Магические притязания (ЛП)

— Хорошо, — сказала я ему.
Мона пробежала мимо Лютера и вышла через проём, унося с собой Конлана.
— Что, чёрт возьми, происходит? — потребовал Лютер. — Что это… всё такое?
Я встала.
— Пойдём. Я тебе покажу.
* * *
Мы медленно шли по вестибюлю дворца, чтобы моя стражница-охотница успевала за нами. Дворец казался зловещим, его потолок был слишком высоким, а очертания — слишком резкими. В углах сгущались тени.
  
За все пятнадцать минут, что мы шли сюда, Лютер не проронил ни слова. Я сделала невозможное. Я лишила Лютера Диллона дара речи. Для этого мне понадобился магический план, на создание которого ушло около двенадцати тысяч лет.
Мы вошли в главный зал. Я прошептала заклинание, и на стенах зажглись факелы, залив комнату ярким светом. Я специально заказала их в Уилмингтоне, чтобы хорошо видеть всё в этом зале.
Охотница остановилась в дверях. Она не хотела входить.
Стены были расписаны красными, коричневыми, чёрными и белыми красками на массивных каменных панелях. Я остановилась перед первой из них.
— Некоторое время назад, вероятно, между 15 000 и 10 000 годами до нашей эры, когда мир был покрыт льдом, а Северная Каролина была окутана полярной тундрой, женщина из народа фейри была изгнана из своего племени.
На фреске одинокая фигура с длинными синими волосами отходит от группы людей. У некоторых из них были синие волосы, у других, как у спасённых мной охотников — каштановые. Пространство между толпой и фигурой с синими волосами усеяно тёмными точками — в неё бросают камни. Позади группы прямоугольные фигуры изображают дома, а над ними возвышается самый большой дом. Дворец. Один из домов поменьше горит.
Я подошла ко второй фреске.
— Её прогнали в лес, но она была могущественной и выжила. Её магия окрепла, и она нашла последователей, которые вверили ей свою судьбу.
На фреске в центре леса стояла женщина-фейри, освещённая внутренним огнём. Вокруг неё на коленях стояли люди, воздев руки в мольбе.
— Когда она окрепла, то вернулась.
Третья фреска была забрызгана кровью. Она высохла и стала тускло-коричневой, а сверху кто-то добавил красный пигмент. Просто море крови, в котором тонут люди в случайных позах, и внутренний огонь женщины с синими волосами. Вдалеке горят все дома.
— Она убила большую часть своего прежнего племени, поработила тех, кто выжил, и правила ими из этого дворца. Она стала Бледной королевой.
На четвёртой фреске в центре дворца была изображена одинокая фигура с синими волосами, чей внутренний огонь охватывал всё вокруг. Множество фигур в золотых ошейниках преклонили перед ней колени, а её слуги кланялись с обеих сторон.
— Она вела войну с соседним народом оборотней и тоже поработила их.
На другой панели, залитой кровью, были изображены умирающие рогатые люди и животные. На следующей панели она была изображена во дворце, а перед ней на коленях стояли львы, волки и рогатые люди в ошейниках.
Я пересекла зал и оказалась на другой стороне. Лютер следовал за мной.
— Затем в мире стало теплее. Климат менялся.
На этой панели было изображено солнце, яркое и палящее, объятое пламенем.
— Она решила погрузить своё королевство в сон.
На следующей панели над дворцом и домами возвышается огромный холм, а все люди лежат ничком, включая женщину с синими волосами во дворце.
— Королева фейри спит в Подгорном королевстве, — пробормотал Лютер. — Как символично…
Следующая панель была пустой. Я остановилась перед ней.
— А потом женщина-фейри очнулась и обнаружила себя в новом мире, которым она решила править. Она отправила своих посланников в ближайший город и потребовала человеческих жертвоприношений, чтобы подчинить их своей власти. Сначала город платил, но, в конце концов, они обратились к нам за помощью. Мы пришли, убили её, захватили её дом и освободили людей, которых она не успела принести в жертву. Конец.
Лютер обвёл взглядом стены.
— Если хочешь, я расскажу тебе всё подробнее за чашечкой чая.
