За порогом 4. Барон войны

— Ладно, — резюмировал барон, уже подходя к лагерю, который разбили на небольшой площади в южном секторе города. Дабы не портить отношения с населением, Серов приказал обывателей не стеснять, благо погода на улице стояла теплая и сухая: одну ночь можно и в палатке переночевать. — Как думаешь, согласятся?
— Уверен, — кивнул Ариен. — Что магам этот город? Личная сила гораздо важнее. Понимаешь, маги, если не случается никаких неожиданностей, живут гораздо дольше обычных людей. И услуги целителей им более доступны, и сама сила внутри тела стремится поддерживать целостность оболочки. Сотня лет — для мага вообще не возраст, две сотни — совсем не рекорд. Они будут размышлять так: тебе тридцать, сколько ты еще протянешь? Еще тридцать в лучшем случае, а скорее, учитывая беспокойный нрав, все закончится гораздо быстрее. Отрава или кинжал, а может смерть в честной битве, какая, в общем-то разница, — в любом случае, от клятвы они освободятся, а личная сила останется.
— Ну такого подарка, как скорая смерть я им делать не собираюсь, — криво усмехнулся Александр.
— Это понятно, учитывая телесные усиления, слабый магический дар и наличие под рукой целителя, пусть даже пока юного и не опытного, ты вполне можешь до сотни протянуть, а то и больше, если конечно нигде по глупости не подставишься.
— Приложу все усилия, — подвел черту под диалогом капитан.
Боевые действия возобновились еще до рассвета. Часа через три после полуночи, со стороны Башни примчался посыльный с положительным ответом, после чего заранее подготовленные на такой случай штурмовые отряды выдвинулись в центр города. Сопротивления им не оказывали: ни городской стражи, ни наемников тут не было — защитники полагались на то, что Магическая Гильдия в любом случае задержит нападающих и будет время прислать подмогу при необходимости. Того, что отряды Серова пройдут через центр города насквозь без помех, советник Шаупр явно не ожидал.
Едва небо на востоке посветлело, и тьма на улице сменилась рассветной серостью, заранее выведенные на позиции полторы сотни отборных бойцов атаковали не ожидавших такого поворота защитников. Боя по большому счету не получилось: застигнутые врасплох бойцы городской стражи, гораздо более привычные разгонять дубинками загулявших выпивох и собирать мзду за въезд в город, бою грудь в грудь предпочли тактическое отступление, плавно переходящее в бегство. Ополчение из местных жителей, еще вчера желавших отстоять свой город с оружием в руках, боевую ценность имело около нулевую, а большая часть наемников находилось на более важных участках фронта и сражении вообще участие принять не успела.
Быстрее всего сориентировалась баронская конница, которая находилась в резерве возле северных ворот Берсонзона и, видя сложившуюся ситуацию, побросав все награбленное за последние дни достаточно оперативно сделала ноги. Тут, впрочем, вообще не было ничего удивительного: смысла еще оставшимся “в строю” баронам Соммер, Юс и Вальдир упираться и класть свои дружины за погибающего сюзерена, без какой-то выгоды для себя, не было никакого. То, что Берсонзон было уже не спасти понимал последний обозный, но ведь это не значит, что нужно идти на дно вместе с ним. Тем более, что можно отступить в себе в замок и уже сидя за надежными стенами разбираться что к чему. Может получится прислониться к другой влиятельной силе, а может и вообще про тебя забудут в суматохе, и удастся еще какую деревеньку под шумок к себе прирезать. В общем, ничего личного — только бизнес.
К сожалению, самого Шаупра взять живым не удалось, хоть Серов этого и очень хотел. Барон, сам себя хоть и не считал мстительным человеком, но и прощать предыдущие обиды кому-либо не собирался, поэтому для давнего врага у него была заготовлена показательная публичная казнь.
После смерти советника прекратили сопротивление и наемники, которые честно отрабатывая контракт до последнего удерживали отдельные кварталы на северо-востоке и северо-западе Берсонзона. И уже после полудня весь город оказался в руках барона Серов.
 
