Рассвет с Рыцарем-Волком (ЛП)

— Что же мне делать? — Я стараюсь спрятать лицо за Авророй, чтобы Конри не видела.
Она наклоняется вперед и прижимается щекой к моей, шепча мне на ухо.
— Я помогу тебе. Используй мою силу — отдай ее Волсту. Потом ты поможешь мне восстановиться.
— Что для этого нужно сделать? — спрашиваю я, как можно меньше шевеля губами.
— Просто быть рядом со мной — это поможет мне восстановиться от моей магии в тебе.
  
Она сдвигается с места, и, прижавшись лбом к моему, через меня проходит прилив магии. Аврора отстраняется, выглядя мгновенно обессиленной. Ее обычная бледность приобрела тревожный серый оттенок. Даже блеск ее волос, кажется, утратил часть своего сияния.
— Авро…
— Ну вот, теперь у нее должны быть силы. О— на не дает мне закончить свое беспокойство. Она отступает на шаг и поворачивается к Конри. Интересно, видит ли Волчий Король ее резкий упадок сил? Если да, то, подозреваю, это только еще больше подтолкнет его к тому, чтобы убить меня. Конри увидит во мне пиявку для своей власти. Я не очень-то стараюсь дать ему повод сохранить мне жизнь.
— Ну что ж… — Конри жестом открытой ладони в сторону воды призывает меня поторопиться.
Я заставляю себя сохранять спокойное выражение лица. Хотя, когда я повернусь к озеру, я смогу сбросить маску. Отвращение скручивает мой желудок и губы.
Стоя на коленях, я погружаюсь в воду почти до груди. Я уже привыкла к прохладе и больше не борюсь с дрожью. Возможно, мне просто дали достаточно причин, чтобы закалить себя.
Я лезу в свою сумку и достаю нитку серого, почти синего цвета. Она уже намокла, но инструменты ведьминского ремесла не чужды природе. Они становятся тем сильнее, чем в больший слой земли они попадают, чем больше трав их окрашивают и чем больше воды они впитывают. Они будут черпать силу из моего опыта и из живых духов, которые живут во всем.
Завязав крепкий узел, я завязываю нить в петлю и кладу ее на поверхность воды. То ли благодаря моей магии, то ли благодаря силе этого озера, она плывет по почти идеальному кругу. Я сжимаю руки в кулаки и поднимаю, ловя круг на верхний край ладоней. Нить ложится на указательные и большие пальцы, а также на ладони рук.
Очищение, думаю я, вливая свою силу в нить. Чистая, как вода, очищенная лунным светом. Вода пузырится и шипит, переливаясь через края моих ладоней. Сила, которой было пропитано озеро, стекает с него тяжелыми каплями, оставляя после себя лишь простую воду.
Надеюсь, этого будет достаточно.
— Волст, — шепчу я в крошечную гладь, собравшуюся в моих ладонях. — Я благодарю тебя за помощь, оказанную до сих пор. Теперь ты нужен Авроре. Ты нужен ей, а не мне. Если есть необходимость, используй ее силу во мне, с ее благословения. Но приди ко мне здесь и сейчас, хотя бы на секунду.
Вода становится совершенно неподвижной. Затем возникает ощущение, что я держу в руках бассейн со свинцом. Мои мышцы напрягаются под тяжестью духа, который, как я знаю, поселился между моими руками.
Заставив себя встать, я поворачиваюсь, встречаюсь взглядом с Конри и говорю:
— Узрите мощь духа воды.
Вода поднимается над моими руками, зависая в воздухе, к изумлению собравшихся. Вокруг раздаются вздохи, и у собравшихся расширяются глаза. Даже хмурый взгляд Конри смягчается и превращается в нечто, что я осмеливаюсь назвать удивлением, когда вода принимает форму перевернутой капли дождя, из которой вытягиваются руки и голова.
Волст поворачивает голову и смотрит на каждого из них. Лыкины тяжело дышат и отступают назад. Я думаю, что это из-за тяжести духа, смотрящего на них… пока не вижу тень, поднимающуюся позади меня.
Осмелившись оглянуться через плечо, я вижу, что вода исчезла вокруг моих все еще ледяных лодыжек и теперь стоит в подвешенном состоянии, словно застывшая волна. Она зловеще нависает над берегом. Я вздрагиваю, когда взгляд Волста падает на Конри.
Угроза ощутима даже для меня. Это предупреждение. Демонстрация силы с шепотом о том, против кого эта сила может быть использована.
