An ordinary sex life

Я нахмурился, когда Аврора покачала головой, открыла дверь и вошла внутрь. Я подобрал сосунка и последовал за ней. «Так как ты попала в грязь?»
Оглянувшись на меня, Аврора закатила глаза. «Расплата за годы назад. Помнишь, когда нам было шестнадцать?»
«Это было семь лет назад. Я не собираюсь вспоминать…» Я остановился на полуслове, когда воспоминание пришло мне в голову. «Она тогда использовала тот же самый приём. На меня».
Аврора засмеялась. «Ваша семья против нашей. Ты был передним якорем, а твой отец сзади, и именно ты перестал тянуть…»
«И рухнул в грязь, когда Брук врезалась в меня сзади» вспоминал я. С ухмылкой я добавил: «И пока Дайна подпрыгивала, гордая своей победой, ты толкнула ее в грязь сзади».
Аврора ухмыльнулась и указала на себя. «Расплата Дайны за семь лет ожидания».
Я засмеялся и покачал головой. «Не уверен, что когда-либо благодарил тебя за то, что ты отомстила за меня».
«Летом, когда мне исполнилось шестнадцать? Ты много раз благодарил меня» сказала Аврора с самодовольной улыбкой, ее глаза были немного рассеянными, когда она смотрела вдаль.
Я кивнул, немного погрузившись в воспоминания. Но мгновение спустя тень прошла по лицу Авроры, когда она взглянула на меня. Между нами поднялась невидимая стена, и мы погрузились в неловкое молчание.
Лето, когда нам было шестнадцать, было давным-давно, и наши отношения уже не были такими.
«Ну, уже почти обед» наконец сказал я после слишком долгой паузы. «Тебе, наверное, стоит переодеться».
Аврора взяла свою грязную рубашку и кивнула. «Да, нужно. Увидимся там, ребята».
Я кивнул, еще раз неловко взглянул на нее и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь каюты.
Около двух секунд я смотрел на эту дверь, качая головой.
Это просто смешно. Прошло два года, и мы оба хотим двигаться дальше. Эта неловкость ДОЛЖНА прекратиться.
 Так что открой дверь и поговори с ней. 
Я не знаю, что сказать.
 Скажи, что это смешно, прошло два года, и вы оба хотите двигаться дальше. 
Она это уже знает.
 Так почему тебе так сложно говорить вслух? 
По кочану…
 Потому что два года спустя, после всего, что произошло, у тебя все еще недостаточно сил, чтобы ИСПРАВИТЬ ЭТО? 
Заткнись, ты.
 Вперед, продолжай. Убегай. Снова. 
Я не собираюсь убегать.
 Тогда почему твоя рука не держится за дверную ручку, открывая ее? 
Хорошо хорошо. Просто заткнись.
Я повернул ручку. Я толкнул дверь, делая шаг вперед. И я крикнул: «Хэй, Аврора? Слушай, я знаю, что мы… вот дерьмо. Мне жаль!»
Великолепная 22-летняя блондинка, стоя на одной ноге, чтобы скрыть свою наготу, как фламинго, приподняла одно колено, чтобы прикрыть промежность, при этом прикрывая рукой свою обнаженную грудь. Ее грязная одежда лежала рядом с ней на деревянном полу, вдали от мебели и в удобной стопке, чтобы ее было легко убрать. Но, прежде чем я смог увидеть что-либо еще, я уже оказался на крыльце с закрытой дверью перед моим лицом, моя рука все еще держалась за ручку, и я сам дернул ее.
Ты сделал это специально, не так ли?
 Чего? Не то чтобы ты никогда раньше не видел ее обнаженной, даже вчера, в Саду. 
Тьфу, заткнись. Мы идем на обед.
  * * *  
Обед был таким же, как и любой другой обед, который мы проводили в лагере. Если Авроре и мне было немного более неловко друг с другом, чем обычно, казалось, никто этого не заметил. Ким всю трапезу посвятила маленькому BJ, очевидно, страдая от ломки или чего-то подобного после того, как провела утро вдали от него. Саша на самом деле предлагала позаботиться о нем вместо этого, но решила корчить рожи маленькому парню, чтобы развлечь его. Дайна, Брэнди и Адриенна решили поболтать без остановки, объясняя все детали того, что я пропустила. Аврора, по её нормам, была довольно тихой.
