Эхо смерти

Кот смотрел на нее молча и сурово.
Ева насыпала ему сухого корма, добавила немного консервов из лосося и с чашкой кофе пошла в душ.
Сейчас думать об этом нет смысла, сказала она себе, подставляя тело водяным струям. Сделаем первые шаги, потом следующие, пока не дойдем до конца, затем пойдем дальше.
Когда она вышла, Галахад сидел перед чистой миской и старательно себя вылизывал.
  
Ева вошла в гардеробную, протянула руку к ближайшей куртке, но остановилась. Глянула назад. Напомнила себе, что кот ей в этом не помощник. И потом, она и сама на что-то годится. Конечно, одежда мало что значит в повседневной полицейской работе, однако сегодня… образ, восприятие, впечатление… Надо позаботиться и об этом, прежде чем раскалывать Найтли.
Обычно она избегала красного цвета – он казался ей слишком женским и чересчур вызывающим. Но, может, это именно то, что нужно сегодня.
Ева оглядывала секцию красных курток разных оттенков, пока не рассердилась на себя. Схватила первую попавшуюся.
Цвет насыщенный, причем не слишком яркий, решила она. И поскольку куртка доходила только до талии, добавляется тонкий намек – если расстегнуть, видна часть кобуры.
Из серой секции она вытащила пару простых прямых брюк.
Выбрала свитер, а не рубашку – не станет сковывать движения, если ей представится шанс… точнее, если она будет вынуждена применить к Найтли силу.
Ева оделась, захватила ботинки того же оттенка, что и брюки – так было проще, – и решила, что самая нудная часть ее дня закончена.
Она вернулась в комнату как раз когда туда вошел Рорк.
– Доброе утро. Я надеялся, ты поспишь подольше.
– Я выспалась… Что? – Она нахмурилась, заметив его изучающий взгляд. – Хочешь сказать, с этим что-то не так? – Она провела руками вдоль тела.
– Наоборот, лейтенант. Выглядишь сильной, умелой и решительной.
– Хорошо. Я такая и есть.
Он подошел к ней, приподнял ее подбородок.
– Тогда почему глаза грустные?
– Не грустные, а задумчивые. Во сколько ты встал, чтобы править своей вселенной?
– Незадолго до пяти. У меня было совещание по коммуникатору. – Рорк поцеловал ее. – Что-нибудь снилось?
– Да, но ничего плохого.
Хватит ему на меня смотреть, подумала Ева и пошла собирать свои вещи. Наручники, браслет, коммуникатор, полицейский жетон, банковские карточки.
– Это все, что у тебя есть?
– В смысле?
– Деньги.
Чувствуя, как поднимается раздражение, она пожала плечами.
– Потом заскочу к банкомату, сниму немного.
Рорк достал из кармана пачку денег, отделил несколько купюр.
– Вот, возьми, не трать время. – Когда она не шелохнулась, он, тоже слегка раздраженно, добавил: – Если тебя это так сильно беспокоит, можешь потом мне отдать. А сегодня у тебя есть дела поважнее, чем банкомат.
Ева взяла деньги, сунула в карман.
– Ты прав. Спасибо.
– Подпишем долговую расписку? Может, мне стоит взимать с тебя проценты?
– Я же сказала, что ты прав. – Увидев, как он приподнял бровь, Ева рассердилась. – Я и так не платила за вещи, которые на мне надеты.
Он склонил голову набок.
– Я не платил за твое оружие, наручники, коммуникатор…
– Черт, ты понимаешь, о чем я.
– Понимаю. И понимаю, что ты ненавидишь покупать одежду. И вообще шопинг. А мне нравится.
Ева вздохнула.
– Я ищу ссоры… – Проклиная себя, она прижала руки к глазам. – Не могу объяснить.
– Ничего. Хочешь ссориться сейчас? – с нарочитой вежливостью спросил Рорк. – Или отложим на вечер?
– Дело не в нас с тобой. Наверное, я просто отвлекаю себя, чтобы не думать обо всем остальном. Хочу, чтобы все закончилось, хочу закрыть эту дверь.
– Эта дверь распахнута еще с предыдущего расследования. Неудивительно, что ты срываешься.
– Да. Мечтаю о расследовании чистого, незамысловатого убийства. Жадный ублюдок выбрасывает делового партнера из окна. Брат закалывает брата за последний пакетик соевых чипсов. Один супруг стреляет в другого за ходку налево. Что-нибудь такое же веселое.