А дальше началась рутинная достаточно работа: разоружить и отправить на восстановление разрушенного в течение последних дней стражу и прочих взятых в плен подчиненных Шаупра. Сформировать дозоры для предотвращения мародерства, выставить стражу на ворота и стены. Начать опись — самое, конечно же приятное — городского имущества, которое «по наследству» досталось барону. Принять делегации лучших людей города для прояснения отношений и налаживания нормального сосуществования в дальнейшем. И конечно же — принять клятвы магов, которые огласились пойти под руку Александра.
Таких, нужно сказать, было хоть и большинство, но далеко не сто процентов от списочного состава Магической Гильдии Берсонзона. Не захотел приносить клятву друид, на которого у Серова были большие планы, один из артефактов, и один погодник. Они предпочти собрать свои манатки и по-тихому удалится в поисках места погостеприимнее.
На удивление принял решение остаться мастер Вирмос, на которого Александр совершенно не рассчитывал. Остался так же менталист — скорее всего старику просто лень было менять привычную обстановку, — один из артефакторов, к сожалению, тот который послабее, алхимик, снабжающий город разнообразными зельями и один бытовик. Бытовиками называли магов, занимающихся мелкими полезными в быту чарами — начиная от обслуживания почты и заканчивая установкой сигнализаций в домах. К каждому специалисту довеском шли ученики — от одного до трех-четырех в среднем, впрочем, их никто не считал, по получения посоха подмастерья права голоса у них все равно не было.
Принесение клятвы оперативно организовал Ариен, он же все и проконтролировал. Серов задал другу единственный вопрос перед церемонией в связи с темой, которую как раз обсуждали прошлой ночью.
— А можно, — тихо отведя друга в сторону от чужих глаз и ушей, спросил барон, — чтобы маги приносили клятву не мне, роду? Или династии? Ну чтобы в случае моей смерти они не разбежались как тараканы, а были связаны с сыном?
— Не-а, — слегка усмехнулся маг. — Так это не работает, не ты первый об этом думаешь. Клятва — это договор между двумя людьми, скрепленный силой мага. На других он не распространяется.
— А жаль, — вздохнул капитан, доверия у него к новым вассалам не было ни на грош.
Само принесение клятвы прошло достаточно просто, можно даже сказать — буднично. Каждый из магов по очереди произнес веками не менявшуюся вербальную формулу, подкрепил ее частичкой своей силы и отправился по своим делам. Понятное дело, что времени на более детальную проработку будущих совестных планов этим вечером не было.
Вслед за магами пожаловали представители ремесленных и торговых объединений, которые после потери своих лидеров — а каждый из членов совета так или иначе представлял интересы той или иной части местного бизнеса — были в определенной растерянности. Им было совершенно не понятно, что делать — убегать, сражаться или может лучше взять паузу и посмотреть, что будет дальше.
Серов уверил всех, что никаких проскрипций не намечается, отбирать бизнес он не планирует, наоборот обещает открытие новых рынков и большое количество оплачиваемых из казны заказов. Такой подход несколько успокоил горожан — как минимум на некоторое время — во всяком случае, убегать они вроде передумали.
— Ваша милость! — В зал, где Серов принимал купцов ворвался запыхавшийся боец, отыскал глазами сюзерена и подойдя к нему поближе, шёпотом произнес, — к городу с севера идут войска. Несколько сотен бойцов, до тысячи. Под флагом графа Орфален. Что нам делать?
 Глава 13 
 
Вероятно, с высоты птичьего полета, все происходящее внизу выглядело очень красиво, можно даже сказать, кинематографично. Стройные ряды закованных в броню верховых воинов; бьющие копытом, чувствующие общее напряжение лошади; развивающиеся на легком ветру разноцветные флаги; все это на фоне сочной, густой весенней зелени. Красота!