Рассвет с Рыцарем-Волком (ЛП)

— Прямо впереди, а не позади? — спрашивает Аврора.
— Мы знаем, что они идут сзади. И если они нас догонят, никакие предупреждения нам не помогут. — Хотя у меня еще есть Фолост и Девлан, которых я мог бы попытаться вызвать, если бы нам пришлось сражаться… Но я предпочитаю избегать боя. Не только потому, что я знаю, что не являюсь опытным бойцом. Но еще и потому, что я до сих пор чувствую бабушкины наставления в своем мозгу.
  
Духи здесь, чтобы помочь нам — соединить наши смертные души с этим миром. Они — посланники старых богов, их первые верные подданные. А не инструменты или оружие.
— Верно. — Аврора кивает и оглядывается в сторону Дена. Серебристые деревья все еще кажутся тревожно близкими. — Тогда веди.
Я иду по тропинке, которая впечаталась в мою память, а также по тропинке, по которой Мэри ведет нас с каждым бутоном и цветком. Вначале мы пытаемся бежать трусцой, но в итоге вынуждены перейти на быструю ходьбу. Сумерки сгущаются в тумане равнин, когда перед нами вырисовывается линия из календул. Я мгновенно падаю, увлекая за собой Аврору. Прижавшись животами к траве, мы не двигаемся — едва дышим — и просто слушаем.
— …поговорить с гонцом? — спрашивает незнакомый мужской голос.
— Конечно, нет, — насмехается женщина. — Я недостаточно высокого положения в стае для этого.
— Но мы же ищем человека?
— Наверное, его невеста струсила. — Очевидно, что женщина считает мое психическое состояние сомнительным, раз я не ухватилась за возможность брака с Конри.
— Чего еще можно ожидать от человека без клыков?
Голоса приближаются и проносятся мимо. Судя по стуку сапог по твердой земле, мы находимся прямо у дороги, которую Эвандер указал мне на пути в Ден. Я закрываю глаза и медленно втягиваю воздух, задерживая его, пока их шаги и голоса не исчезают совсем.
Открыв глаза, я встречаю выжидающий взгляд Авроры. Я медленно киваю. Теперь она знает, что нужно быть еще осторожнее. Медленно и уверенно. Никаких резких движений, способных вызвать шум. И никаких разговоров.
Ряд календул снова погружается в землю. Впереди появляется один цветок. Снова в безопасности… пока.
Мы движемся между патрулями, пересекая твердую землю, которая больше похожа на тропинку, чем на дорогу, и уходя в высокие травы. Я все время сгибаюсь и горблюсь, стараясь больше ползти, чем идти, чтобы моя голова оставалась ниже верхушек высоких трав. Но по мере того как земля спускается в лес, погруженный в ночную тьму, мои ноги начинают ускорять шаг. Я обнаруживаю в себе энергию, о которой не подозревала, и в меня все еще вселяется надежда.
В тот момент, когда мы проходим под кронами деревьев, вокруг моего безымянного пальца левой руки вспыхивает магия. Я мгновенно подхватываю невидимую нить, которую проложил ранее, и следую за ней, как по канату, все глубже и глубже в лес. До полной луны еще две недели, но мне не нужно много света, чтобы видеть. Меня влекут мои чувства.
— Фаэлин. — Голос Авроры отдаляется. Только когда она берет меня за руку, я полностью осознаю ее шепот. — Фаэлин, нам нужно отдохнуть.
— Нет, — беспокойно отвечаю я, — мы должны идти до рассвета.
— Ты дрожишь. У тебя синие губы. — Она берет меня за руку, словно возвращая мое сознание в тело, заставляя осознать холод, пропитавший одежду до самых костей. — Нам нужно согреть тебя.
— Тепло не будет иметь значения, если Конри нас поймает. — Я качаю головой. — И мы не можем рисковать костром сегодня. Не так близко.
Аврора поджимает губы и оглядывается назад. Там ничего нет. И не было уже несколько часов. — Ладно, на ночь мы не останавливаемся, но немного отдохнем. А ты позови Фолоста; если Конри достаточно близко, чтобы увидеть его, значит, у нас есть проблемы посерьезнее.
— Договорились. Тут недалеко есть подходящее место. — Я веду нас глубже в лес, удаляясь от Холфаста и направляясь к одной из первых развалин, мимо которых мы с Эвандером прошли.
