Эхо смерти

– И его душевная рана воспалилась. Он богат, к нему ходят на поклон известные актеры, сценаристы и режиссеры, – а она говорит «нет»? Сначала мать кузена завлекает его своей красотой, но ничего не позволяет, а теперь кузен увел прямо из-под носа его мечту, молодую и свежую? Они должны за это заплатить, они заплатят – мерзкие людишки, которые вновь и вновь напоминают ему, что он отвергнут. А ведь он – лучший из всех, и он заставит их это признать.
  
Ева вздохнула.
– Его вторая жертва, женщина, пишет сценарии, как и его тетя. Теперь ясно, почему он выбрал Лори Бринкман, притом что ни одна другая женщина-жертва не занималась карьерой. Он не был женат, никогда ни с кем не жил, насколько я могу судить, имеет репутацию ловеласа: бульварные газеты пишут о его свиданиях с красотками, но он никогда надолго возле них не задерживался.
Она помолчала, сделала еще глоток кофе.
– Вскоре после восемнадцатилетия ему было предъявлено обвинение в изнасиловании. А потом снято. Примерно в то же время миллион баксов был переведен со счетов его родителей на счет той самой двадцатилетней женщины. Думаю, я найду еще несколько крупных выплат. Найтли играл в школьных спектаклях, но попал в струю, когда стал сниматься в музыкальных видео и продюсировать их. Одной из его звездных ролей, еще на первом курсе колледжа, был Дракула. В интервью он сказал, что считает Дракулу романтичным и сексуальным; соблазняя и умерщвляя жертв женского пола, Дракула давал им сексуальное освобождение в те времена строгих нравов. Он связывал женщин своей волей, затем освобождал от их собственных запретов.
– Интересная трактовка, – пробормотал Рорк. – Теперь мне хочется выпить.
– Пока я не могу этого доказать. Но докажу. Он учился на компьютерных курсах и окончил их с отличием, однако не пошел по этой стезе. Держу пари, когда мы опросим его знакомых, выяснится, что он один из тех, к кому обращаются с любыми компьютерными проблемами. «Кайл все может наладить».
Рорк протянул бокал вина.
– Пожалуй, да, – подумав, согласилась Ева, взяла бокал и отпила глоток. – Сегодня он сидел передо мной, обнимая жену своего кузена. Сжимая ее плечо. Он все это подстроил. Кузен на встрече за городом, сам он – на месте и уговаривает Розу поехать с ним, взяв с собой кого-то вроде режиссера для пущей убедительности. И он рядом, чтобы поддержать ее, когда она получит это сообщение.
– Отправленное дистанционно в определенное время.
– Да. Коммуникатор бросают в мусорный бак недалеко от дома Патриков – чтобы нагнать на них еще больше страха, – а режим измельчения включается буквально за минуту до того, как мы туда добираемся. Он предварительно убедился, что мы в Центральном. Я гнала всю дорогу, и мы все равно опоздали. Точный расчет.
Ева снова начала шагать по комнате.
– Он умен, но безрассуден. Это от высокомерия. Ему вовсе не обязательно было снова тревожить своего кузена и Розу, не обязательно было сидеть напротив меня.
– Но он этого хотел, – подхватил Рорк. – Патрики будут благодарны за то, что он был рядом с Розой, когда пришло сообщение. Что он отвез ее к вам, оставался с ней. Все это устроено именно для того, чтобы они были благодарны человеку, который так жестоко с ними обошелся.
– Он чертовски хороший актер. – Ева посмотрела на удостоверение личности Найтли. – И чертовски хорошо продумывает детали. Я должна все записать. Все записать, каждую мелочь, чтобы убедить Рео выдать мне ордер на обыск. У него есть хранилище, где он прячет украденные предметы, где он любуется ими, когда захочет. Однако нам еще нужно закончить проверку списка. Если я ошибаюсь…
– Ты не ошибаешься, – уверенно заявил Рорк. – Я поработаю над остальными именами, пока ты все записываешь. Но ты не ошибаешься.
