Последний Охотник на Магов (СИ)

Невольно мы с Павлом проделали командную работу. Я замедлил московских студентов, а он пнул их в электрический барьер.
В первую же секунду забега нас осталось одиннадцать.
Я бежал наравне с Алексеем Ковтуновым. Тот громко пыхтел, но улыбался во весь рот. Спортивный азарт приносил ему неописуемое удовольствие.
— Ну что, Владимир, давай-ка вместе дойдём до финала? — воскликнул он.
— Другого не дано! — поддержал его настрой я. — Зря, что ли, тренировались?
— У москвичей осталось всего четыре человека, — пропыхтел Алексей. — Выбросим их всех из игры, а затем сразимся в финале друг с другом! Как тебе такой план?
— Меньше слов — больше дела, Лёха, — бросил я и, ускорившись, обогнал, Ковтунова.
Теперь я бежал первым, оставил за своей спиной всех участников соревнований. И так мы двигались достаточно долго. Однако через пятнадцать минут пробежки начались новые потери бойцов.
Один из наших остановился, сдала дыхалка. Вслед за ним Валунов сцепился с московским студентом, и они вдвоём налетели на электрическую стену.
Я тоже начал потихоньку выдыхаться, но останавливаться было нельзя. Я сбавил темп, и меня тут же нагнали двое москвичей.
— Думаешь, ты тут самый быстрый? — крикнул один из них и толкнул меня плечом.
Меня отнесло в сторону, и я врезался во второго игрока, который тут же толкнул меня обратно.
— Что, петербуржец? — просипел второй. — Попал в тиски?
Два здоровяка решили сделать из меня футбольный мяч. Молодцы, хорошая тактика. Только она сыграет против вас!
Я дождался очередной атаки и намеренно поддался одному из противников. Москвич ударил меня боевой магией, я моментально поглотил её и полетел на его напарника. Бедняга надеялся толкнуть меня назад, но я влетел в засранца с такой силой, что студент ударился об электрическую стену и потерял сознание.
Пока горе-футболист пытался сообразить, что только что произошло, я выпустил из себя последний запас боевой магии и пинком отправил врага в бегущих за моей спиной студентов.
Москвич прокатился под ногами своих соратников, и все они попадали на землю.
К тому моменту в игре осталось лишь трое игроков. Я, Алексей Ковтунов и Павел Мясников.
От криков зрителей уже начинало гудеть в ушах. Я мог поклясться, что даже отсюда слышал восторженные визги Колокольцевой и Антарктьевой.
— Мы сделали это! — крикнул за моей спиной Ковтунов. — Мы вывели из игры всех москвичей! В третьем этапе пободаемся между собой!
В голосе Алексея звучала искренняя радость. Ковтунов жил подготовкой к этим соревнованиям всю осень.
Уверен, он хочет занять первое место. Но дружбе в соревнованиях не место.
— Учти, поддаваться не стану! — крикнул ему я.
— Обижаешь! — воскликнул он. — Я на это и не рассчитываю! Победа должна быть честной.
Шли последние минуты забега. До финала осталось совсем чуть-чуть. Но беды на этом не закончились. Мою голову пронзила адская, нестерпимая боль. Я стиснул зубы, но не затормозил.
Поначалу я подумал, что мой череп просто перенапрягся от обилия магия, но следом закричал Ковтунов.
И всё стало ясно.
Из моих ноздрей полилась кровь. Во рту был привкус железа. Павел Мясников что-то делал с нашими сосудами.
В ярости я направил всю силу своего отражения и выбросил его магию из своего тела. Но Алексею помочь я не мог…
Ковтунов схватился за голову, споткнулся и рухнул наземь.
Раздался свисток.
— Оставшимся участникам разрешается остановиться! — прокричал Быков. — Время вышло!
— Ты что, мразь такая, натворил? — закричал я, развернувшись к Мясникову.
— А что такого? — пожал плечами Павел. — Нам было разрешено пользоваться магией. Разве я нарушил правила?
— Боевой магией, Павел. Боевой! — процедил сквозь зубы я.
— Не припомню, чтобы декан давал такие ограничения… — Мясников принял наигранно задумчивый вид.
Вновь прозвучал голос Быкова.
