Хмельная таверна (СИ)

Пока мы с Сантой отмывали зал, Ладяна стирала в помывочной белье, Деник и Да́рушка, закончив с моими заданиями, взялись строить птичник. Мужчины, конечно, спросили у меня разрешения, и я дала добро. Негоже птицу держать в сарае. К тому же, Лунья заверила меня, что среди будущих курочек, затесался и петушок. И, если я рассчитываю на увеличение численности птицы, мне точно нужен птичник.
Закончив с залом, Санта занялась молоком, нужно было впрок запастись маслом и сыром, а я пошла отмывать комнаты съехавших постояльцев.
За водой пошла в помывочную, сейчас там Ладяна стирает, значит вода должна быть теплой.
– Что-то ты мне не нравишься, – девушка сидела на лавке рядом с постиранным бельем, которое лежало в большом тазу и вытирала со лба пот.
– Почему? Я же… я все сделала, – испуганно проронила, судя по всему, неправильно поняв мои слова.
– Я вижу. Ты умничка, – подошла к ней и приложила прохладную ладонь к ее лбу.
– Да у тебя температура… жар. Ты почему не сказала? – с тревогой спросила, заметив, как заволновалась Ладяна.
– Нет, нет. Это не ничего, я могу работать, – протараторила она, не сводя с меня… умоляющего (?) взгляда.
Ничего не понимаю! Ладяна заболела и почему-то ничего никому не сказала. Но вспомнив свои слова о том, что они нужны мне здоровыми, до меня вдруг дошло, что девушка неправильно поняла меня.
– Все понятно. Наливай воду в таз и ставь в него ноги, – скомандовала я, даже не сомневаясь, что она все выполнит. Таким способом я снимала температуру у мужа, в те времена, когда еще не было круглосуточных аптек.
Сама же тем временем, подхватила таз с бельем и пошла на двор. Рядом с огородом стояли своеобразные деревянные турникеты, если честно, когда я увидела их впервые, у меня была мысль, что здесь хотели установить теплицу. П-ф-ф, о чем я? Какая теплица?
И лишь позже до меня дошло, для чего они. Развесив белье на отполированных временем деревяшках, вернулась в таверну, где Санта уже закончила работу с молоком.
– Санта, Ладяна приболела. У нее жар, я оставила ее в помывочной. Ты не могла бы отвести ее в комнату, а я пока сделаю клюквенный морс с медом, – произнесла, потрогав бак с водой и открыв крышку подпола.
– Ой, как же так? А я смотрю, она вялая какая-то. Ну, точно хворая, – взмахнула руками женщина, и быстро пошла в сторону хозяйских комнат.
Наполнив глиняный кувшин морсом, вспомнила про глину, которая вся ушла на печь. А ведь я хотела использовать ее по назначению, то есть сделать несколько форм для запекания. Зачем покупать, когда можно сделать самой. Вот если у меня не получится…
Девушка лежала на кровати, а рядом с ней сидела Санта, положив ей на лоб мокрое полотенце. Оставив кувшин и кружку, кивнула Санте и тихо вышла из комнаты, мимоходом заметив на двери, установленную деревянную щеколду.
– Хозяйка, – в коридоре меня остановил Диник, – так в вашей-то комнате нужна щеколда?
– А как же! Я так и сказала, во всех хозяйских комнатах, – в гостевых изначально стояли щеколды, а вот у нас их почему-то не было.
– Так это… Мы не можем вашу дверь…открыть, – кивнул мужчина в сторону моей комнаты и продемонстрировал правдивость своих слов, попытавшись открыть дверь. Но она не открылась…
Странно… Дверь у меня работала исправно, поскрипывала только, но открывалась легко.
– Хм-м, – я подошла и дернув за ручку, распахнула дверь комнаты. Заметив на себе пару удивленных взглядов. Судя по всему, мужчины потратили прилично времени, чтобы попасть ко мне в комнату.
Вот те на…
Дождавшись, когда они приладят щеколду, закрыла дверь. У меня все еще оставалось незаконченное дело, а именно, уборка комнат, поэтому размышлять над странностями, просто не было времени. С обедом и ужином можно было не заморачиваться дня два, именно на столько хватит готовой еды. Только хлеб придется завтра испечь. А сегодня, у меня был первый свободный день, не считая уборки. За Ладяной присмотрит Санта, а я решила сходить в лес за глиной.
Набрав небольшое ведерко, оставила его в сарае, залив водой из колодца. Мне нужно было ее промыть, чтобы весь мусор всплыл, а потом нужно было промыть глину еще несколько раз, чтобы не осталось никаких камушков и готовое изделие не треснуло. Проверив, как идут дела у мужчин, вернулась в таверну.
 
