила:
- Подожди-ка, великий хан. Закрой глаза, сейчас посмотрим...
Бросила какую-то травку на жаровню, пошел дымок с резким пряным запахом. Она стала шептать и напевать что-то, а сухие заскорузлые пальцы заскользили по его плечам. Тэмир сначала ничего не чувствовал, кроме тепла от поглаживаний на коже, а потом  его внезапно затянуло в мгновенный сон. Он слышал ветер и мерное поскрипывание седла. Видел степь, две луны... Маленькую руку, державшую упряжь, темную конскую гриву.
 
Внезапно этот странный сон, похожий на явь, сменился.
Стрела вонзилась в землю. К ней был привязан маленький свиток.
Примечание:
*  За основу взяты сведения о монгольской армии времен Чингисхана. Монголы воевали верхом на невысоких коренастых лошадях, чрезвычайно выносливых и неприхотливых к климатическим условиям. Эти лошади были способны проделывать огромные переходы и щипать траву на ходу. В походах монголы могли спать в седле, тем самым добиваясь большой скорости передвижения своих отрядов.
**  Высказывание принадлежит Чингисхану.
  
Глава 29
 
Аля уже потеряла счет дням, и казалось, степи не будет конца. Аскетический пейзаж был по-своему прекрасен, но сейчас она точно была не в силах оценить эту красоту. Не давали подавленное состояние и ставшая хронической усталость.  
Все это время она думала о Тэмире, уже было не так больно, просто очень тоскливо. Но усталость и это притупила. Да и вообще, все как-то перемешалось, осталась только надежда, что Джейдэ сдержит слово, даст Тэмиру знать, где она.
«Хурдан келим* (Скоро буду), - думала она. - Ты обещал».
Они все ехали и ехали дальше, моментами она засыпала в седле и днем.
Но вот степь как-то внезапно закончилась.
Теперь перед ними расстилалась красная пустыня. Джейдэ на короткое время замер, вглядываясь вперед. Потом смотрел назад и хмурился. Красная пустыня наводила на малоприятные мысли.
- Нам туда? - спросила Аля, облизав пересохшие губы.
Мужчина проследил ее невольное движение и кивнул:
- Да. Но мы туда не пойдем.
И оглянулся снова. А темное облако на краю горизонта за все время пути не пропало, оно, наоборот, понемногу росло.
- В пустыне мы будем как на ладони, ханша. Некуда скрыться.
Хотелось сказать, какая из нее теперь ханша, но спорить не было сил. А Джейдэ коротко свистнул и повел их в обход.
- Так будет дольше, но это собьет его следа.
- Кого? - встрепенулась Аля, сердце сразу екнуло, вдруг это Тэмир.
Джейдэ хмуро бросил:
- Нохой* (росомаха) Дер-Чи.
А потом приказал всем ускориться. И снова они гнали и гнали, хорошо, что были сменные лошади. Наконец, после двух дней скачки, вдали показалось какое-то протяженное оборонительное сооружение со сторожевыми башнями. Аля поразилась:
- Что это?
- Керканд, - проговорил Джейдэ. - Мы на землях хазиев.
Взглянул на солнце, а время было ближе к закату, уже и одна из лун появилась на небе. Он оглянулся еще раз и добавил:
- Хурдан* (быстро)! Нам надо успеть попасть за стену до ночи.
Раньше они ехали быстро, а теперь просто мчались, обгоняя солнце. К тому моменту, когда солнце зашло за горизонт, они были уже у стены. Аля еще никогда не видела такого, только в кино. Бородатые стражники в доспехах стояли на воротах, такие же до зубов вооруженные воины на стене. И вооружение у них отличалось, и доспехи тоже. И лица, хоть и были раскосыми, но отличались.
Ворота уже закрыли, как раз когда они подъезжали, но Джейдэ показал какой-то нагрудный знак, и их все-таки пропустили. Аля думала, что все, они въехали в город, а за стеной опять была дорога. Джейдэ, увидев ее недоумение, захохотал, видно было, что он заметно расслабился, как только въехали за стену. Потом сказал:
- Сейчас, ханым, доберемся до ближайшего городка и остановимся там на ночь. Выспишься, приведешь себя в порядок, а завтра отправимся в Керканд.
Она хотела спросить, а это что же? Но он сам объяснил, что так называется и страна, и главный город - столица.
***
До ближайшего городка  было больше двух часов езды, въехали они, уже когда было темно и на небе ярко сияли две большие луны. Аля озиралась вокруг, за это время она ничего не видела, кроме шатров, отвыкла. А тут были какие-то зачатки цивилизации. Дома, такие глинобитные коробки. Имелось даже уличное освещение. И грязь.