Магические притязания (ЛП)

Он снова посмотрел на лес, а затем на дорогу перед нами. Его плечи расправились. Он поднял голову.
— Вот почему мы тренируемся, — сказала я ему по-английски. — Особенно в магии важно контролировать процесс. Кровавый шип размером с иглу, брошенный в нужный момент, может убить врага ещё до того, как он успеет швырнуть в нас гигантский валун.
Он улыбнулся и вернулся на своё место рядом с Джушуром.
  
Однако это было чертовски сложно. Сначала отделить часть лесной территории было относительно легко. В этот раз это было похоже на попытку протащить гигантский камень через поле по грязи. Когда я закончила, всё моё тело было покрыто потом.
Что бы ни ждало нас в конце этого пути, оно не сдастся просто так. Оно не сбежало, хотя в глубине души я на это надеялась. Нет, оно выжидало, собирало силы, концентрировало магию, чтобы защититься.
Рука, державшая меч, чесалась. Я устала ходить и ждать.
Уже скоро. Я видела свет прямо перед нами, там, где заканчивался лес, и дорога выходила на открытое пространство. С каждым шагом мы приближались.
Айзек внезапно остановился, приподнявшись на цыпочках. Я посмотрела мимо него на почти ослепляющий дневной свет.
В свете, прямо за пределами моей безопасной зоны, стоял гигантский олень. Он был крупнее лося, ростом в семь футов в холке, и смотрел на нас без страха. Голову оленя венчали огромные рога — два массивных костяных отростка с наконечниками размером с меч, выступающими почти на пять футов. С рогов свисали пучки травы, словно животное втыкало их в землю.
Он был величественным и прекрасным, словно лес послал нам навстречу своего глашатая.
— Ирландский лось, — прошептал Килан.
Скорее, лось-олень, Cervalces scotti, который, согласно книге Конлана, обитал в Северной Америке, но я не хотела портить момент Килану.
— Чёрт, столько мяса, — выдохнула Джийнкс у нас за спиной.
И буда озвучила мои мысли.
Килан сердито посмотрел на неё.
— Заткнись.
Олень ещё долго смотрел на нас, а затем отошёл в сторону со света.
— Ладно, народ, — окликнул всех Килан. — Пришло время сделать то, ради чего мы проделали весь этот путь.
— Сражайтесь, выживайте, возвращайтесь домой, — прорычал Кэрран.
— Да, альфа.
С оборотнями произошли изменения, как будто каждому из них в вены влили по порции эспрессо. Руки вытянулись. Глаза засияли. Снаряжение сдвинулось, готовое в любой момент исчезнуть. Килан вытащил палаш и взмахнул им, как зубочисткой.
— Готовы, — крикнула Хизер у меня за спиной.
Я оглянулась. Лучники остановились и натянули тетиву.
Я посмотрела на Оуэна.
— Мне понадобится та кровь.
Оборотень-бизон сбросил с плеч шатер, как у верблюдов, и вытащил большой рюкзак.
— Куда положить?
Я отстегнула флягу с кровью от пояса, сняла ножны «Саррата» и стянула с себя толстовку.
— Да сюда.
Он нахмурился.
— Просто вылить на землю?
— Ага.
Он расстегнул рюкзак, открутил крышку и перевернул его. Кровь нежити выплеснулась на тротуар. Я вылила в неё содержимое своей фляги.
Обычная человеческая кровь свернулась бы без холодильника после целого дня, проведённого в моей фляге. Магия в моей крови сохраняла её свежесть дольше, и, когда она смешалась с лужей вампирской крови, моя сила прошла сквозь неё, как огонь по детонатору. Две жидкости слились в одну податливую, послушную массу. Она потекла ко мне, повинуясь моей воле, поднимаясь по ногам, талии, груди и рукам, чтобы покрыть всё моё тело до подбородка. Она была тёплой на ощупь, а заключённая в нёй магическая сила мерцала и была готова к использованию.
Последний толчок — и она приняла нужную форму. Меня окутала кровавая броня, гибкая и тонкая, как вторая кожа, но при этом непробиваемая для когтей и обычных мечей.
Все прекратили свои занятия и уставились на меня.
— Ладно, я оделась, — объявила я. — Давайте начнём вечеринку!
Кэрран ухмыльнулся.
— Вы слышали, что сказала консорт, — прорычал Килан. — В атаку. У нас не так много времени.