– Не сомневаюсь, что твоя мечта сбудется. В этом мире нет нехватки жадности или тайных любовников. Разве что нехватка соевых чипсов бывает…
– Чертовски верно. Между нами все в порядке?
– Конечно.
– Надо завершить проверку остальных имен, поставить галочку.
– И меня ждут дела.
– Я покормила кота, – сказала она, когда они вместе пошли к выходу.
– Какое совпадение. Я тоже.
Ева посмотрела на Галахада и могла бы поклясться, что он ухмыляется.
Рорк улыбнулся коту.
– Бедолага понятия не имеет, что теперь ест низкокалорийный корм.
– Да?
– После осмотра у ветеринара, который посоветовал нашему мальчику сбросить от трех до пяти фунтов.
– Я дала ему немного лосося, – призналась Ева.
– А я – тунца.
Посмеяться вместе было приятно. Затем Ева прошла в свой кабинет и увидела, что длинный стол уже заставлен тарелками, блюдцами и чашками.
– О, черт.
– Людям нужно есть, – напомнил Рорк и ушел в свой кабинет.
Ева села, налила себе еще кофе и погрузилась в работу. Она едва заметила, как Соммерсет выкатил тележку с блюдами, накрытыми колпаками. Вернее, изо всех сил старалась не замечать.
Она услышала, что кто-то идет – не Пибоди, не ее шаг, – и повернулась в кресле в тот момент, когда в комнату вошла Рео.
– Ничего себе! Ты переделала кабинет!.. Потрясающе! У тебя камин! А твоя рабочая станция…
– Командный пульт, – поправила Ева.
– Очень впечатляет. А что на завтрак? Пахнет чудесно.
– А тот, у кого ты была в гостях, не покормил тебя завтраком?
Рео вздохнула и сняла пальто. На ней было узкое платье и короткий жакет – и то и другое мечтательно-зеленого цвета.
– Нет, ему нужно было рано уйти. Встречаемся несколько месяцев, и последние шесть недель почти серьезно. А теперь он больше чем на год уезжает в Сьерра-Леоне.
– Где, черт возьми, эта Сьерра-Леоне?
– В Западной Африке. Можно мне кофе?
Ева включила автошеф.
– Он учитель, состоит в организации под названием «Воины грамотности». Едет туда учить, просвещать. Благородная, достойная миссия, но для меня лично – очень не вовремя. – Рео пожала плечами, взяла кофе. – Что поделаешь.
Она подошла к доске.
– Твой рапорт подробен и тщательно составлен, но все по большей части основано на косвенных уликах.
– Тем не менее я права.
Рео отпила кофе, изучая доску.
– Сексуальная обсессия в отношении собственной тети – тетка, правда, сногсшибательная – привела к изнасилованию, пыткам и в конечном итоге к убийствам?
– Первое сексуальное насилие он совершил в восемнадцать лет.
– Заявительница отказалась от обвинений.
– И в это же время на ее банковский счет упал миллион долларов.
– Существенный момент. Но, Даллас, это все еще вилами на воде.
– Он соответствует профилю.
– Определенно. Но соответствуют и другие, как ты очень наглядно проиллюстрировала.
– Только несколько человек из всего огромного сборища на том гала-вечере. Хочешь сказать, это просто совпадение, что там присутствовали все до единой жертвы, а нападавший – нет?
– И этим непременно воспользуется защита. Ты правда думаешь, что найдешь украденные вещи – украшения, ценности, одежду – прямо в его доме?
– Да. Они ему нужны, они должны быть близко. Владея всем зданием, он живет в переоборудованном лофте. Не приглашает гостей – по его собственным словам. Предпочитает встречаться с людьми в ресторанах. Знаком с гримом, костюмами, сценой. А последние жертвы, убитые в ночь после метели? Они живут всего в четырех кварталах от его дома. Пешком дойти!.. Он нацелился на них именно потому, что они близко, потому что после смерти Страццы он хотел крови. Хотел убить.
  
– Ты уверена?
– На все сто! Я ощутила что-то неладное, когда впервые с ним говорила, а когда он пришел вчера, я все поняла. Мы уже начали изучать список потенциальных преступников, и тут явился он. Хотя мы все равно тщательно изучаем всех, он подходит, как чертова перчатка.