Покоритесь воле Ночи

– А еще у нас появилось несколько новых шпионов. И именно из-за Крулика со Снейгоном.
– Да? – оживился Хект.
– Многие бротские дэвы совсем не рады тому, что затеяли Крулик и Снейгон. Особенно те, кто видел, что случается, когда всю вину сваливают на дэвов. Взять хоть беженцев из Сонсы: они уверены, что по милости Крулика и Снейгона на дэвов обрушится гнев всех чалдарян.
– Никогда не знаешь, как все обернется, – лениво отозвался Хект, который после одного из лучших завтраков, который когда-либо готовила Анна, хотел лишь поскорее забраться в постель.
– Я знаю. На нас обрушится удар, ведь теперь чалдаряне станут бояться, что дэвы получили в руки страшное оружие.
– И будут правы.
– Возможно. Но позвольте напомнить: начинают всегда не дэвы.
– Титус! Конечно же, дэвы – они же отказываются признать очевидные догматы веры.
– Командир, я теперь, конечно, истый чалдарянин, но это же чушь собачья!
Хект рассмеялся.
– Про Ферриса Ренфрау или Пинкуса Горта ничего интересного разузнать не удалось, – продолжал Титус. – А давить не хочется, особенно с Ренфрау. Не хочу его вспугнуть. У него шпионская сеть гораздо больше, запутаннее и опаснее моей.
– Понимаю, Титус. Я его тоже опасаюсь.
– Спасибо. А с Гортом трудность в том, что сведения брать неоткуда. Если даже Горт действительно родом из Гролсача, туда я отправить никого не могу: никто просто живым не вернется.
– Понятное дело. А с мальчишкой как?
– Тоже ничего. Исчез сразу после смерти Бонифация. Может, переоделся и в империю сбежал; может, на улицах где-то живет; может, его убили. Рассказывают всякое. А почему он вас так беспокоит?
– Он жил с принципатом Делари и многое слышал. Принципат волнуется, что паренек расскажет кому-нибудь.
Хект задумался: а не прикончил ли Осу Стила Кловен Фебруарен? Нужно будет спросить.
– Понимаю. – По голосу Титуса было ясно, что он понимает: всей правды ему не сказали.
Внезапно прямо за спинкой Титусова кресла появилась Герис. И тут же открыла рот от изумления. Какая промашка! Торопливо крутанувшись на месте, Герис исчезла.
Консент почувствовал дуновение, но, когда оглянулся, ее уже не было.
– Это что еще такое? – изумился он.
– Может, привидение? Какая-то нечисть. На мгновение только показалось.
– Но…
– Будь это мой дом, я бы перевез Анну в другое место. Слишком уж в этом квартале много странного творится. Не говоря уж о всяких опасностях вроде тех бочек с огненным порошком, которые тут рванули. Теперь-то что?
В дверь постучали, и Хект пошел открывать.
Мимо Пайпера к дверям проскочил Пелла, но, обнаружив на пороге Герис, скроил разочарованную мину.
– Да, Пелла, встреча с тобой меня тоже не радует. Я пришла поговорить с твоим отцом.
Теперь уже все вышли в прихожую посмотреть, что стряслось.
– Я думал, это Кейт Рук, – оправдывался Пелла. – Он сказал, что зайдет… Ой!
На него вопросительно уставилось несколько пар глаз, а Хект грозно спросил:
– И когда это ты виделся с Кейтом Руком?
Пелла молчал.
– Я же говорил тебе, и не один раз: из дома не выходить.
– Пайпер, я могу провести убедительную демонстрацию, – вмешалась Герис. – В том числе и поэтому дедушка меня прислал.
Она извлекла блестящую палочку из красного дерева, восемнадцати дюймов длиной и дюйм в обхвате, встала в центре комнаты, подняла ее над головой, закрыла глаза и закружилась на месте, что-то фальшиво напевая. Слова напоминали церковный бротский. Палочка в ее руке раскачивалась и дергалась.
И вдруг с ослепительной алой вспышкой исчезла. После этого сверкнуло еще дважды, и послышался пронзительный громовой раскат.
Когда зрение вернулось к Хекту, он увидел на трех стенах комнаты, ближе к углам, три черных силуэта. Фигуры эти были ростом ему по колено, почти квадратные и напоминали людей, разве что без шеи. Такие прекрасно подойдут под описание демона в любой из тех религий, которые исповедовали присутствующие в доме.
