Магические притязания (ЛП)

В любом случае, это было забавно.
Мы добрались до башни. Я спешилась, привязала Обнимашку к перилам и вошла внутрь.
Внутри пожарной части всё выглядело так же, как и три месяца назад, когда я уходила: одна большая светлая комната с кирпичными стенами, бетонным полом и большими окнами с толстыми решётками. Два стола слева были заняты: за одним сидел атлетически сложенный мужчина лет тридцати с красивым лицом и рваным шрамом, пересекавшим шею, оставлявшим тёмную полосу на светло-коричневой коже, а за другим — подтянутая девушка чуть старше двадцати с загорелой кожей и короткими светлыми волосами, крашеными в красный цвет.
  
Клаудия сидела за большим столом справа. Ей было за пятьдесят, у неё было круглое лицо, смуглая кожа и крепкое телосложение. В её коротких вьющихся волосах виднелись седые пряди, а взгляд говорил о том, что она не потерпит вашей болтовни.
Я широко улыбнулась ей и весело помахала.
— Привет!
Рыцарь-защитник смерила меня бесстрастным взглядом.
Два других рыцаря притворились, что поглощены своими бумагами.
— Да? — спросила меня Клаудия.
— Мне нужна услуга, — сказала я.
— Разве не всем нам?
Я отправила ей отчёт о спасении Дарина, в котором подробно перечислила все грехи бывшего рыцаря-чародея Ордена, Аарона. А грехов было много. Похищение, тюремное заключение, торговля людьми, поведение, недостойное рыцаря, безрассудное пренебрежение при использовании магии…
Я склонила голову набок и стала ждать.
Над нами нежить сдвинулась на фут влево. Клаудия подняла взгляд. Если бы она могла стрелять лазерными лучами из глаз, дымящийся труп нежити упал бы на землю за долю секунды. Так что вампир был нежеланным гостем.
Это был выкрутас Барретта. Он дождался, когда технологии будут в зените (иначе чары не подпустили бы нежить к зданию), и оставил вампира на башне, прекрасно понимая, что Орден никогда бы такого не допустил. Клаудии надо было прогнать его. В этом не было никаких сомнений. Но ей также нужно было не устраивать представление и не навредить вампиру. Из-за этого зрелища Орден будет выглядеть слабым, а любой вред, нанесённый нежити, усилит напряжённость в отношениях с Фермой и, опять же, лишит Орден репутации. Та сторона, которая первой прибегнет к насилию, потеряет лицо.
— Чего вы хотите? — спросила меня Клаудия.
— Доступ к рыцарю-следопыту, Айзеку Сильверстайну.
Прежде чем покинуть форт, я позвонила в отделение Ордена в Атланте и попросила Ника найти Айзека Сильверстайна. После того, как он сказал мне, что он не мой секретарь, и мы десять минут пререкались о том, кто кому должен, он вернулся с интересной новостью.
Сильверстайн был по-настоящему хорошим следопытом, с наградами и опытным. Он приехал в Пендертон в составе группы из пяти рыцарей, специально отправленной для решения этой проблемы. Пять рыцарей вошли внутрь, Сильверстайн вышел один, и после этого он остался в этом районе. Официально он находился в длительном отпуске по состоянию здоровья. Неофициально он околачивался в Уилмингтоне последние шесть месяцев, но у Ордена не было его адреса. Его почту пересылали в отделение.
Рыцари Ордена были подобны солдатам на вражеской территории. По возможности они предпочитали находиться в своей компании и в безопасности на своей базе, поэтому Айзек, скорее всего, сейчас находился в Уилмингтонском капитуле. Вероятно, он живет здесь последние полгода.
— Это серьезная просьба, — сказала Клаудия.
— Я понимаю, что рыцарь-следопыт разбирается с некоторыми вещами, — сказала я. — А я собираюсь отправиться в Пендертонский лес.
— Попросите Национальную гвардию, — сказала Клаудия. — Они могут вас проинформировать.
— В чём смысл? Они ничего не видели. Рыцарь-следопыт, Сильверстайн, что-то видел, потому что вместо того, чтобы уйти, он притворяется здесь монахом. Как вы и сказали, это серьезная просьба, но в Пендертоне в ловушке пять тысяч человек.
Она вздохнула.