Внутри развалившийся дом больше похож на деревянную пещеру. Это не более чем укромный уголок, в котором мы можем укрыться. Но так мы будем скрыты от посторонних глаз и спрячем пламя Фолоста. Я достаю из сумки обломок кирпича, который является его якорем, и зову его к нам. Клянусь, я вижу беспокойство в его золотых глазах, когда сжимаю его в своих замерзших пальцах. Аврора прислоняется ко мне, прижимаясь ближе. Между ней и Фолостом во мне снова поселяется тепло.
Я тихонько вздыхаю.
— Как это было? — шепчу я. — Когда ты бежала сама.
— Страшнее, — с готовностью признается она. — Я была одна впервые за много веков. Это было так же свободно, как и страшно.
— Я рада, что смогла хоть как-то утешить тебя, — искренне говорю я.
— Ты и Эвандер… — Она подтягивает колени к груди и упирается в них подбородком. — Первые люди, которых я могу считать друзьями за много лет. — Аврора тихонько смеется. — Ты заставляешь меня вспомнить, почему я вообще влюбилась в смертного. Из-за тебя почти не хочется покидать этот мир.
Фолост, кажется, склоняется к ней, пока его маленькое пламя парит над камнем, который я все еще держу над коленями.
— Будем надеяться, что это не так. — Я смотрю на маленькое пламя. Если я посмотрю на Аврору, эмоции могут взять меня за горло. — Ты не создана для этого мира — не в том виде, в котором ты сейчас. Мы должны вернуть тебя на твое законное место, Аврора. Ты заслуживаешь своей силы, всей ее полноты. Быть целой и свободной.
— Я знаю. Но я буду навещать тебя. — Это простое заявление привлекает мое внимание к ней. Аврора смотрит в темный лес.
— Что? — вздыхаю я.
Она переводит взгляд на меня, игриво поджав губы.
— Ты месяцами общалась с духами здесь, в Мидскейпе, и все равно удивлена? Ты права, я не была бы такой, как сейчас, но я могла бы навещать тебя при первой луне. Я могла бы гулять с тобой по Дену, перепрыгивая с луча на луч, пронзающий навесы.
— А если я вернусь в Мир Природы?
— Луна восходит и в Мире Природы. Возможно, моей магии там будет сложнее продержаться, но я не умру, если буду наведываться туда время от времени. — Она делает паузу. — Ты действительно думаешь, что вернешься?
— Не знаю, — признаюсь я. Очень многое зависит от того, как пройдет обретение свободы Авроры. — Смогу ли я тогда понять тебя? — Я смотрю на Фолоста, думая о том, насколько ограниченным было наше общение до обретения силы Авроры. Когда я верну ей магию, я больше не буду говорить на языке духов. Если только… каким-то образом я не выучила его за все это время?
Судя по ее молчанию, скорее всего, нет.
— Посмотрим, — признает она. — Но есть много способов общения, и только один из них связан со словами. Ты понимала меня с момента нашей встречи. Вряд ли что-то изменит это.
Улыбка кривит мои губы. Она искренняя и грустная.
— Когда все закончится, я бы хотела увидеть тебя снова. Я не хочу, чтобы мы расставались.
— Тогда так и будет.
Заявление повисает в воздухе, и мы некоторое время сидим плечом к плечу, наслаждаясь уютной тишиной и уверенностью в том, что другой будет рядом.
— Так много времени в моей жизни занимала любовь к моей семьи — любовь к моей родственной душе, — шепчу я. — Я никогда не понимала, как приятно чувствовать любовь друга. Это совсем другой бальзам на одиночество, которое я чувствовала и которого боялась. Я жалею, что не узнала об этом много лет назад.
— Это урок, который мы обе получили. — Аврора наклоняет лицо к небу. — Пока светит луна, Фаэлин, ты никогда не будешь одинока.
Моя грудь сжимается, и я на мгновение опускаю голову, пока эмоции давят на меня. Я прижимаюсь к Фолосту. Все, чего я когда-либо хотела, теперь в моих руках. Теперь я должна быть уверена, что никто не отнимет его у меня. Никогда.
  
— Нам пора идти. Спасибо, Фолост. — Я отстраняю своего огненного друга, забирая в карман его обломок кирпича. Аврора тоже встает, и мы начинаем двигаться через лес.
Бежать больше не надо. Мы идем решительно и в комфортной тишине. Но я постоянно напрягаю слух. Внимание Авроры продолжает метаться по сторонам, выискивая потенциальные угрозы.