Позади Хекта на полу лежало и вполне осязаемое доказательство – фунтов двадцать гнилого мяса с прозеленью, от которого поднимались струйки зеленоватого пара. Вокруг этой смердящей кучи валялись оторванные конечности, блестящие и мертвенно-желтые.
 
– Пелла, вот о чем речь, – объяснила Герис. – И это еще самые безобидные. Когда ты выходишь из дома без защиты, к тебе цепляются подобные создания. Некоторые могут сделать из тебя отбивную вроде этой кучи на полу, если хозяин прикажет. В мгновение ока. – Она прищелкнула пальцами. – Пайпер, на твоих глазах образованность только что одержала блестящую победу над бесталанностью. Наши старики могут и обезьянку превратить в смертельное оружие.
Хект смерил Пеллу суровым многозначительным взглядом и спросил Герис:
– Зачем ты пришла? И как эти твари пробрались в дом? Я думал, принципат защитил чарами все входы, чтобы создания Ночи не могли войти.
– Можно пройти мимо талисманов, прицепившись к кому-нибудь. Если, Пелла, этот кто-то торопится и забывает о мерах предосторожности.
– Пелла, там на улице может поджидать нечто гораздо более мерзкое, – кивнул Хект. – Тебя убьют, а ты и понять не успеешь, что случилось.
– Титус, нам надо поговорить, – заявила Ноя. – Когда домой вернемся.
Прозвучало это зловеще.
– Герис, ты так и не сказала, зачем пришла, – снова обратился к сестре Хект.
– В том числе и за этим – избавиться от паразитов.
– Пожалуйста!
– А еще затем, зачем я обычно прихожу, когда ты в Броте. Меня дедушка прислал. Хотел, чтобы я извела подслушивающих тварей в доме у Анны и предупредила, что скоро Безмятежный за тобой пошлет. Дедушка просит быть осторожнее. Второй старик снова уехал. Хотя перед отъездом все-таки успел учинить неразбериху.
Говоря все это, Герис медленно поворачивалась и направляла свою палочку в каждый угол, на каждую тень. А заодно на Титуса, его жену и детей. И плевать ей было, оскорбятся они или нет.
В общем, Герис шла дорожкой, проторенной ее ныне здравствующими предками по мужской линии.
– Когда я вошла, никто ускользнуть не успел. Анна, давай быстро осмотримся. Может, еще кто-то спрятался. Пелла, не лезь туда.
Изумленная Анна вслед за Герис вышла из комнаты. Консенту и его жене хватило ума за ними не ходить.
– Это что за дела? – спросил Титус.
– Мне известно не больше твоего.
Оробевшая Ноя, заламывая руки, подозвала детей и вопросительно уставилась на Хекта с Титусом.
– Пелла, тебя привязать, что ли, чтобы ты туда не лез? – спросил Пайпер.
– Просто посмотреть хотел.
– Делал бы, как велено, и смотреть было бы не на что. Ты притащил этих тварей с собой. Последствия могут быть очень серьезными…
Полыхнуло красным. Раздался громкий треск, от которого содрогнулся весь дом, а потом полный гнева и боли вопль. На кухне взвизгнула от страха Анна.
Хект и Консент бросились туда, хотя что они могли сделать такого, чего не смогла бы Герис?
Герис появилась на пороге кухни:
– Это все. Тот был большой. – Она шагнула в сторону и гневно посмотрела на Пеллу. Присутствие Консентов ее явно сдерживало, иначе она бы многое сказала. – Дедушка пошлет кого-нибудь прибрать. Может, даже сам приедет и все починит, чтобы подобное больше не повторилось. Я бы прибрала, но… Он захочет сам посмотреть. Я ведь не смогу объяснить толком, я просто посланник.
Пелла сник.
– Но ты все же приходила зачем-то?
– Сказала же: дедушка подозревал нечто в этом роде, вот мне и пришлось подправить. Он хотел предупредить тебя, что в Кройсе что-то затевают. Тебя вызовут к Безмятежному, нельзя забывать об осторожности.
Хект был уверен, что Герис о чем-то умалчивает, но при Титусе больше ничего не скажет.
– Пайпер, иди успокой Анну. А Пеллу пороть не стоит, просто пусть взглянет на тварь в кухне. Может, научится уму-разуму.
Герис осторожно вышла на улицу. За порогом светило яркое утреннее солнце.