— Вам не нужно приближаться к этому чёртовому лесу. Я уверена, что Пендертон обещал вам небо и луну, но всё, что вы получите — это боль и смерть. Я не осуждаю вас. Я говорю как эксперт с двадцатилетним опытом работы в этой сфере: влиятельные люди пытались решить эту проблему и потерпели неудачу. Это выше вашего уровня. Оно того не стоит.
Клаудия пыталась позаботиться обо мне. Я чувствовала себя такой… тронутой. Искренне тронутой. Это означало три вещи: Клаудия была настоящей книжной героиней, Ник не сказал ей, кто я такая, и я не увижу Айзека Сильверстайна, пока не смогу убедить её, что способна выжить.
Для этого потребуется демонстрация силы.
Если бы дело касалось только меня, я бы, возможно, колебалась. Если я раскрою Клаудии свои карты, она начнет копать глубже. В конце концов, она выяснит, кто я такая. Но я не пойду в лес одна. Со мной будет Кэрран, и мы возьмем с собой Килана и его команду. Я уже приняла решение воспользоваться щедрым предложением Пендертона и войти в их дом. Мне придется открыть дверь настежь, чтобы пройти внутрь.
Избавиться от необходимости прятаться оказалось на удивление легко.
Вампир над нами снова переместился.
— Я понимаю, к чему вы клоните, — сказала я. — Но я уже дала слово Пендертону. Мнение рыцаря-следопыта действительно помогло бы мне.
Клаудия покачала головой. Мир был полон дураков, и я явно была самой глупой из них.
Я улыбнулась ей.
— Пока вы обдумываете это, не хотите ли, чтобы я избавила вас от незваного гостя? Я могу снять его с башни, не повредив, и, если вы мне поможете, Барретт больше никогда его туда не посадит.
Клаудия задумчиво посмотрела на меня.
— Посмотрим, что у вас есть.
Она не спросила, как я это сделаю. Я сняла толстовку с капюшоном и протянула ей.
— Мне нужно, чтобы один из ваших рыцарей надел её с поднятым капюшоном, сел на моего скакуна и объехал квартал. Нежить должна видеть, как я уезжаю.
Я не хотела, чтобы Барретт обращал на меня внимание. В конце концов, нам с ним придётся объясниться, но не сейчас. Не сейчас.
Клаудия кивнула. Девушка-рыцарь подошла и взяла мою толстовку.
— Какая лошадь ваша?
— Черно-белый мамонт-ослица впереди. Поверьте мне, вы не сможете её не заметить.
* * *
— Приближается, — пробормотала Клаудия.
— Барретт? — спросила я устами нежити.
— Во плоти.
Чтобы добраться от Фермы через реку до Уилмингтонского отделения, требовалось около получаса. Барретт добрался за двадцать минут. Либо он уже был в городе, либо был очень мотивирован. Он бы не доверил кому попало троллить Орден, так что тот, кто управлял вампиром от его имени, должен был быть хорош. Если бы кто-то отнял у меня одного из лучших навигаторов, я бы тоже была очень мотивирована.
Мой новый вампир присел за доской, которую я позаимствовала в ситуационном центре Ордена, сбоку от стола Клаудии. Я также взяла оттуда большой рулон бумаги. Через вампира было гораздо проще писать английские буквы, чем плавные символы Шинара. Для тренировки точной навигации нет ничего лучше, чем записывать родословную своей семьи на мёртвом языке, пока твоя тётя сокрушается из-за ужасного состояния твоей каллиграфии.
— Он выглядит взбешенным, — пробормотала девушка-рыцарь.
Я заперлась в их оружейной, так что вампир был моими глазами и ушами на этом маленьком свидании. Со своего места я отлично видела Клаудию, но экран закрывал вход и окна, так что мне оставалось только представлять, как разъярённый Барретт идёт по улице.
Дверь распахнулась, и твердые шаги возвестили о приближении Барретта.
  
Клаудия оторвала взгляд от бумаг.
— Что ж, вот сюрприз. Чем Орден может вам помочь, мистер Барретт?
— У вас есть кое-что из моего. — Его голос звучал легко. Можно было почти услышать улыбку.
— Правда? — Клаудия нахмурилась. — О, вампир. Это один из ваших?
— Они все мои. — Барретт усмехнулся и отодвинул подставку для доски. Я изогнулась, изображая человека, застигнутого врасплох в душе, и попыталась прикрыться своими мёртвыми руками.