Ей потребовался час, чтобы составить отчет. Затем Ева отложила текст, давая ему вылежаться, пока она изучала списки и вычеркивала другие имена. Наконец она отправила отчет Шер Рео с просьбой о личной встрече завтра с утра, поставив в копию всех членов своей команды, и написала Мира письмо с просьбой о консультации.
Закончив, села и закрыла глаза.
– Тебе нужно поспать.
– Знаю. Завтра я должна быть в полной боевой готовности. Если все сделать правильно, больше он ни на кого не нападет. Он уже наметил следующих жертв, заготовил костюм и реквизит.
– И в конце концов убьет своих тётю и дядю.
Ева открыла глаза и повернулась к Рорку.
– Да. Завершит цикл. Скорее всего. Я запросила доступ к его полной медицинской карте. Не исключено, что от первой изнасилованной жертвы удалось откупиться при условии, что он пойдет на терапию.
– Может знать его кузен.
– Да, наверное, придется к ним съездить. – Она взглянула на новое входящее сообщение. – От Рео. Быстро.
Ночую у друга в твоем районе. Могу приехать к тебе домой утром. В десять у меня досудебная встреча.
– Договорились, – пробормотала Ева, отправляя ответное сообщение с этим же словом. Затем послала сообщение Пибоди:
Приезжай ко мне к восьми на совещание и…
– Разве ты не хочешь проинструктировать всех сразу? – остановил ее Рорк.
– Черт. – Добавив в копию остальных, Ева дописала: …встречу с Рео.
– «Накормлю вас завтраком», – посоветовал добавить Рорк.
– Не-а.
– Ты просишь приехать сюда после того, как они работали до середины ночи? Прояви вежливость!
– Черт, черт. – Добавила. – Доволен?
– Этим – вполне. Но не тем, как слипаются твои глаза. Давай, пора ложиться спать.
– Ничего и не слипаются, – проворчала Ева.
Но к тому времени, как они добрались до спальни, она едва поднимала веки.
В центре кровати развалился кот.
– Вот куда он пошел. – Ева сбросила куртку, отстегнула кобуру. – Тоже полюбил большую модную кровать.
– Отличный вкус.
– Что ж, придется ему подвинуться. – Она села, сняла ботинки. Посидела. – Не хочу видеть сны. Я уже почти вижу их; они кружат в моей голове, ожидая, когда я закрою глаза. Не хочу.
– Помнишь нашу последнюю ночь на острове?
– Помню, как было много бессонных ночей.
Рорк улыбнулся, зажег огонь в камине.
– Мы расстилали одеяло на пляже, брали с собой бутылку вина, буханку хлеба, сыр, фрукты…
– И маленькие пирожные… эклеры.
– Да. Мы ели, пили, любовались океаном, смотрели, как садится солнце, пока оно не исчезало в воде. И выходила луна.
– Мы делали больше, чем просто сидели и смотрели, – припомнила Ева, вставая, чтобы раздеться.
– Да. Тогда это был весь наш мир.
– Если бы я знала раньше, что у тебя есть собственный остров, я могла бы выйти за тебя только ради него.
– Так пусть тебе снится остров, – сказал Рорк и потянул ее в кровать. Потом лег рядом с ней, прижал ее к себе и стал нежно гладить по спине. – Пусть тебе снится остров.
И он ей снился.
  
Глава 20
 
В сознании всплыла тревожная мысль и стряхнула сон. В темноте Ева потянулась к Рорку за утешением и опорой. Однако его не было.
Она села, прижав колени к груди, заново страдая от тяжести того, что ей предстоит сделать.
Она получит ордер и бросит Кайла Найтли в камеру. Она его расколет. Она знает, как его расколоть. Но потом…
Боже, потом…
В темноте кот вспрыгнул на кровать, ткнулся головой в ее ногу. Ева подняла его – ну и ну, сколько же он весит? – прижала к себе, как ребенок прижимает к себе плюшевого мишку. Кот замурлыкал, потерся широкой мордой о ее плечо.
– Мы всегда выживаем, да? – прошептала она, ослабляя хватку, чтобы погладить его и почесать. – Довольно умно было с моей стороны в тот день притащить твою толстую задницу домой. Да, я умная.
  
Она вздохнула.
– Свет, десять процентов.
В слабом свете Ева посмотрела на часы. Пять двадцать одна.
– Пора начинать.
Обняв Галахада напоследок, она встала с кровати и направилась к кофемашине.
– Ты ведь не признаешься мне, покормил ли тебя Рорк.