Рассвет с Рыцарем-Волком (ЛП)

Встретив взгляд Брундил, я говорю:
— Даже тот, кто обладает наименьшими способностями и маленьким ростом, может совершать невероятные вещи. Может, я и «маленькая ведьма», но я еще и союзник твоей подруги, и сейчас у нее есть все шансы быть свободной. Не путай рост с возможностями.
Дух земли наклоняет голову в противоположную сторону.
Я продолжаю:
— И я не хотела бы, чтобы ты была у меня на побегушках. Я уважаю тебя, леди Брундил. Я бы не стала тратить твое время. Но я не думаю, что просить тебя помочь нам сбежать было бы пустой тратой времени.
  
Легкая улыбка искривляет ее губы. Грязь трескается и отслаивается на землю при каждом ее движении, приземляясь в виде лепестков, которые тут же разлагаются в почве. Она — постоянно растущий и меняющийся дух.
— Деревья и камни леса у красного отростка высоко отзывались о тебе, как и Мэри… и Аврора. Полагаю, я могу положиться на тебя, маленькая ведьма. — Когда она произносит это слово, оно уже не звучит как оскорбление. А скорее, как ласковое обращение.
Я лезу в сумку, лежащую у меня под боком, и достаю бабушкин швейный набор. Я достаю нитку и тихонько напеваю, наматывая ее на пальцы. Я лишь однажды видела, как бабушка выполняет это действие. Но… оно запечатлелось в моей душе. Я знаю все движения, словно инстинкт.
Когда я поднимаю руку, нить поднимается в воздух, борясь с гравитацией. Брундил повторяет движение, тоже поднимая свою худую руку — слишком много коренастых пальцев для человека. Нить обвивается вокруг ее пальцев, стягивая наши запястья вместе, пока кончики пальцев не соприкасаются.
Скрестив с ней взгляды, я говорю:
— Брундил из земли, я связываю себя с тобой. Пусть не будет ни дня, чтобы я не наслаждалась твоим чудом, не насыщалась существами твоих земель и не утешалась магией, которая исходит от тебя, окружая меня.
Ее пальцы переплетаются с моими, и нить превращается в звездную пыль, исчезая из виду. На ее корнях вырастают крошечные цветы. Она улыбается и кивает, прежде чем снова погрузиться в землю.
Я с удивлением смотрю, как травы возвращаются на свои места. Нет никаких признаков того, что она когда-то была здесь.
Аврора снова кладет руку мне на плечо.
— Молодец.
Глава 18
Я сижу на подстилке в палатке Конри и жду его возвращения. Он попросил, чтобы меня привели к нему пораньше сегодня вечером, не дав Эвандеру возможности скрыться со мной. Я ненадолго задумываюсь о том, чтобы попытаться удовлетворить свои желания до прихода Конри. Но мысль о том, чтобы сделать это на его спальном месте… куда он может войти в любой момент… От этой мысли меня передергивает.
Вместо этого я заняла свои руки и сосредоточилась на других вещах.
Моя накидка перекинута через колени, нитки лежат рядом. Я медленно вышиваю дерево той же нитью, которой раньше связывала себя с Брундил. Это напоминание и запоминание. Это физическое проявление связи ее магии с моей… и с детьми, которых у меня еще нет, и которым я мечтаю когда-нибудь передать эти имена и силы, как это сделали для меня бабушка и мама.
Без предупреждения распахивается створка палатки. Я завязываю нитку и быстро защелкиваю ее пальцами, возвращая иглу в свой набор.
— Прости, что заставил тебя ждать. Но я вижу, ты нашла способ развлечься. — Конри улыбается и подходит, целуя меня в обе щеки.
— Хорошо, когда есть хобби. — Я пытаюсь набросить накидку на плечи, но не успеваю — Конри забирает ее у меня из рук и откладывает в сторону. Мне приходится прикусить губу, чтобы не попросить его не трогать ее, и сжать кулаки, чтобы не выхватить ее у него обратно.
Он оглядывается в мою сторону, заметив первое.
— О, позволь мне.
Конри снова берет мое лицо в обе руки и наклоняется вперед, чтобы медленно поцеловать меня. Он засасывает мою нижнюю губу между зубами, слегка прикусывая. Это движение почти вызывает у меня стон. Мысли мгновенно устремляются к Эвандеру — единственному, кто может разрушить очарование Конри. Я думаю о рте Эвандера на моем. О нем рядом со мной в его палатке, где я ублажала себя последние несколько дней.
