An ordinary sex life

Но я потерпел неудачу.
Снова.
И жизнь, вспыхнувшая в глазах Кэмерон, когда выстрелил пистолет, снова преследовала меня.
Аврора посоветовала мне не винить себя. Я был немного не уверен в деталях того, как оказался с ней наедине в своей спальне. Саша была в своей комнате, наплакавшись перед сном. Я вспомнил, как поцеловал ее в лоб, прежде чем выйти и закрыть дверь. Я вспомнил, как Лекси и Мели вышли из дома, чтобы разобраться с ситуацией по-своему. И я вспомнил, как просил Брук и DJ дать мне немного уединения, когда возвращался наверх.
Я не помнил, как Аврора присоединилась ко мне, но я помнил, как она открыла руки в приглашении, и я шагнул вперёд, чтобы уткнуться лицом в её плечо, а она заключила меня в яростные объятия.
Я рассказал ей все, напомнив, что видел Элис в доме Картера в ту ночь, когда Райан прислал мне сообщение о том, что она предпочла его мне. Я рассказал ей о появлении Элис на моем пороге и заявлении, что ее зовут Серена Грей. Я рассказал ей, что вернулся домой и обнаружил, что Элис ушла, и узнал, что одна из фрошлингов была следующей целью Картера.
Аврора уже знала некоторые подробности о том, что Кэмерон — сводная сестра Картера, и о том, что Кэмерон была близким другом моей бывшей Эмбер. Но Аврора никогда раньше не знала, насколько глубоко я начал заботиться об Эмбер за столь короткое время, и как я начал честно видеть себя проживающим остаток своей жизни с кем-то другим.
Я рассказал ей о том, как мы с Эмбер понимаем, что проецируем наши потерянные родственные души друг на друга, и о том, что, в конечном итоге мы решили расстаться, а не соглашаться на тени настоящих. И я рассказал Авроре о своем глубоком чувстве утраты, когда она, наконец, вернулась, чтобы поговорить со мной, только чтобы снова уехать в лагерь Моррис.
Я рассказал ей о том, как с тех пор она преследовала все мои отношения. Я рассказал ей о том, как неуверенность DJ по поводу того, что я не люблю именно её, в конечном итоге подорвала эти отношения и привела к аборту и разрыву. В отчаянии я рассказал ей о зачатии Ким. И я сказал ей о том, как держал свое сердце запертым, даже когда такие девушки, как Саша, Энди и остальные, делали так много, чтобы я снова мог чувствовать.
А теперь это. Я сказал ей, что чувствовал себя таким неудачником. Вот я, на пороге выпуска, и все, о чем я мог думать, это обо всех способах, которыми я проиграл.
Я не смог полюбить.
Мне не удалось спасти.
И я боялся, что снова проиграю.
Я плакал.
Я плакал, и я плакал, и я плакал. В последнее время я часто этим занимаюсь. Для самопровозглашенного не-плаксы я ужасно много плакал за последний год. Часть меня винила её. Я сказал это прямо в лицо Авроре. Она по-королевски облажалась со мной с тех пор, как изменила мне и ушла. Я напомнил ей о том аду, в котором я оказался сразу после того, как она ушла от меня и отказалась остаться, чтобы все исправить, и я выл о том, что у меня никогда не будет других романтических отношений до конца моей жизни, которые я не сравнивал бы с нашими. Я никогда не думал, что мне вообще понадобится еще один роман. Моя жизнь была такой прекрасной: я был влюблен в свою половинку, был успешен в учебе, и впереди меня были только яркие звезды и голубое небо.
А теперь это.
О, да, я справедливо винил ее. Я дышал, кричал и снова плакал. Тогда я понял, что не могу ни капли винить Аврору в том, что случилось с Картером, Кэмерон и Элис. Все их смерти были на мне, и я снова начал винить себя.
В какой-то момент я, должно быть, заснул. Возможно, я даже плакал перед сном. Но когда я проснулся, мои слезы и слюни оставили следы слизи в декольте Авроры, и вот мы здесь.
Только она и я.
Менее чем в пяти футах от того места, где я заблевал весь пол, когда она вышла за дверь год назад.
«Что теперь?» — спросил я, у меня перехватило горло, а голос немного охрип.