Но угроза не ослабляет напряжения. Волст отступает в мои ладони, вода спокойно возвращается на свое место и успокаивается. Я чувствую, как она опускается к моим лодыжкам, и, когда я возвращаю воду из ладоней в озеро, опустившись на колени, Волста там уже нет.
— Спасибо, — шепчу я, собирая голубую нить и обматывая ее вокруг запястья. Если повезет, то в трудную минуту мне будет легче призвать его. Теперь мы связаны.
Когда я выпрямляюсь, мои глаза встречаются с глазами Конри. Он смотрит на меня со смесью удивления… и ужаса. Без сомнения, он действительно видит во мне угрозу. Мне нужно бежать, как только появится возможность.
Глава 38
— Разве я не говорил вам, что она действительно была воплощением могущества и великолепия? — Конри обхватывает меня за талию и начинает вести обратно по берегу. Он говорит так, словно все они не слышали, как он буквально несколько минут назад утверждал обратное. Но истину лыкинов формирует их король, а не объективные факты. — От ее силы захватывает дух, не так ли?
Шепот и ропот сопровождают вежливые кивки. Лыкины явно не знают, что обо мне думать. И Конри тоже это замечает.
— Бевульф, наш великий объединитель, обрел свое могущество, вступив в союз с духом. История лыкинов становится могущественнее, когда наши короли женятся на тех, кто обладает силой, чтобы сделать ее нашей собственной. Вот почему всего через три недели мы поженимся под полной луной!
Несколько одобрительных кивков. Вежливые аплодисменты. Они все еще не покорились мне. Не то чтобы меня это волновало. Единственный лыкин, чье мнение действительно важно, — это Конри.
— Правда, через три недели? — спрашиваю я его.
— Тебя это расстраивает?
— Я бы только хотела, чтобы это случилось раньше! — Я смеюсь и наклоняюсь к нему с принужденной улыбкой. — Я рада, что смогла показать тебе силу, которой я обладаю для тебя.
— Мощь, которая убила Бардульфа. — Конри мрачно усмехается. — Неудивительно, что он соблазнился этой силой. Если бы я не женился на тебе, я бы тоже соблазнился тобой. — Его глаза обращены к Эвандеру. — Стоит ли мне беспокоиться о тебе дальше?
Вопрос задан в шутку. Но на мгновение и Эвандер, и я вздрагиваем. К счастью, думаю, Конри этого не видит, потому что Эвандер мгновенно приходит в себя.
— Я бы никогда не подумал о предательстве своего короля. — Эвандер склоняется в низком поклоне. — К тому же после стольких лет, проведенных в Мидскейпе, один лишь человеческий запах вызывает у меня отвращение. Не думаю, что я когда-нибудь смогу лечь в постель. — Затем он поспешно добавляет: — Не в обиду тебе и твоей невесте, разумеется.
Конри снова смеется и похлопывает его по плечу.
— Мне кажется, я должен наказать тебя за то, что ты говоришь такие вещи о моей мэйте. Но я слишком уверен в твоей преданности, чтобы сделать это. — Он смотрит на меня. — Полагаю, ты не чувствуешь себя оскорбленной?
— Эвандер был верным рыцарем для тебя, мой король. После того, что случилось с Бардульфом, мне приятно знать, что у тебя есть такие хорошие лыкины.
— Мне бы не хотелось, чтобы тебе пришлось убивать еще одного моего рыцаря, — соглашается он. — Не знаю, сможешь ли принести мне могущественного духа, чтобы во второй раз это исправить. — Предупреждение ясно.
Но мое внимание приковано к Авроре, которая слегка покачивается на боку Эвандера.
  
— Мой король, могу ли я провести эту ночь в палатке Авроры?
Конри усмехается.
— Мы в Дене, мы не должны останавливаться в шатрах.
— Нет?
— Вот увидишь. — Конри наклоняется вперед, чтобы нежно поцеловать меня, и я прилагаю огромные усилия, чтобы не отшатнуться в отвращении.
Нет ни теплого ощущения от обаяния Конри, даже того мерзкого ощущения, которое вызывал Бардульф, когда пытался использовать магию. Мысли не затуманены. Нет желания поддаться. Более того, я стараюсь вернуть поцелуй. Когда он отстраняется, я слегка наклоняюсь вперед, как будто хочу большего. Но все это — осознанный выбор. И отвратительный выбор.