An ordinary sex life
Мы всё еще сможем ее трахнуть?
Ну, да.
Тогда у меня все в порядке с этим.
С Авророй есть нечто большее, чем просто секс.
Я знаю это. Но мы начинаем с минимального базового уровня. Пока мы продолжим трахать ее, остальное будет предметом переговоров.
Знаешь что? Просто заткнись, черт возьми.
Я серьезно. Любое решение, которое в конечном итоге приводит к тому, что «Бен больше не трахает Аврору» — это полный отстой. Мы этого не делаем.
Она бы перестала со мной трахаться, только если… Ну что ж…
Что ж что?
Окей, если бы она завела моногамные отношения с кем-то другим.
И если ты не заявишь о ней прямо сейчас как о своей девушке, она потенциально может оказаться с кем-то другим и перестать трахать тебя.
Что ж, ЭТО было бы нехорошо, не так ли?
Черт возьми, нет, это было бы плохо. Итак, решено. Тебе нужно убрать ее с рынка, чтобы она оставалась твоей.
Но разве она уже не связывает себя со мной без титула девушки? У нее было много возможностей уйти от меня в сольное плаванье, но она не воспользовалась ни одной из них. Вчера вечером она сказала, что она уже принадлежит мне душой и телом, даже если я хочу остаться «лучшими друзьями». Зачем пытаться менять то, что хорошо работает? Зачем рисковать романтическими отношениями, которые могут потерпеть неудачу и в конечном итоге закончиться фразой «Бен больше не трахает Аврору»?
Ты говоришь о сохранении статус-кво. Статус-кво никогда не остается прежним.
Но это не значит, что мы должны иметь романтические отношения друг с другом только ради того, чтобы «не оставаться прежними». Мы можем продолжать развиваться и расти как лучшие друзья. Мы даже можем создать для себя совершенно новую категорию, отличную не только от «лучшие друзья», но и «парень/девушка».
Действительно? Ты уверен? Или просто принимаешь желаемое за действительное?
Вернемся к гипотезе Ким: если Аврора захочет остаться лучшими друзьями, как я должен на это отреагировать?
Согласись остаться лучшими друзьями. Продолжай трахать Аврору так же, как ты уже трахал Аврору. Не подвергай ее стрессу и не заставляй ее сомневаться в себе, не подталкивай ее к обязательствам, которые она не хочет выполнять. Если ОНА хочет остаться лучшими друзьями, но если ТЫ скажешь ей, что хочешь быть чем-то большим, то ОНА согласиться стать романтичными только ради тебя, и это решение станет самой первой трещиной в ваших отношениях, которая в конечном итоге приведет к разрыву и к тому, что «Бен больше не трахается Аврору».
Пиздец.
Но если Аврора захочет стать романтичными, а ты нет, она будет чувствовать себя отвергнутой и нежеланной. Она пересмотрит свои чувства к тебе и подвергнет сомнению силу твоих чувств к ней. Она начнет верить, что ты никогда не простишь ей прошлые грехи, никогда не сможешь жениться на ней, не думая о том времени, когда она изменила тебе и разбила твоё сердце. Она начнет верить, что любое возможное будущее с тобой будет обречено на провал, поэтому она могла бы просто сдаться сейчас, вместо того, чтобы продолжать надеяться на возможный брак и любовь родственных душ. И она начнет отдаляться от тебя, сначала проводя два, а затем три дня в собственном доме, пока, в конце концов, она не будет навещать тебя только время от времени и не появится в слезах на ужине однажды вечером, чтобы сказать тебя, что она нашла нового парень и начала с ним спать.
Пиздец.
И, о да, он хочет быть моногамными, поэтому «Бен больше не трахает Аврору».
Пиздец, пиздец.
Так что твоей ответ кажется довольно ясным.
Ага. Что бы ни решила Аврора, согласиться с ней, и мы будем находиться на одной волне.
Чего? НЕТ! Я собирался сказать, что тебе нужно найти способ заставить ЕЁ согласиться с тем, что ТЫ решишь, и разобраться с этим ДО Дня святого Валентина.
Верно, верно, как ты и сказал.
Дебил.
Эй, кого ты называешь дебилом?
Парня, который все еще смотрит в потолок, переругиваясь с голосом в голове и оскорбляя его, в то время как Ким смотрит на тебя, гадая, насколько ты на самом деле сумасшедший. ОН — дебил.
Отлично. Замолчи. Я понял.