Это помогает мне держать себя в руках, чтобы в нужный момент прервать поцелуй Конри и отстраниться.
— Прости меня, но путешествие все еще утомляет меня. Не думаю, что стану достойной спутницей в постели, пока мы в пути. А ты, мой король, заслуживаешь только самого восторженного партнера.
В его глазах появляется блеск, дополняющий злую ухмылку:
— Я знаю, что ты делаешь.
У меня кровь стынет в жилах. Эти слова. Такие простые. Острые, как острие ножа, проходящего по моему горлу.
— Мой король? — Я поднимаю на него глаза, стараясь, чтобы на моем лице не было ничего, кроме растерянности. Играть роль. Не выдавать слишком многого, пока не придется.
Конри, Король Волков, опускается передо мной на одно колено. Постель низкая, а он высокий, так что наши глаза почти на одном уровне. Я не могу прочистить комок в горле. Во рту пересохло.
Кажется, он наслаждается тишиной. Нет, он наслаждается тем, что она делает со мной. Конри позволяет мне понежиться в ней еще немного, пока не издает мягкий звук усмешки.
— Я знаю, что кто-то должен был рассказать тебе о моем очаровании, и ты делаешь все возможное, чтобы противостоять ему. Я знаю, что ты, скорее всего, сговорилась с Авророй использовать ее магию, каким-то непонятным мне способом, чтобы ослабить влияние.
Я открываю рот, чтобы возразить, не желая втягивать в это Аврору. Она и так не в ладах с ним. Меньше всего мне хочется, чтобы она столкнулась с еще более непредвиденными последствиями.
Он останавливает меня, подняв руку, и его губы все еще искривляет лукавая улыбка.
— Мне не обязательно знать. На самом деле, я думаю, мне больше нравится быть в неведение.
— Что? — Я слишком удивлена, чтобы думать о том, что может выдать мое задыхающееся слово.
— Видишь ли, Фаэлин… — Конри кладет обе ладони мне на колени и медленно проводит ими по моим бедрам. Он раздвигает мои ноги и располагается между ними, сдвигаясь и наклоняясь вперед. — Прошли годы с тех пор, как я в последний раз мог насладиться женской лаской. Годы. Это все хорошо, когда люди бросаются на тебя. Но это становится… скучным. — Его губы раздвинулись в ухмылке, зубы оскалились. — Я хищник по натуре, охота у меня в крови.
Его грудь прижимается к моей. Мне становится трудно дышать. Голова кружится от его близости. Каждый мой вдох совпадает с его выдохом. Мир стал таким маленьким.
— Так что не сопротивляйся мне. Позволь мне быть твоим союзником. Позволь мне показать тебе, насколько глубоко мое желание. Заставь меня страдать по тебе — жаждать тебя. Покажи мне свою жестокость и посмотри, как мне тяжело. Тогда вкус победы, когда я наконец получу тебя, будет намного слаще. — Его губы почти касаются моих, когда он говорит. Но он не целует меня. Дрожание моей нижней губы почти приводит к тому, что мы соприкасаемся. Но все же он не закрывает брешь. Вместо этого, издав еще один негромкий звук веселья, Конри отстраняется и встает. Он идет к фонарю и гасит его на ночь, как будто это всего лишь очередной вечер… как будто он не узнал правду о моем протесте.
— Что, если я никогда не захочу тебя? — Я шепчу в темноту, которая обрушивается вокруг меня.
— Захочешь. — Он двигается вокруг меня, устраиваясь позади меня на постели и притягивая меня к себе. — В конце концов, они все приходят к этому.
  
— Возможно, я никогда не смогу, — настаиваю я, мгновенно пожалев, что сказала «возможно», а не «не буду». Как же так вышло, что мои слова прозвучали менее уверенно, чем я хотела?
— Если ты пытаешься окольными путями спросить, заставлю ли я тебя лечь со мной в постель, Фаэлин, то нет. — Он проводит кончиками пальцев по моей руке. — Я ведь еще ни к чему тебя не принуждал, не так ли?
— Ни к чему, кроме того, что ты заставишь меня лечь в твою постель. И стать твоей женой.