Бастард Александра 2 (СИ)

Наконец он решается:
— За работу свою и раба-подмастерья попрошу у тебя, Великий царь, по две драхмы за клинок.
Это более чем приемлемо, и я возвращаюсь к длинному.
— А ты, Эрукин, ежели тебе будут доставлять руду прямо к мастерской и ты не будешь отвлекаться на ковку или какую-другую работу, сколько полос железа сможешь отлить в месяц?
Этот взял паузу подольше и ответил тоже не сразу:
  
— Ежели руду будут доставлять с дальнего рудника… — Он вновь задумался, теребя стриженую бороду. — Дрова опять же, кто будет возить?
Подтверждающе киваю ему, мол, все будут тебе возить, и тогда он решается на ответ:
— Тоды с полста полос в месяц смогу!
— Почем? — ставлю ему тот же вопрос, и ответ меня приятно радует.
— За работу возьму три драхмы за полосу. — Он, словно бы извиняясь, развел руками. — Так троих помощников еще надо кормить!
Простой подсчет говорит мне, что два плюс три равняется пяти, а я плачу за каждый готовый клинок по пятнадцать драхм. Стало быть, вся остальная стоимость уходит на доставку руды и дров. Только вот рудник и лес — это общественная, городская собственность.
«Зажралось чиновничье отродье, — вспоминаю недобрым словом председателя городского совета и его окружение, — но это не беда! Этих и подвинуть не грех, а будут упираться, так ведь городская собственность может в одночасье и царской стать!»
Выяснив, что хотел, жестом отпускаю кузнецов, а Эвмен уже нашептывает мне имена двух мастеров, делающих для нас мягкие доспехи. Этим я задаю примерно те же вопросы, и разговор проходит почти так же, как и предыдущий.
Дальше дело уже пошло бойчее, и в несколько вопросов я добиваюсь у мастеров-кожевников, сколько мне будет стоить сбруя, седло и стремена, если кожи будет выделывать один, а делать изделия — другой, к тому же если деревянные и медные заготовки для него будет вытачивать кто-то третий.
Потом тот же разговор пошел с плотниками и гончарами, и мне уже все ясно. Нужно организовать отдельные заказы и логистику, дабы на конечном этапе получать законченное изделие. Неясным остается только один, но краеугольный вопрос: кто этим всем будет заниматься?
  