Аврора глубоко вздохнула, поджала губы и склонила голову набок. Ее теплые, влажные голубые глаза, полные печали и сожаления, она посмотрела на меня с извиняющимся тоном и сказала: «А теперь я прощаюсь».
  
 Книга 5. Глава 31. Прощание. Часть 5 
Я до сих пор помнил все, что произошло во сне, и ничто из этого не было более ярким, чем воспоминание о том, как я очнулся из вымышленной комы и обнаружил, что Аврора мчалась сквозь ночь, чтобы быть рядом со мной. Хотя я проснулся в реальности, которая мало походила на исполнение желаний моего фантастического будущего, моя мама сказала, что на самом деле Аврора проснулась, выкрикивая мое имя посреди ночи. Ну… как может любой романтик в душе НЕ принять это за положительный знак? Несмотря на всю мою ненависть к тому, что она со мной сделала, за все неразрешенные чувства, которые я похоронил и которым позволил перерасти в гнев в течение последнего года — не говоря уже о прямой попытке разорвать это, — я выбрал поверить, что наша мистическая связь всё еще существует, и я решил поверить, что это означало что-то особенное. Даже если бы остальная реальность не совпадала с моей фантазией, я был бы вполне счастлив, если бы сработала часть «Аврора и я».
Но вместо этого она прощалась.
Я не хотел заниматься этим сразу, поэтому, встав и вытер лицо, я объявил: «Мне нужна минутка, хорошо?»
Глубоко вздохнув, Аврора выглядела так, будто она тоже не прочь пару минут собраться с мыслями, и согласно кивнула.
Я встал и вышел за дверь, не оглядываясь. Я знал, что она знала, что я вернусь. Когда я вернулся, Брук и DJ всё еще были в гостиной, поглощенные своим собственным разговором. Они обе посмотрели на меня, но мое выражение лица, должно быть, было типа «не связывайся со мной», и я прошел на кухню, не сказав ни слова. Через несколько минут я вернулся в свою спальню, закрыл дверь, протянул Авроре ее кружку с кофе и сделал глоток от своего.
Она смотрела, как я снова сажусь в кресло, прежде чем сделать глоток. Ее глаза всё еще были прикованы ко мне, изучая, когда она впервые ощутил вкус. Ее глаза расширились, она посмотрела на свою кружку и пробормотала: «Ха…»
Я нахмурился и посмотрел вверх. «Что-то не так?»
«Нет, нет… Просто…» Она замолчала на мгновение, удивление все еще было заметно на ее лице. Но затем, глядя на меня с улыбкой, она сказала: «Я ожидала, что ты добавишь двое сливок и три сахара, как я всегда это пила».
Я снисходительно помахал и покачал головой. «С таким количеством кофе, которое ты выпила в лагере? Все эти ранние утра? Ты уже сказала мне, что привыкла к тому, что он более темный и менее сладкий».
Аврора нахмурилась. «Разве? Я не помню, чтобы говорила тебе об этом. Но я должна была, потому что ты прав».
Я моргнул, и теперь настала моя очередь широко раскрыть глаза, когда я понял, что она мне не говорила.
Не совсем…
«В любом случае», — начала Аврора, прежде чем сделать еще один глоток и обхватить обеими руками теплую кружку, — «я просто говорила тебе, что мне пора уходить».
Я устало вздохнул. То, как Аврора пила кофе, было, по-видимому, таким же, как в моих грёзах, но реальность оказалась бы совсем иной в других областях.
В моем сне Аврора бросила все, что происходило в ее жизни, чтобы остаться здесь и терпеливо ждать, пока я ее прощу.
Но на самом деле она объяснила: «Мне нужно вернуться в лагерь. Норма, очевидно, позволила мне оставаться подальше так долго, потому что она знает наши семьи и знала, что я должна быть здесь после того, как в тебя стреляли. Но теперь, когда ты в порядке, и после выздоровления для меня имеет смысл только вернуться».
«Когда?»
«Я уеду завтра утром. Рано, чтобы преодолеть 880 до пробок в час пик».
«Тебе нужно уезжать так скоро? Я чувствую, что ты только появилась здесь, и это действительно наш первый шанс поговорить».
«У меня есть обязательства перед людьми, которые рассчитывают на меня. Лагерь уже открыт, и туристический сезон действительно начнется после Дня Поминовения. До этого осталось меньше трех недель».