Оборотная сторона (СИ)

— Открывай, я всё равно тебя достану, сука, — в голосе отчётливо слышно рычание.
Смотрит на меня через лобовое, узнаю того самого мужчину, да, лицо слегка изменилось, видимо звериная сущность просится наружу, но я узнаю. Казался нормальным, без каких либо признаков оборотного. А какие я знаю, никаких.
— Я достану тебя, слышишь, ты не на того охоту открыла.
Тяжело сглотнув, вжимаюсь в холодную кожаную обивку. Это я то открыла? Ему в спину ударяет свет фар, и он исчезает как и появился, мелькнувшей тенью. Жёлтое такси останавливается в упор, сигналит. Я ни живая, ни мёртвая могу только смотреть и хрипло дышать, тело в агонии. Запертая в машине с трупом, снаружи поджидает смерть, худшего исхода разговора не придумаешь.
    
Глава 48
 
Две недели меня таскали по допросам, приходили домой, на работу. Это всё не смотря на то, что у полицейских на руках имеется запись, которую сделала камера у подъезда. Очевидно, стреляла не я, псих обладающий нереальной силой, так пинать авто, не опознан. Раз пятьдесят я рассказывала, что узнала его, где повстречала впервые, кто стрелял не видела и не могла видеть. Была уйма и других вопросов заданных мне, в том числе о том в каких состою отношениях с убитым. Ткнули в нос мой звонок. Тут пришлось сочинять на ходу, не совсем так, рассказывать правду умалчивая суть. По приезду с отпуска этот знакомый моего бывшего дал визитку, она не пригодилась, так как мне незачем ему звонить. А вечером он встретил меня у подъезда, что опять же запечатлила камера, где я ухожу. Предлагал поговорить, ночью я набрала всё-таки, узнать о теме разговора и получила предложение встретиться.
По итогу: я психованная, дёрганная, собака раздражённая громит квартиру, ей некуда девать энергию, очень мало гуляем. Понимаю, закон не спасёт от него, по неведомым мне причинам затих. Предпологаю, за мной следят и полицейские и охотники, это не даёт ко мне подобраться. Последние, кстати, молчат после убийства старшего, на связь со мной никто не вышел. Знаю, дело времени, не хотят светиться, значит за мной действительно следят. Всё замоталось в тугой клубок и не мне его разматывать, в одиночку не потяну.
Стала совершенно зашуганная, вздрагиваю от каждого шороха, в руках постоянный тремор. Я жду участи, дело времени опять же. Смирилась? Нет, лихорадочно ищу пути выживания. Полиция не спасёт, эту мысль отметаю сразу, так ещё и в дурку упрячут. Ушла на больничный на прошлой неделе, сегодня еду писать заявление по собственному. Ничего уже не будет хорошо, всё слишком плохо. В поликлинике даже притворяться не пришлось, просто описала все беды своего состояния.
Собираемся с Динь как на бой, без собаки из дому не выхожу. Перед дверью становится трудно дышать, оказавшись в подъезде мурашки бегут по позвоночнику. Я пыталась звонить бывшей подруге, через неё выяснить номер Игоря или Кира. Она сменила номер, других шансов нет. Мы с Игорем живём в одном городе, он довольно долго встречался с Машкой, а я ничего о нём не знаю, совершенно. Выдохнуть, он должен был знать, что убит охотник, это всего лишь мои догадки.
Я не знаю, где искать защиты, нет связи с оборотными и нет контакта с охотниками. Я одна. Под предлогом невыясненного плохого самочувствия, меня поняли, и отпустили без отработки двух недель. Больничный можно не закрывать, плевать теперь уже. Безработная, брошенная в жестоком мире гулять сама по себе. Получите распишитесь. Почему, когда желания исполняются, всегда с подвохом. Всего же предусмотреть нельзя, просто невозможно.
У меня запрет на выезд из города. Я не подозреваемая, свидетель, с какой стати тогда ограничивать. А куда бежать? Мы обе с Динь, знаем куда. Мы не знаем адреса, но знаем, где живёт самый привлекательный придурок в мире, который кстати обещал убить, если я к нему подойду. Усмехаюсь, Динь оборачивается и несётся ко мне. Глажу собаку по шерсти на шее.
— Он знал наперёд? — она в ответ лезет в лицо с поцелуями.