Точно?
Что ж, если это не так, ты снова начнешь верещать, не так ли?
Чертовски верно.
Хорошо, теперь мы на одной волне.
Моргнув, я опустил взгляд с потолка и посмотрел на Ким, которая терпеливо смотрела на меня столько времени, сколько мне потребовалось, чтобы разобраться во всем этом в реальном времени. Глубоко вздохнув, я откровенно посмотрел на нее и сказал: «Извини. Мне нужна была минута, чтобы все осмыслить».
«Не надо извиняться; Я делаю это все время». Она пожала плечами. «Итак, вернемся к моей гипотезе: ты хочешь снова вместе, но она в конечном итоге решает, что вы должны оставаться друзьями. Что бы ты сделал?»
«Честно говоря, я сделаю все возможное, чтобы сохранить ее и меня вместе. У нас есть еще два дня, чтобы поговорить о возобновлении всего этого романа, еще два дня, чтобы все это разобрать. В конечном итоге мы могли решить остаться «лучшими друзьями». В конце концов мы могли бы решить дать романтическим отношениям еще один шанс. Но, в конце концов, для меня важнее всего то, чтобы мы оставались вместе и вместе принимали это решение».
Изучая мое лицо, Ким несколько долгих секунд молчала. Она села прямо, бросила на меня смешной взгляд, и ее губы слегка приоткрылись, как будто она собиралась что-то сказать. Но через секунду ее губы снова сомкнулись, она нахмурилась и снова вернулась к изучению моего лица. Я мог только представить, какой разговор она вела сейчас с голосом в ЕЕ голове.
Но в конце концов Ким начала кивать, даже начала немного ухмыляться и приподняла бровь. «Бен продолжает трахать Аврору»: что-то вроде этого?» спросила она понимающим тоном.
Я удивленно моргнул. «Что ты только что сказала?»
Ким ухмыльнулась. «Твоё решение о том, как действовать дальше, более или менее определяется одним основополагающим принципом: что нужно сделать, чтобы Бен продолжал трахать Аврору? Верно?»
Я удивленно моргнул. «На самом деле, это было больше о том, чтобы избежать любого решения или действия, которое приведет к «Бен больше не трахает Аврору», но в основном ты права».
Ким вздохнула и посмотрела на меня неодобрительно. «Это грубый способ сказать, что ты все еще боишься ее потерять, и, несмотря на эту чертову бомбу, дело даже не только в сексе. Как бы сильно ты ни желал всей радости от новообретенной родственной души/романтических отношений, более сильные чувства, которыми ты руководствуешься при принятии решений — это страх того, что Аврора снова уйдет от тебя. Утрата способности трахать Аврору на самом делене связана с сексом. Это метафора для того, чтобы снова отдалиться от нее — для того, чтобы оказаться в напряженных, неловких отношениях, в которых вы оба были весь год после того, как она вернулась в Беркли. Наконец-то между вами снова все наладилось, и это как будто голос в твоей голове повторяет снова и снова: «Не облажайся. Не облажайся. Не облажайся».
Когда она права, она права.
Заткнись. И откуда она вообще знает, что мне говорит голос в моей голове?
Голос в голове Ким и голос в голове Авроры каждую неделю устраивают со мной конференц-связь.
Блять…
Потерев лоб правой рукой, я глубоко вздохнул и пожал плечами: «Разве я не прав, что боюсь? Я не могу ее потерять… только не снова. Пока я честен с самим собой в отношении своих чувств, не лучше ли признать этот страх, чем погрузиться в головокружительную надежду, не учитывая последствий?»
«Нет, это не так». Ким покачала головой. «Быть честным с самим собой — это очень хорошо. Проблема в том, что ты позволяешь, чтобы бедная девочка думала, что ты готов сказать «да», когда истина в том, что ты не готов. Я видела выражение ее глаз сегодня утром. Я изучала надежду на ее лице. Аврора 100 % ожидает, что ты скажешь «да» в День святого Валентина. Она согласилась подождать несколько дней, чтобы подумать об этом, потому что это разумный и рациональный поступок, и держу пари, что период ожидания был твоей идеей, с которой она не стала спорить. Но она не хочет ничего, кроме как снова стать твоей второй половинкой, снова ощутить тот уровень счастья и глубоко укоренившегося удовлетворения своим местом в мире. Быть твоим номером один — это ее смысл в жизни. Она не может существовать без тебя».