Санта уже хозяйничала на кухне, подготавливая все к обеду, а я пошла в комнату Ладяны. Девушка все еще спала, но жар уже отступил. Сменив мокрое полотенце и напоив ее морсом, вышла из комнаты.
Лишь за обедом сообщила Денику, что его дочь приболела. А Санта заверила, что мы за ней присмотрим, чтобы он не переживал. Вот только мужчина, как-то странно отреагировал на наши слова… удивился? Чему? Что мы беспокоились за его дочь?
И все же он пошел навестить ее, а спустя несколько минут, когда мы с Сантой уже убрали со стола, спустился вниз и пошел помогать Да́рушке с птичником, который уже можно было назвать постройкой.
Я же наконец занялась лепкой, и несколько глиняных изделий уже к вечеру оказались в уличной печи. Ну, форма, конечно, не ахти какая… но, если все получится, руку смогу набить.
– Санта, нам, наверное, нужно запастись сеном для животинки, – убирая со лба налипшую прядь, спросила, когда женщина подошла к печи.
– Можно, но говорят тут зимы- то недолгие…
– Но я видела, по дороги в деревню стога сена на поле. Думаю, лучше на всякий случай купить у них…
– Вот еще! Травы за лесом полно, мужикам команду дай и будет тебе сено. Только с птичником закончат и в путь. Дождей еще седмицы две не будет. И просохнуть успеет, – махнула рукой и пошла в сторону стайки, рядом с которой строили птичник Деник с Да́рушкой.
Вот что бы я без нее делала?
  
Глава 27
 
Утром, первым делом зашла проведать Ладяну и отнести ей новую порцию морса, а потом побежала к уличной печи. Осторожно достала свои «поделки» и осмотрев их со всех сторон с радостью отметила, что несмотря на их корявенькие формы на них нет ни одной трещинки.
Вот и славно! С учетом того, что глиняные горшки и формы слишком хрупкие, мне не нужно будет покупать их. Какая-никакая, экономия.
Мужчины обещали сегодня закончить с курятником, а значит, завтра уже можно отправлять их на сенокос. Я бы, и сама…но косу ни разу в жизни не держала в руках. А врачей здесь нет, если я чего-нибудь себе вдруг отрежу…
Решив еще потренироваться с посудой, засела рядом с сараем. Круглая форма вышла у меня идеальной… разумеется, на мой взгляд. Она вполне подойдет для выпечки каравая. С кринками и горшками было сложнее, поэтому работу с ними я отложила на потом. А вот блюда для запекания мяса у меня получались вполне себе не плохо.
Еще я хотела сделать небольшие горшочки для трав и специй…
– Тетенька, а где хозяйку найти? – отвлек меня от работы звонкий мальчишеский голос.
– А тебе зачем? – сдула с лица прядь, руки-то у меня все в глине, подняла глаза на вихрастого мальчишку, который лузгал семечки.
Семечки!
– Так Таруш меня послал. Сказал, что лавки ее готовы, – разглядывая посуду, стоящую рядом со мной, бросил пацан.
– Таруш? Лавки? – ничего не понимаю, я не заказывала никаких лавок, – А-а-а, табуретки!
«Вот ведь дурында, Дашка! Нужно было поинтересоваться хотя бы именем мужчины».
– Ага… они…точно они, – сплюнув шелуху, заверил мальчишка, – Так это ты, что ль хозяйка?
– Я что ль. А где семечки взял? – подойдя к ведру с водой, сполоснула руки.
– Так на поле…
– А поле чье? – не отставала я.
– Так известно чье… – не очень уверенно произнес пацан.
– Ну… И чье же? Мне вот не известно, – составляя посуду в печь, обернулась на мальца.
– Чего пристала? Чьи деревни, того и поле, – буркнул мальчишка, – Я тебе все сказал, чего просили, другого не знаю.
– Да подожди ты! – остановила, уже собирающегося бежать обратно, мальчишку, – Ты же в деревню? Ну так поедем вместе, на телеге. А ты мне про то поле расскажешь. Идет?