Все решили одновременно перевести взгляд в другую сторону. Я подняла «Саррат» с земли, вылила на лезвие остатки своей крови и заточила его до остроты бритвы. Эффект продержится недолго, но пока он действует, меч будет резать кости как масло.
Я подошла к Конлану и обняла его.
— Мам, — тихо сказал он. — Я уже не ребёнок.
— Ты всегда будешь моим малышом. Смирись с этим. Когда начнётся бой, оставайся с лучниками. Они уязвимы в ближнем бою, и им понадобится твоя защита.
— Да, мэм.
— Слушайся маму, — сказал Кэрран.
— Да, альфа.
Мы снова направились к свету.
— А ты так умеешь? — прошептал Дарин Конлану.
— Пока нет, — ответил сын.
Просвет между деревьями становился всё ближе и ближе. Сто ярдов, пятьдесят, двадцать пять.
Безопасная зона закончилась.
Кэрран посмотрел на меня. Я покачала головой. Больше никаких притязаний. Магия леса слишком сильна, а я слишком устала. Нам придётся решить эту проблему по старинке. Притязание исчезает, когда умирает его создатель.
Кэрран расправил плечи. Он почему-то казался выше, угрожающе нависающим, а его лицо было хищным и свирепым, почти жестоким. Он был львом, который увидел желанную территорию и был готов её захватить.
Мы укрылись в зелени и осторожно двинулись к опушке леса.
Перед нами простиралось поле, всё ещё зелёное и яркое, несмотря на осень. Посреди поля возвышался невысокий холм, а на вершине этого холма стояла древняя и массивная крепость, доминирующая над всем вокруг. Мы смотрели на внешнюю стену, состоящую из круглых башен высотой почти в сто футов, расположенных почти вплотную друг к другу, с небольшим промежутком между ними.
Башни, построенные из глиняного кирпича и частично облицованные гранитными плитами, тянулись вдаль двумя прямыми линиями, которые пересекались под прямым углом почти прямо перед нами. Каждая из двух видимых нам сторон была длиной более мили. Если бы этот форт был квадратным, весь город Пендертон поместился бы внутри этой стены.
Это было не похоже ни на один из известных мне архитектурных стилей. Я никогда не видела ничего подобного.
Кэрран со щелчком закрыл рот.
— Где они взяли гранит? Ближайший карьер находится в сотнях миль от побережья.
— Мне всё равно. Я хочу ее, — прорычал Кэрран.
— Прекрасная крепость, милорд, — крикнул Килан. — Давайте освободим ее и всех людей в оковах вместе с ней.
Между лесом и стенами было много открытого пространства, которое нужно было преодолеть. Лучники были особенно уязвимы. Эффективная дальность их стрельбы составляла около двухсот ярдов. Если бы зло в крепости вступило в бой с оборотнями, стрелять в них было бы бессмысленно. Стрелы не нанесли бы им достаточного урона, а оборотни атаковали бы слишком быстро. Лучников лучше было бы использовать против охотников. Для этого нам нужно было подвести их ближе к стенам.
На вершине угловой башни что-то зашевелилось. В поле зрения появились люди. Два десятка охотников, вооружённых копьями, шесть магов-жрецов и высокая женщина в белом в центре.
Римуш передал мне бинокль.
Она была похожа на одну из охотниц. Такое же стройное телосложение, странная линия плеч и слишком длинные конечности. Но, в отличие от охотниц, она не мазала волосы глиной. Её длинные локоны развевались на ветру, и они не были чёрными, каштановыми или светлыми. Её волосы были светло-голубыми, как небо. Точно такого же оттенка была глина на волосах и лицах её последователей. Она пометила их как своих.
Её лицо было неестественно бледным, вероятно, из-за пудры или какой-то краски, которая была намного более гладкой, чем голубая глина. Кроваво-красный пигмент окрасил её веки и область под глазами. Всё её лицо было похоже на череп с двумя кровавыми дырами вместо глазниц. Жрецы-маги с тревогой кружили вокруг неё.
  
Привет, лесное зло. Я пришла одолжить у тебя сахар и поболтать о Пендертоне. Не слишком ли я не вовремя?