После обеда Дайна и Брэнди хотели затащить меня обратно в хижину. Ни одна из них не переспала со мной с вчерашнего утреннего похода в Эдемский сад, и Дайна, в частности, выглядела довольно нервной. Но я оттолкнул всех, подойдя к Авроре, глядя ей прямо в глаза и спросив: «Эй, мы с тобой можем пойти куда-нибудь и поговорить?»
  
Все вокруг заткнулись, их глаза расширились от удивления, когда они все подались к нам. Подняв брови и взглянув на них всех, я глубоко вздохнул, снова сосредоточился на Авроре и добавил: «Одни?»
Сначала Адриенна выглядела так, будто хотела что-то сказать, но она резко повернулась и посмотрела на Сашу так, как будто брюнетка ущипнула ее. Аврора взглянула на них обеих, ее брови приподнялись, словно она ждала протеста одной из них, но, когда Адриенна сжала челюсть и промолчала, она вернула свое внимание ко мне и кивнула. «Хорошо».
Я потратил минуту, чтобы потереть щеки BJ и предупредить его, чтобы он хорошо себя вёл с мамочкой. Я клюнул Адриенну, Сашу и Дайну в губы, быстро извинившись перед Дайной, признав ее нервозность.
«Нет, серьезно, продолжай» подбодрила Дайна, улыбаясь своей младшей сестре.
Так что я вышел из главного домика, за мной следовала Аврора. По пути мы миновали двух «парней из туалета», которые молча переглянулись. Но я не обратил на них внимания, когда мы вышли на улицу и начали думать, куда идти.
Одна из кают показалась очевидной из соображений конфиденциальности, но девушки направлялись туда, чтобы переодеться в купальники. Кроме того, недавний инцидент с грязью и позой фламинго только усугубил ситуацию. Я, конечно, тоже думал о «Поляне», но… нет. Просто нет.
Не говоря ни слова, Аврора предложила: «Балкон? Ещё далеко до заката, поэтому я сомневаюсь, что кто-то еще может быть поблизости».
Я кивнул и жестом велел ей идти впереди. Это было не так уж далеко от главного домика, что делало прогулку короткой. В большинстве мест тропа была довольно широкой, что позволяло нам идти бок о бок, так что, сосредоточив свое внимание глядя вперёд, я вообще ее не видел; Я просто чувствовал ее присутствие справа от себя. Но время от времени я обнаруживал, что чуть-чуть отставал, мой разум кружился, когда я пытался осмыслить то, что хотел сказать, прежде чем я взглянул и обнаружил передо мной Аврору с этими длинными кремовыми ногами, ведущими вверх. к идеальной заднице, упакованной в короткие шорты и бело-синюю клетчатую рубашку, которую она завязала у живота, чтобы обнажить дразнящую гладь кремово-белой кожи, прежде чем подняться к этим аппетитным большим холмам…
Вздох.
 Почему ты остановился? Я наслаждался этим! 
Заткнись, ты.
Чувственную красоту Аврора было достаточно легко игнорировать в течение прошлого года, когда мы встречались лицом к лицу. Я, конечно, замечал её, но неловкое напряжение, лежавшее в основе всего, мешало моему мозгу отвлекаться на секс. Нахождение среди других людей и вдали от различных уединённых мест также сдерживало любые распутные мысли.
Но здесь, в лагере, в этом месте, которое так много значило для нас, я начинал думать о том, что я делал с этим телом в последний раз, когда мы были здесь вместе. Я бы начал вспоминать личные моменты между нами, даже несексуальные. И когда картинки с изображениями наших личных моментов вместе вспыхнуло в моем мозгу (не говоря уже о кристально чистом HD-видео с объемным звуком Dolby), я обнаружил, что мой разум перегружен до такой степени, что мне нужно было ускорить темп, заставить её оказаться позади меня и за пределами моего поля зрения, и попытаться взять себя в ёбанные руки еще раз.
Сочетание воспоминаний и возможностей было просто невозможным, больше, чем я мог вынести. Вот почему у меня раньше не было этого разговора. Вот почему я не мог набраться смелости побыть с ней наедине и поговорить о наших чувствах, и не делал этого в течение прошлого года.
Никто на планете так на меня не влиял. Если бы она была кем-то еще — другом, бывшей девушкой, коллегой по работе или даже семьей — у меня не было бы проблем с тем, чтобы открыть рот и выговориться. Неловкость лучше всего пресечь в зародыше, разобраться, чтобы обе стороны знали, какой счет и где все стоят. Каждый раз, в каждой ситуации за последний год, когда я не решался принять меры и УСТРАНИТЬ проблему, тупой голос в моей голове пинал меня по заднице и заставлял действовать.