— К великому сожалению, вся команда Московской Академии вышла из игры, — произнёс декан. — А это означает, что по итогам второго этапа олимпиады побеждает команда Санкт-Петербургской Магической Академии!!!
 
Студенты, преподаватели — все кричали. Но я не слышал никого из них. Я смотрел в глаза Павла Мясникова и искренне желал его прикончить. Даже в прошлой жизни ни один из магов меня так не бесил!
Он вывел Ковтунова из игры в самый последний момент. Да ещё и так подло! Павел опорочил эту игру, разрушил мечты моего друга. Не дал нам с Алексеем вдоволь побороться друг с другом в финале.
— А теперь — финал! — закричал в магофон Быков. — Второй этап олимпиады определил победившую академию. Но кубок должен получить только один из участников. Прямо сейчас состоится магическая дуэль между Владимиром Беловым и Павлом Мясниковым!
Все электрические стены исчезли. Нам выделили целую арену для боя, но не дали даже минуты, чтобы перевести дыхание.
Я сильно истощил силы. Довёл отражение до предела ещё на втором этапе. Мясников же был полон сил.
Но меня питала ярость. Я был готов впиться в глотку Павла в любой момент. Закончится отражение? Порву его голыми руками. Больше никакой пощады, и будь что будет!
— Финалистов прошу приготовиться! — воскликнул Быков. — Третий этап, кульминационная дуэль начнётся по моему сигналу!
— Ты покойник, Белов, — прошипел Мясников, активируя свою магию.
У меня не было желания устраивать с Павлом словесную дуэль. Мне не терпелось перейти к настоящей. Как бы Мясников ни выделывался, в его глазах читался страх.
Всё же, я оказался прав. Он боялся сойтись со мной в честном поединке.
— Начали! — воскликнул Быков.
Мы с Мясниковым сорвались с места и понеслись друг на друга. В его руках магия крови, в моих — отражение.
Всё должно решиться прямо сейчас!
Но мы не успели сойтись в схватке… Неподалёку, на территории академии, раздался громкий взрыв. У меня аж уши заложило…
А затем наступила кромешная тьма.
Мы с Павлом и все зрители, которые были на трибунах, замерли в ужасе. Небо над нашими головами обволокло тёмной пеленой. Был полдень, но солнце исчезло, а на смену ему пришла полная луна, окружённая россыпью незнакомых звёзд.
Это была синяя луна, какая приходит лишь в одном случае…Когда оба мира соприкасаются.
Весь стадион укутал непроглядный туман.
— Как это… Как это возможно⁈ — воскликнул Павел. — Тёмный Час… Он не может быть на территории Академии! У нас же стоит защита!
— Значит, нет больше защиты, — ответил я.
Приоритеты мгновенно изменились, и Мясников со своими загонами отъехал на второй план. Сейчас всей академии грозила реальная опасность!
В тенях зашевелились силуэты жутких существ. И все они были разные. Но одинаково ужасные. Ведь твари приходили в облике человеческих страхов… А здесь собрался целый стадион, чей ужас от происходящего подпитывал тварей.
Монстры были повсюду. Из травы под моими ногами появились чёрные одуванчики.
На стадионе началась толкучка. Громоздкое существо, напоминающее слизня, вынырнуло из мрака и обрушилось на тот сектор трибун, где сидели Бродский, Колокольцева и Антарктьева. Холодный ветер выхватил из их рук плакат с надписью «Белов, вперёд!».
Порождения Тёмного Мира сотнями особей склонились над моими друзьями, желая поскорее вкусить свежего человеческого мяса.
К каждому из присутствующих пришёл его личный страх. И я не стал исключением.
 Глава 24 
На стадионе начался настоящий хаос.
Тёмный Мир забросал нас тварями всевозможных мастей. Меня окружил плотный туман, и я остался наедине со своим врагом.
Я встал перед монстром, чтобы посмотреть страху в лицо. Как уже сделал это однажды.
— Давненько же мы не виделись, смерть, — сказал я, но не надеялся, что тварь меня поймёт.
Это был лишь монстр. Не сама смерть… Она в отличие от этих тварей никогда не приходит лично.
Передо мной стоял тёмный силуэт, закованный в чёрные, как уголь, доспехи. Под капюшоном виднелся череп, пустые глазницы которого спокойно взирали на меня. В руках смерть держала длинный, покрытый зазубринами клинок с гербом моего ордена.