Рассвет с Рыцарем-Волком (ЛП)

Похоже, чары уже не действуют на меня так, как раньше.
— Рад видеть тебя жаждущей. — Он усмехается. — Но оставь это на ночь, и я не дам тебе уснуть до рассвета.
Я улыбаюсь, глядя на него сквозь ресницы.
— Это большая честь для меня.
Аврора вернулась на Конри, а я — на Эвандере, и нам предстоит недолгое возвращение в сердце Дена. Я провожу пальцами по шерсти Эвандера, надавливая и сжимая, словно делая массаж. Все, что может показать ему, что мое сердце все еще у него. Что беспокоиться не о чем, несмотря на то, как я должна вести себя с Конри. Жаль, что мы так и не придумали какую-то систему общения на случай, когда не остается слов.
  
Лыкины расходятся, пока мы рысью пробираемся через палатки и здания. Конри ведет нас дальше сквозь деревья, к склону, на котором высится земляной вал. Двери и окна расположены между корнями могучих деревьев, спускающихся по склону. Полевые цветы, люпины, лишайники и мох оплетают его.
Мы входим через арку в большой центральный зал. В центре — кострище, в котором весело горят костры, а по краям сидят лыкины, в которых я узнаю других альф. Все они смотрят в нашу сторону, когда мы входим, но Конри отмахивается от их формальностей.
Он отводит нас в сторону и ведет в туннель, который тянется вглубь склона. Я быстро понимаю, что пещерная система, составляющая внутренности этого сооружения, была сформирована естественным образом и лишь отполирована руками смертных. Резные столбы, украшенные гравюрами с изображением бегущих волков и фаз луны, конечно же, не были созданы естественным путем.
Ведомые слабым светом факелов, мы углубляемся в склон холма. Мне кажется, что вдалеке виднеется пятно белого света, указывающее на еще один вход, но мы останавливаемся, не доходя до него. Конри ведет нас под арку — одно из немногих ответвлений от этого зала.
Она открывается в скромную пещеру. В очаге у противоположной стены потрескивает огонь, а в углублении в полу перед ним разложены одеяла и подушки. Справа и слева от очага находятся еще две арки, их проемы закрыты занавесками, а не дверьми. На одной занавеске вышито изображение волка, на другой — полная луна.
Конри объясняет очевидное.
— Палаты короля находятся слева, лунного духа — справа. Так что у тебя не будет никаких проблем с тем, чтобы провести достаточно времени с Авророй.
Я бросаю взгляд в ее сторону. Она подчеркнула, что мне нужно найти время для общения с ней, несмотря на то что я знала о таком расположении комнат. Это лишний раз подтверждает, что и так ясно — это место не безопасно и не уединенно.
Аврора подтверждает мои подозрения.
— Я бы хотела провести ночь в роще.
— В роще? Неужели ты настолько ослабла? — Конри выглядит обеспокоенным, но не расстроенным, что я расцениваю как хороший знак.
— Это не страшно, но моя усталость достаточно велика, чтобы я почувствовала, что это будет к лучшему. Одна ночь, и я буду так же сильна, как и всегда, — без колебаний говорит Аврора.
— И конечно, мне нужно будет остаться с ней там, — добавляю я, чтобы не оставалось никаких сомнений.
Конри хмурится еще сильнее.
— Но мы только что вновь воссоединись, моя дорогая. Сегодня вечером я планировал отвести тебя в постель.
Его фальшивое проявление сострадания вызывает у меня отвращение.
— Я знаю, и у нас будут дни и дни вместе, целая жизнь. Но я устала, и Аврора тоже — у нас должно быть время, чтобы восстановить ее силы, — деликатно говорю я. Кажется, его неодобрение не ослабевает. Я меняю тактику. — Как насчет этого: мы просто проведем день в роще, а перед рассветом я отправлюсь в твою постель?
Волчий Король обдумывает это.
— Я мог бы сопровождать их обеих, мой король. Так ты сможешь отдохнуть, которого так заслуживаешь, или заняться другими необходимыми делами, пока твоя невеста и дух не будут готовы, — предлагает Эвандер.
Мои внутренности сжимаются. Предложил бы Эвандер сопровождать нас раньше? Не выдает ли его откровенная просьба слишком многое?
