Магические притязания (ЛП)

Утром после того, как мы забрали комплекс, я минут тридцать смотрела, как она стоит там, а потом попросила Килана найти стул. Он не смог его найти, поэтому принёс толстую ветку, которую срубил с дерева.
Она и другой охотник смыли с себя синюю глину. Их уши, зубы и призрачные завитки зелёных и коричневых пигментов на коже говорили о том, что они были фейри или, по крайней мере, в них текла их кровь. Несмотря на растущую магию, фейри всё ещё были редкостью. Те немногие, с кем я встречалась, относились к людям с пренебрежением, а некоторые из них без зазрения совести ели человеческую плоть. Но, с другой стороны, большинство людей, с которыми я сталкивалась в своей предыдущей работе, не были образцовыми гражданами. Мне нужно будет сделать несколько звонков и выяснить, есть ли у нас специалист по фейри, которого мы могли бы пригласить в гости, когда всё уляжется.
  
Мы всё ещё не знали, кто такие рогатые люди.
Охотница поднялась по лестнице. Я встала и кивнула ей. Она кивнула в ответ и села на бревно, держа в руках копьё.
— Зачем она это делает? — спросил Трой.
— Они пытаются показать, что от них есть польза, — сказала я ему. — Если бы она могла говорить, она бы сказала: «Пожалуйста, не убивайте меня. Я могу работать. Я буду вас охранять. Я буду верна вам».
Языковой барьер был проблемой, но, в конце концов, мы с ним справимся. Конлан добился больших успехов в общении с двумя подростками-оборотнями. Они выучили до пяти слов. Вода, еда, да, нет и шоколад. В конце концов, мы объясним всем жителям ледникового периода, что они могут делать всё, что захотят.
Я снова посмотрела на бумагу.
Айзек выжил. Он не только вышел победителем из той схватки, но и вернулся в Пендертон, а когда в тот вечер грянули технологии, он позвонил в штаб-квартиру Ордена. Теперь у меня было письмо от Великого магистра, Дамиана Анжуйского, запечатанное его печатью и подписанное его рукой. Я спросила Айзека, есть ли у него какие-нибудь солнечные очки, чтобы золотой свет величия Великого магистра не ослепил меня, когда я буду его открывать. Он даже не улыбнулся.
Орден официально запросил разрешение на создание в нашем храмовом комплексе отделения, состоящего из одного рыцаря, чтобы — облегчить поиск своих братьев и сестёр и вернуть их тела семьям. Неофициально Анжуйский хотел присматривать за нами, и я не сомневалась, что, как только тела будут найдены, он найдёт какой-нибудь предлог, чтобы оставить здесь Айзека или кого-то ещё.
Я уже имела с ним дело. Он был неравнодушен к Эрре, но, кроме того, тётя и Великий магистр были частью гораздо более масштабной стратегии, в которую были вовлечены высшие эшелоны федерального правительства. До сих пор федералы благоразумно не трогали нас с Кэрраном.
Присутствие рыцаря Ордена имело как преимущества, так и недостатки. Он, конечно, доложит обо всём Анжуйскому, возможно, напрямую, учитывая, что великий магистр точно знал, кто такие мы с Кэрраном. Наша семья, скорее всего, была на первом месте в списке Анжуйского «Вести наблюдение». Но доступ к власти, которой обладал Орден, мог оказаться полезным в будущем.
Ко мне подошли Кэрран с Полом.
— Привет, детка! — поздоровался со мной муж.
— Привет, красавчик! Часто сюда приходишь?
— Да, чтобы увидеть тебя. Эй, а в тех документах, которые ты получила от Неда, упоминались какие-нибудь пещеры или что-то в этом роде в этой местности?
— Нет. А что?
— Куда сливаются сточные воды?
Хороший вопрос. В крепости почти не было мебели, а та, что была, в основном состояла из камня, но туалеты там были. В некотором роде. Если можно назвать туалетом дыру в полу. Я бросила туда спичку, что, оглядываясь назад, было не самым умным поступком, но она ничего не осветила и погасла, не долетев до дна.
— Понятия не имею.
— Первоочередная задача, — сказал Пол. — Это и водопровод. Колодцы — это, конечно, хорошо, но нужны раковины и душевые. Для этого потребуется много рабочей силы.