Глава 19
 
Сатрапия Сузиана, город Сузы, конец августа 316 года до н.э.
Зайдя в свой кабинет, устало падаю на кушетку.
«Люди они как вампиры, — раздраженно иронизирую про себя, — только высасывают не кровь, а энергию!»
Собрание мастеров вымотало своей неразрешимой бесцельностью. По итогам многочасового разговора у меня появилось четкое понимание, что и как надо сделать, но чем больше я думал над этой проблемой, тем все яснее и яснее мне становилось, что у меня просто физически нет времени заниматься этим самому.
«Кому это поручить? — Мысленно перебираю возможные кандидатуры и даже близко не нахожу никого подходящего. — Чтобы организовать такую логистику, связать все ниточки в десятки правильных узелков, нужен человек особого склада, человек-мотор, великий комбинатор типа Остапа Бендера!»
В моем окружении такого точно нет, а те, что есть, и так загружены выше крыши. Прикрыв глаза, пытаюсь просто полежать и расслабиться, но тут слышу голос Ареты:
— Мой царь, госпожа Барсина направляется к тебе.
«Мамочка» входит ко мне без разрешения и предварительного уведомления. Даже у входа в мой кабинет ее не останавливают. Это минус, но расстраивать Барсину мне не хочется, ведь для нее я по-прежнему обожаемый малыш и все такое! Мой возраст и собственный родительский опыт способствуют пониманию и потаканию материнскому беспределу.
Выручает Арета: ей каким-то образом удалось организовать заблаговременное уведомление. Как и кого из ближних слуг Барсины она подбила на такое служебное преступление, не знаю, но едва «мамочка» только соберется направить стопы в мою сторону, как Арета уже знает об этом.
С какой-то точки зрения такой подход не совсем этичен, но мне плевать, и я благодарен Арете за сообразительность. О приходе Барсины мне лучше узнавать заранее.
Вот и сейчас я открываю глаза и кивком благодарю своего бессменного адъютанта. Затем встаю и, зачерпнув из тазика воды, плескаю себе в лицо. Надо взбодриться, иначе от «мамочки» быстро не избавиться. Если она разглядит у меня усталость или, не дай бог, болезненный вид, то от ее кудахтанья будет не отбиться. Иногда мне кажется, что она может бесконечно повторять о том, что я не должен работать круглыми сутками, что надо больше отдыхать и показаться врачу и еще много-много чего.
Выслушивать в очередной раз эти наставления мне хочется меньше всего, поэтому, похлестав себя по щекам, сажусь за стол и изображаю бьющую через край бодрость. Долго ждать Барсину не пришлось, буквально через несколько минут она решительным шагом вошла в мой кабинет.
Начала она так же решительно и прямо с порога:
— Мой мальчик, мне надо с тобой серьезно поговорить!
На удивление, Барсина не проявила привычного интереса к моему виду и здоровью, и это очень странно. Бросаю на нее внимательный взгляд и сразу же вижу, что «мамочка» заведена до предела.
«Это кто же так постарался?» — мысленно пытаюсь представить себе этого смельчака, но Барсина не дает мне догадаться самому.
Отойдя к оконной арке, она начинает назидательным тоном:
— Сын мой, ты поднялся очень высоко! Так высоко, о чем я и мечтать не могла, но… — Она театрально вскинула на меня суровый взгляд. — Это не дает тебе право забывать о семье!
«Тааак! — начинаю понимать, кто в таком ключе мог завести „мамочку“. — Не иначе как старший братец постарался!»
Моя догадка тут же подтверждается.
— Шираз и Мирван уже месяц в Сузах, — возмущенно выплескивает Барсина, — а ты до сих пор не удостоил их аудиенцией, я уж не говорю о высокой должности при дворе, коей они заслуживают!
Она продолжает с прежней страстностью сыпать упреками, а я в этот момент думаю о превратностях власти.
«Ну и что ты ей ответишь⁈ — не могу удержаться от того, чтобы не уколоть самого себя. — В прошлом ты был яростным противником кумовства. Что скажешь теперь⁈»
Не то чтобы мои «дядья» — полные бездари, нет! Ширван — политик со стажем и городом управлял, но искать специально под него должность, потому что он мой «родственник», мне претит.
«Мамочке» этого не скажешь, она такого не поймет! В нынешние времена подтягивать родню совсем не зазорно. Это даже необходимо: кто еще прикроет тебя в случае чего, как не родня!
На миг не справляюсь с ролью внимательного слушателя, и Барсина тут же реагирует на мой отсутствующий вид.
— Геракл, я ведь с тобой разговариваю! Сейчас же ответь мне: ты так и будешь игнорировать моих братьев или сделаешь что-нибудь, наконец⁈
«Она бы так с Александром разговаривала! — Прячу за маской почтительного сына ироническую усмешку. — Что-то тогда она о братьях не вспоминала!»
Поскольку я ничего не отвечаю, Барсина решает сменить тактику и, как настоящий стратег, переходит от штурма к осаде.
— Ты меня совсем не слушаешь! — Опустив плечи, она разом превратилась из грозного бойца в обиженную девочку. — Тебе наплевать на свою мать! Ты уже совсем не любишь и не уважаешь меня!
Она даже умудрилась пустить слезу, и, вздохнув, я поднимаюсь из-за стола. Подойдя к ней, обнимаю ее за плечи и, конечно же, обещаю подумать и обязательно найти подходящее место для ее братьев.
«Может, доверить Ширазу ту самую организацию логистики? — На мгновение вспыхивает в голове идея, но я сразу же тушу эту вспышку собственным скептицизмом. — Кому, Ширазу? О чем ты⁈ Там нужен мотор-организатор, способный связать сотни нитей в несколько краеугольных узелков, а Шираз он больше по представительству. Сидеть где-нибудь в присутственном месте и важностью своей поддерживать порядок — вот это для него!»
  
В отличие от своих скептических мыслей, я продолжаю уверять Барсину в том, что обязательно что-нибудь придумаю. Бормочу так, пока она не вскидывает на меня лукавый взгляд.