— Это будет прекрасно. — Конри наконец-то смирился, и я прикусываю внутреннюю сторону щек, чтобы не выдохнуть слишком явный вздох облегчения. — На самом деле, отведи их туда прямо сейчас, хорошо? Ты прав в том, что мне нужно обсудить важные вопросы с другими альфами.
Такие важные дела, как планирование деталей убийства своей будущей жены…
— Да, мой король. — Эвандер склоняет голову.
Конри берет меня за запястье и наклоняется.
— С нетерпением жду нашей встречи, — шепчет он и уходит. Мне удается сдержать дрожь, пока он не уходит.
— Фаэлин… — Эвандер движется за мной.
— Нам нужно в рощу, — перебиваю я его и обхватываю Аврору за талию, а ее руку кладу себе на плечи. Она со вздохом прижимается ко мне. Глаза Эвандера слегка расширяются, когда он осознает всю серьезность ситуации.
— Сюда. — Эвандер ведет нас обратно в проход.
Конри повернул налево, несомненно, собираясь вернуться в главную пещеру, в которую мы впервые вошли. Вместо этого Эвандер поворачивает направо и ведет нас по коридору к свету, который я видела раньше. Конечно, мои подозрения, что это еще один выход, оказались верными.
Мы выходим в густую рощу серебристых деревьев Дена. Хорошо утоптанная тропинка спускается между ними к большой травянистой поляне. На дальнем краю поляны лежит большой валун, размером почти с небольшую скалу. Он такой же высокий, как хижина, в которой я выросла, и вдвое шире. В центре поляны — еще один плоский камень. Он достаточно велик, чтобы мы могли стоять втроем.
Аврора опускается на камень, как только мы ступаем на него. Я опускаю ее в лежачее положение, когда становится ясно, что она этого хочет. Сдвинувшись, я кладу ее голову себе на колени. Ее глаза уже закрыты.
— Что случилось? — В тоне Эвандера слышится беспокойство.
— Она просто устала, — отвечаю я от имени Авроры. Ее дыхание стало медленным и ровным — она уже погрузилась в глубокую дрему. — С ней все будет в порядке. — надеюсь я. — Ей просто нужно отдохнуть.
— Я никогда не видел ее такой раньше. — Эвандер сходит с центрального камня и оглядывается на тропинку, чтобы убедиться, что за нами никто не следит.
— У нее никогда раньше не было раздвоения силы. — Кажется, наша беседа не беспокоит Аврору. Я легонько касаюсь ладонями ее лица, кончиками пальцев проводя по щекам, шее и плечам. — И ей пришлось помочь мне призвать Волста. Он был слишком слаб, чтобы прийти иначе, ведь я вызвала его совсем недавно.
— Я подозревал это.
— Интересно, а Конри сейчас с другими альфами, замышляющими мою смерть?
Эвандер складывает руки, его мышцы напрягаются. Его рот сжался в жесткую линию.
— Если они хоть пальцем тебя тронут…
— Мы втроем уйдем до того, как у них появится такая возможность, — оптимистично заявляю я. Позволять ему фантазировать о причинении вреда Конри слишком сильно может быть опасно: он может действовать в соответствии с этими импульсами. — Мы знали, что это риск, связанный с нашим подходом к обстоятельствам… так же, как мы знали, что у нас нет другого выбора.
— Я все еще ненавижу его. — Его слова и тон прямо контрастируют с его языком тела. Если бы кто-то вышел из пещер и Эвандер выглядел бы скучающим, но внимательным к возможным угрозам в адрес Авроры и меня. — Наверное, это единственное, что я могу ненавидеть больше, чем видеть, как он прикасается к тебе — его рот на твоем…
— Мне жаль.
— Не извиняйся, — твердо говорит Эвандер. — Ты защищаешь себя — и всех нас. Мы все еще должны играть свои роли, к сожалению.
— Разве безопасность всех нас имеет значение, если она ломает нас в процессе? — Слова прозвучали слабо и негромко.
  
Вопрос побуждает Эвандера к движению. Он опускается на колено рядом с камнем, на котором сидим мы с Авророй, и наклоняет голову, чтобы встретиться с моими глазами. глаза. Это ненадолго отвлекает мое внимание от Авроры, и глубина его взгляда крадет мое дыхание.
— Ничто, ничто не сломит нас. Судьба пыталась, Король Волков пытался, но мы продолжаем оставаться вместе, несмотря ни на что. Ты моя мэйт, Фаэлин. Вторая половина моей души. Даже руки старых богов не смогут сломать ее.