Уворачиваюсь, смеясь, начинает смеркаться и мы торопимся домой. За то, что вспоминаю, пока не убил, наверное не знает. Может и не убьёт, если явимся. Теперь мою голову не покидает одна мысль, как сбежать из города и остаться незамеченной при этом, от всех разом сбежать. Надеюсь в розыск не подадут меня? Ночью часто смотрю в окно не включая свет, сплю мало, майские праздники в разгаре, улицы кипят жизнью за полночь. Много думаю, не могу справиться со страхом и тревогой. Ощущение, будто меня загоняют на бойню, играючи и не торопясь.
Решено, в наглую садимся в машину и едем прочь, и будь, что будет. Сделать небольшие покупки и снять наличных, компенсация пришлась кстати. Кое что уже взяла с собой, стараюсь не привлекая внимания приготовиться к поездке. По торговому центру хожу не торопясь, я же никуда не спешу, хочется бежать, но проявляю выдержку. С двумя пакетами спускаюсь на лифте и когда выхожу, взглядом упираюсь в него. В спину толкают, извиняются, вылетаю на пару метров вперёд. Горло сводит спазмом, плотоядный взгляд липнет к телу.
Здесь слишком много свидетелей, давай попробуй, я такое подниму. Смотрю на него в упор. Мы прекрасно друг друга понимаем. Только двинься, только подойди ближе. Собираю волю в кулак, сжав зубы решительно шагаю. Что в этот момент творится внутри, передать сложно, надежда, вот что даёт сил. У меня есть надежда на спасение. Поравнявшись, краем глаза вижу как разворачивается вслед за мной и прилетает мерзко-цепкое, тягучее:
— До скорой встречи, Милана-а…
Тронуть не смеет, только смотреть и втягивая носом воздух фантазировать, что он со мной сделает, когда доберётся.
Вырвавшись на улицу стягиваю куртку, дышать нечем, душно. Трясусь в мелком ознобе и внутри и снаружи. Моя умница, послушно ожидает в машине. Забрасываю пакеты, украдкой озираюсь, сажусь за руль, пристёгиваю ремень и даю себе пару минут собраться мыслями. Будь, что будет.
— Валим отсюда, — стартую и несусь через весь город на выезд.
Врят ли встреча случайная, может выдержка исдохла, а может решил напомнить о себе, теперь не важно. Ждать дальнейших действий не намерена.
Как вспомнить где находится место в котором был, но нет координат? Легко, на словах, надо пройти весь путь заново. Так мы и делаем, направляемся туда, откуда всё началось. Терять нечего, наверное нечего. Постоянно смотрю в зеркало, ищу преследования, периодически гоню насколько смелость позволяет. Безумная идея, но других нет.
Усталость накрыла под утро, решила дотянуть до первой попавшейся придорожной гостиницы. Отдохнули без приключений. После первой остановки уверенности прибавилось, если преследователи и были, то не выдали себя никак, а по въезду в город начало начал моей грустной истории любви, потеряли нас по курортным улочкам. К тому же логика в моих действиях отсутствовала. Врятли те кто следили за мной, знают, что я ничерта не знаю куда еду. Телефон разобрала на составляющие как только выехала за город. Ниточки оборваны. Иногда мне самой кажется не знаю куда мы направляемся. В бездну…
Словно по запаху определяли нужное направление, по памяти конечно на самом деле. Радости нет предела, мелькают знакомые пейзажи. В прошлом году было лето, немного иначе смотрелось, точно знаю, узнаю, я здесь была и мы ехали именно по этой дороге. Если напрямую из дома, намного короче. С каждым километром нарастало и волнение, сердце щемило в тех местах, где мы оставливались с ним, и проводили незабываемые минуты, а то и часы в бесконечных поцелуях и касаниях. Динь чувствовала дом, стала беспокойной, может конечно моё состояние её так тормошит.
Сворачивая с трассы в сторону захудалой деревни, эта дорога к ней приведёт, дыхание перехватило. Я нашла, смогла сбежать. А может мне дали это сделать… Пронзила страшная мысль. Радовалась не долго закончился бензин. Без паники, приказываю себе, пока ничего не случилось. Просто ты тупица не подрассчитала дозаправиться заранее. Вылезаем наружу, сердце заходится, дыхание затруднённое. Выдох, ещё один. Глазею по сторонам, только дикая природа, цивилизации нет. Пугающая мысль так и вертится в голове, но я не намерена сдаваться. Неприятности по нарастающей всегда начинаются с подобных казусов. Снова выдох, аж голова закружилась. Динь носится как сумасшедшая, свобода, простор, кружает ей голову. Непроизвольно улыбаюсь, как он мог оставить это прекрасное животное чахнуть в квартире. Она такая счастливая здесь.