Интеллектуальная собственность в бизнесе: изобретение, товарный знак, ноу-хау, фирменный бренд...
Аналогично дело обстоит и в софтверной области, так как в России, к сожалению, сейчас нет механизма выдачи свидетельств государственного образца, подтверждающих наличие исключительных прав на программы для ЭВМ и базы данных. Скептически настроенный читатель, несомненно, возразит, вспомнив о возможности добровольной регистрации, предусмотренной ст. 1262 ГК РФ, в соответствии с которой правообладатель в течение срока действия исключительного права на программу для ЭВМ или на базу данных может по своему желанию зарегистрировать такую программу или такую базу данных в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности. Следовательно, не исключена возможность оспаривания прав на программные продукты, которые внесены в уставный капитал и наличие которых подтверждено свидетельством о регистрации программы или базы данных.
Но наиболее сложной представляется ситуация в сфере отнесения той или иной коммерчески ценной информации к ноу-хау (как к объекту интеллектуальной собственности). В целом ноу-хау представляется одним из наиболее интересных и загадочных (в силу недостаточного проработанного законодательного регулирования) объектов.
Дело в том, что наличие ноу-хау весьма сложно подтвердить или опровергнуть. Почти любая информация обладает определенной коммерческой ценностью, и руководство каждой организации может давать «всяческие заверения», что осуществляется квалифицированная защита данной информации от третьих лиц и что она приносит прибыль. Но так ли все в реальности? Как точно оценить уровень соответствия современным нормам информационной безопасности при защите ноу-хау, да и вообще, существует ли это ноу-хау? Такими вопросами нередко руководствуются налоговые службы.
Причем некоторые примеры из судебной практики свидетельствуют о том, что наиболее оптимальным способом «идентификации» права на использование ноу-хау является подписание лицензионного договора. Однако действующее законодательство не содержит условий об обязательности регистрации лицензионных договоров о передаче ноу-хау. Не прописан там и механизм действия автора ноу-хау, который пытается «отразить» секреты производства в уставном капитале своего предприятия.
Используемые сейчас методы подтверждения исключительных прав приводят к тому, что налоговые органы попросту оспаривают само наличие ноу-хау, в то время как учредитель может искренне полагать, что его творение имеет признаки ноу-хау.
СУДЕБНЫЕ СПОРЫ
К примеру, учредители одной из газет внесли в уставный фонд информацию, которая, как выяснил Высший Арбитражный суд РФ, попросту является «условиями типовых договоров, заключаемых товариществом с рекламодателями, и регламентирует стоимость рекламных объявлений, порядок оплаты и расчетов, размер неустойки за нарушение договоров». Суд пришел к выводу, что «эти условия не содержат каких-либо новаций в области экономической эффективности использования технических, технологических, коммерческих и других знаний» (см.: постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ № 3225/96 от 24 декабря 1996 г.) [97].
В связи с этим можно предложить читателю модель правовой экспертизы юридического оформления вклада интеллектуальной собственности в уставный капитал, сформулированную О.В. Новосельцевым:
1) Экспертиза правомерности оформления учредительных документов (устава) предприятия, предусматривающего размер и порядок формирования уставного капитала.
2) Выявление факта наличия материальных носителей информации, позволяющих однозначно идентифицировать результаты интеллектуальной деятельности в качестве определенных бестелесных вещей, и проверка правомерности их использования в гражданском обороте в качестве объектов интеллектуальной собственности.
3) Экспертиза документов, подтверждающих факты возникновения на предприятии или приобретения предприятием прав интеллектуальной собственности.
4) Выявление стоимостных документов и экспертиза правомерности методов оценки права интеллектуальной собственности.
5) Экспертиза учетных документов и правильности учета прав интеллектуальной собственности в качестве имущества предприятия [98].
Сложности могут возникнуть не только с определением наличия ноу-хау, авторского произведения, в том числе программы для ЭВМ, но и с имущественной оценкой соответствующего объекта. Это наиболее детально можно проиллюстрировать на примере арбитражной практики.
СУДЕБНЫЕ СПОРЫ
Так, Комитет по управлению имуществом одного из городов Московской области (далее – Комитет) обратился в суд к открытому акционерному обществу с иском о признании недействительным заключения эксперта, который провел оценку части вклада в уставный капитал общества – интеллектуальной собственности творческого коллектива. По мнению истца, оценка была произведена с нарушением норм Федерального закона РФ от 29 июля 1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» [99]. Однако суд признал, что данный спор неподведомствен арбитражному суду, так как оспариваемое заключение не является нормативным актом органа, не носит властно-распорядительного характера и не порождает юридических последствий, а достоверность определения величины интеллектуальной собственности объекта в иске не рассматривалась (см.: постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 19 июля 2000 г. № КА-А40/3035-00) [100].
Данное решение, конечно же, не является панацеей и требует четкого законодательного регулирования. Тем не менее пока это едва ли не самый действенный механизм, позволяющий хоть как-то упорядочить ситуацию с нематериальными вкладами.
ГЛАВА 14
КОММЕРЧЕСКАЯ КОНЦЕССИЯ
14.1
Франчайзинг в России
В России под договором коммерческой концессии (франчайзинга) понимается такой договор, согласно которому в силу п. 1 ст. 1027 ГК РФ одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий правона товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).
Наиболее распространенные объекты исключительных прав, передаваемые по договору коммерческой концессии, – фирменное наименование, товарный знак, ноу-хау. В договоре коммерческой концессии можно предусмотреть и передачу других объектов – авторских произведений (включая программы для ЭВМ и базы данных), изобретений, промышленных образцов и полезных моделей, охраняемых патентами. Причем перечень объектов исключительных прав остается незавершенным, оставляя некоторую неопределенность.
К примеру, предметом договора коммерческой концессии может выступать комплекс исключительных прав, в который входят: фирменное наименование; 19 изобретений, защищенных патентами РФ; 6 промышленных образцов, защищенных патентами РФ; 15 товарных знаков и ноу-хау.
При этом важно разграничивать передаваемый по договору концессии комплекс исключительных прав – от деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя, которые также могут быть переданы по договору коммерческой концессии.
Договоры коммерческой концессии ни в коем случае нельзя, несмотря на их сходство, относить к лицензионным договорам. Причем сходство лицензионных договоров и договоров коммерческой концессии отражено в п. 4 ст. 1027 ГК РФ, согласно которому к договору коммерческой концессии применяются положения ГК РФ о лицензионном договоре, если это не противоречит положениям главы 54 ГК РФ «Коммерческая концессия» и существу договора коммерческой концессии.