— Хочу, — сказал он. — Как думаешь, что её разбудило?
— Я не знаю. Хотя, я тут поддерживаю тёплые отношения с Орденом и попросила знакомого рыцаря-следопыта проверить их записи. Во время последней вспышки вся эта территория замёрзла. Никто не знает почему, но, судя по всему, температура упала до рекордно низких значений, а на земле образовался трёхфутовый слой снега и льда. На оттаивание ушло несколько недель. Возможно, она настроила своё заклинание сна таким образом, чтобы оно пробудило её, когда в мире снова станет холодно.
— Но как? Каким образом? Посмотри на эти здания. Они примитивны до безобразия. Как она могла погрузить всех этих людей и животных в сон на пятнадцать тысяч лет?
— Я не знаю, — сказала я ему. — Скорее всего, мы никогда этого не узнаем.
— Тебе пришлось её убить?
— По-правде говоря, именно это мы и сделали.
Он вздохнул.
— Мы могли бы многому у неё научиться.
Я кивнула в сторону стражницы в дверном проёме.
— Ты видишь её? Она отказывается входить в эту комнату. Даже если ей было запрещено, человек, отдавший этот приказ, мёртв, но она всё равно не хочет иметь ничего общего с этим местом. Здесь происходили плохие вещи. Некоторым магическим приёмам не стоит учиться.
Лютер снова окинул взглядом стены.
— Как только мы решим самые насущные проблемы, я собираюсь снести этот дворец, — сказала я ему. — Если тебе нужны панели для потомков, я пришлю их тебе.
Лютер огляделся.
— Ты хочешь всё это снести? Это гигантское здание?
Я кивнула.
— Я сравняю его с землёй, очищу, забрав себе всю эту землю, чтобы не осталось и следа её магии, а потом мы построим на этом месте красивый современный замок.
Лютер посмотрел на меня.
— Это что КРЕПОСТЬ с большой буквы?
— Возможно.
— Так это новая штаб-квартира Стаи?
— И да, и нет. Пендертон выделил нам восемьдесят две тысячи акров, и ты стоишь точно в центре этого участка. Я заявлю права на всю эту территорию и буду её охранять. Если через несколько лет в Атланте начнутся проблемы и какие-нибудь оборотни решат переехать сюда, у нас будет готово жильё для них. Но это место никогда не будет принадлежать только Стае, Лютер. С этим покончено. Оборотням не нужно жить отдельно от других людей. На самом деле, чем больше мы все взаимодействуем, тем лучше.
Лютер сохранит нашу тайну. Я в этом не сомневалась.
Он провёл рукой по волосам.
— Я заберу панели. Конечно, я хочу их забрать. Это кладезь магических знаний. Я понимаю ваши чувства и планы, но стоимость всего этого будет непомерно высокой. Одна только транспортировка панелей через лес. Возможно, мне придётся получить грант от Академии магов…
Я жестом пригласила его следовать за мной и направилась в дальнюю часть зала, мимо большого каменного кресла, которое, должно быть, служило троном Бледной королеве.
Мы прошли через широкую дверь в коридор, а затем ещё через одну дверь. Я прошептала слово, и факел ожил.
Перед нами простиралась длинная комната. Пол был усеян кусками золота и грудами необработанных драгоценных камней, которые громоздились у стен по обеим сторонам. Кое-где светились странные кристаллы, мягко флуоресцируя магией. Между золотыми самородками лежали странные кости, черепа и бедренные кости. Некоторые из них я узнала. Другие были слишком необычными, чтобы их опознать. Всё в комнате было либо из драгоценного металла, либо из драгоценного камня, либо обладало магической силой. Комната тянулась бесконечно, её конец терялся в темноте. Я установила столько факелов, что их хватило бы только на первые двадцать пять ярдов.
  
Лютер ошеломленно уставился на это.
— Мы не знаем, как долго жила Бледная королева, — сказала я. — Достаточно долго, чтобы заметить, что мир становится теплее. Это не произошло в одночасье. Должно быть, на это ушли столетия. Некоторые считают, что фейри могут жить несколько сотен лет, если их магия достаточно сильна, а в её распоряжении было много магии.