— Мы наймём людей из Пендертона, — сказал Кэрран.
— Это будет дорого стоить.
Кэрран ухмыльнулся.
— Мы при бабках.
Пол покачал головой.
— Как скажете.
Они ушли.
Мы только что закончили ремонт в другом доме. Ни одно из зданий вокруг меня не пригодно для проживания без серьёзной реконструкции. Я видимо навсегда застряла в ремонтном аду.
Что делать с Орденом? Я ещё раз взглянула на бумагу. В ней не было ничего нового.
Если бы мы позволили Ордену основать здесь своё отделение, состоящее из одного человека, это было бы сопряжено со множеством условий. Во-первых, я бы хотела, чтобы существование этого отделения держалось в секрете. Я могла бы пересчитать по пальцам тех членов Ордена, которые знали о нём, и Ник Фельдман не мог быть одним из них. Стратегия Кэррана по спасению Стаи заключалась в том, чтобы застать альф врасплох. Ник был влюблён в Десандру. Он бы сделал всё, чтобы защитить её и двух её сыновей. Если бы он узнал, что мы задумали, то сразу бы рассказал ей. Нам нужно было держать его в неведении.
Если подумать, нам тоже нужно придерживаться своего расписания. Перед тем как мы уехали в Уилмингтон, Мэхон и Марта взяли с нас обещание приезжать на праздники и летом, чтобы они могли проводить время с нами и особенно с Конланом. Нам нужно будет придерживаться этого графика, как бы ни было здесь много дел. В Атланте думали, что мы отдыхаем на пляже. Меньше всего нам нужно было, чтобы они приехали искать нас раньше, чем мы будем готовы. И Мэхон тоже. Нам не нужен был этот старый ворчливый медведь, бродящий по нашему лесу.
Я была почти уверена, что Пендертон сохранит нашу тайну. Я отказалась от притязаний на город, так что сдержала своё обещание. Благодаря этому, а также тому, что мы избавились от Бледной королевы, нам стали доверять, и Пендертон хотел поддерживать с нами хорошие отношения. Во-первых, мы доказали, что умеем устранять угрозы, и если бы Пендертон обратился к нам за помощью, мы бы помогли ему по-соседски. А во-вторых, для ремонта этого места потребуется много рабочей силы и квалифицированных мастеров. Кэрран уже поговорил с Недом о поставках, и, судя по тому, как загорелись глаза Неда, мы обеспечим строительную гильдию Пендертона работой на долгие годы.
Мне нужно будет обсудить всё это с Кэрраном сегодня вечером за ужином.
В проёме возникла суматоха. Джийнкс выглянула и глубоко вздохнула.
— Консорт! К вам пришёл человек! Он говорит, что он волшебник!
Мне нужно было купить мегафон или что-то в этом роде.
— Его зовут Лютер?
— Возможно. Он похож на Лютера! Дайте я проверю! — Джийнкс исчезла из поля зрения и вернулась. — Да!
— Впусти его!
Она отошла в сторону, и в проёме показался мужчина, похожий на учёного, который заблудился в лесу и теперь был в серьёзном замешательстве. Его тёмные волосы были влажными от пота. На его от природы бледной коже всё ещё виднелись следы летнего загара. На нём были походные штаны и толстовка с надписью «Волшебник никогда не опаздывает. Толкин». Ну, конечно.
Лютер поправил очки и заметил меня.
— Ты!
— Трой, это помощник директора, Лютер Диллон. Мы находимся в присутствии королевской особы из «Биозащиты». Мы недостойны этого.
Трой отвесил изысканный поклон.
— Смейся, мещанка. Я прошёл пешком двадцать миль, чтобы добраться сюда!
— Что привело вас в наши края, помощник директора?
— Ты прислала мне килограмм зачарованного золота и образец крови с ДНК вымершего американского гепарда! Конечно, я…
Он замолчал. Я не могла его винить. Вид десятифутового мохнатого мастодонта, выходящего из-за угла с восьмилетним мальчиком на спине, заставил бы любого оторопеть.
  
— Конлан, куда ты ведёшь Мону? — крикнула я.
— На южное пастбище.
— Не ходи туда. Оуэн пошёл туда с детёнышами носорогов.
— Тогда я поведу её на запад.
— А Дарин где? — спросила я.
— Он снова пошёл к озеру. Он нашёл там каких-то магических пресноводных моллюсков. Он очень рад этому. — Конлан пожал плечами.