Эхо смерти

– Вы хорошо выглядите.
– Медсестра, Рода, убедила меня… ну, немного привести себя в порядок. Мне и правда лучше. Врачи говорят, я могу уехать завтра, но… – Она сомкнула губы, умоляюще посмотрела на Дела.
– Могу оттянуть выписку еще на пару дней, хотя для вас было бы лучше отсюда уйти.
– Я просто не знаю куда… Приходил адвокат моего мужа. Он был очень-очень добр. Вручил мне дебетовую карту на расходы до… пока все не уладится. Я не могу вернуться в тот дом. Просто не могу туда вернуться.
  
Она села, как будто ноги перестали ее держать.
– Я продам дом, когда мистер Уиз скажет, что уже можно, но я не хочу туда возвращаться.
– Вы больше ничего не вспомнили?
Отведя взгляд в сторону, Дафна покачала головой.
– Помните, как шли по улице?
– Нет. Не помню. Даже смутно. Доктор Мира сказала, что завтра сюда придет. Если меня здесь не будет…
– Она придет туда, где вы будете, – сказала Ева. – Мистер Уиз говорил мне, что вам разрешено снять отель и купить все необходимое. Я могу забронировать вам комнату в «Пэлэс». И организовать там охрану.
– А вы… вы туда придете? – спросила Дафна врача. – Если я уйду, вы навестите меня? Поговорите со мной?
– Да.
– Я просто не знаю, что… что мне делать?
Прежде чем он успел ответить, за дверью раздались громкие голоса. Ева подошла, открыла дверь и увидела дежурного копа, преграждающего путь разъяренной женщине в длинном красном пальто, с огромной сумкой, перекинутой через плечо.
– Я желаю увидеть мою сестру! Никто не посмеет…
– Офицер, пропустите ее.
Тиш оттолкнула копа, протиснулась мимо Евы и застыла на пороге, уронив сумку на пол.
– Дафна!
Дафна поднялась на ноги и замерла.
– Тиш.
– Даф! – Тиш пролетела через комнату, обняла бледную, неподвижную Дафну. – О, Даф, Даф!
– Как ты… Зачем ты…
– Зачем? – Тиш отстранилась на дюйм. – Не будь идиоткой, – прибавила она более нежно, обхватив лицо сестры руками. – Теперь все будет в порядке. – Когда Дафна лишь покачала головой, Тиш обхватила ее подбородок крепче. – Да, будет. Клянусь! Мама и папа приедут завтра. Они не смогли вылететь раньше из-за метели, но…
– Нет! – Дафна вырвалась и обратила на Еву взгляд, полный ужаса. – Они не должны сюда приходить. Ты не должна быть здесь.
– Это почему же, черт побери?
– Он так велел. Уходи. Уходи. Он разозлится. Он будет в ярости, если узнает, что ты здесь.
– Он умер, – сухо сказала Тиш, вновь обхватив руками лицо Дафны. – Он умер, Дафна, все кончилось. И ты меня больше не оттолкнешь. Ты не оттолкнешь нас опять, Дафна. Мы твоя семья.
На глазах Дафны выступили слезы. Она заплакала, цепляясь за Тиш.
– Все будет хорошо, – пробормотала Тиш. – Обещаю. Я теперь здесь. Я здесь.
– Дадим им минутку, – предложил Нобл, указывая на дверь.
Когда Ева вышла с ним в коридор, он глубоко вздохнул.
– Хороший признак. Она впервые плачет не от страха или боли. Это вы сообщили сестре?
– Да.
– Я не мог. Если пациент против, то я не имею права. Очень рад, что вы решились. Теперь начнется ее исцеление. Потребуется много времени, но оно начнется.
– Она ждет от вас подсказок.
– Я не стану ей потакать. Привыкла получать указания: что делать, что надевать, как себя вести… – Дел пожал плечами. – Ей тщательно промыли мозги. Но я все же профессионал.
– Я тоже и вижу, что на самом деле она кое-что помнит. Она только что солгала.
– Если так, то из страха. Ее все еще мучают кошмары, даже легкие галлюцинации. Иногда она говорит, что в комнате были дьяволы.
– Во множественном числе?
– Да. Потом ее охватывает стыд, и она извиняется. Ее психика – тонкое стекло, которое уже треснуло. Слишком сильно надавишь – разобьется. И трещина зарастет не скоро.
– Едва ли я оказываю чрезмерное давление.
– Поверьте, я собирался быть к вам очень строгим. Но вы хорошо с ней обращаетесь, поэтому она вам отвечает. Если она солгала, то потому, что не готова. Вряд ли ложь для нее – привычная манера поведения.
Доктор оглянулся на дверь.
– Приезд близких поможет ей поправиться и, честно говоря, снимет груз с моих плеч. Я мог бы растянуть ее пребывание здесь еще на день или два, поскольку она как-никак вдова Страццы, но физически она готова покинуть больницу.
– Мне нужно вернуться в палату. Хочу узнать, где она будет, когда отсюда уйдет.
– Да. А я предложу принести для сестры раскладушку. Надеюсь, сестра останется с ней на ночь.
Когда Ева вошла, две женщины лежали, обнявшись, на кровати. Тиш – все еще в пальто и сапогах – успокаивающе гладила Дафну по волосам.
Она подняла палец этой гладящей руки, останавливая Еву.
– Мне нужно кое-что устроить, а потом позвонить маме и папе, сообщить им, что я здесь.
– Не уходи.
– Не уйду. Мы устроим пижамную вечеринку. Помнишь, как раньше? Я только позабочусь кое о чем, прямо тут, за дверью, потом надену пижаму, мы закажем мороженое и устроим видеомарафон. Но сначала пицца, да? Пицца, мороженое… до боли в животе.
– Прости, Тиш. Я ужасно виновата.
– Молчи.
Тиш слезла с кровати и пошла к двери. Кивком головы она позвала Еву за собой.
– Я так зла, что, наверное, буду говорить бессвязно… – На ее глаза навернулись слезы, и она вытерла их тыльной стороной ладони. – Нет, нет, нет, не плакать. У меня не получилось сразу вылететь из-за проклятой метели, пришлось ждать, когда откроют транспортные центры. Я должна была быть здесь.
– Теперь вы здесь, – сказала Ева.
– Вы – коп, которая мне звонила.
– Даллас. Лейтенант Даллас.
– Спасибо. – Тиш протянула руку, затем повернулась к Делу. – А вы – доктор, который заботился о ней.
– Дел Нобл.
– Спасибо. – Она пожала руку и ему. – Я хотела бы поговорить с вами обоими подробнее, но ее нельзя оставлять надолго одну. Я останусь здесь на ночь.
Она произнесла это, как вызов.
– Я принесу вам раскладушку.
– Не надо. Можете принести, если это больничное правило, но ее кровать достаточно большая. Когда ее выпишут?
– Возможно, завтра. Ей нужно будет приходить сюда на осмотры, и я дам несколько инструкций, которым нужно будет следовать.
– Сделаем все, что потребуется. Мне нужен отель. Хороший, безопасный отель, где она могла бы чувствовать себя спокойно. Двухкомнатный номер, с гостиной или чем-то еще, потому что когда приедут родители, нам понадобится место, чтобы посидеть вместе, поговорить.
– Я собиралась снять номер в «Пэлэс», – сказала ей Ева. – Там очень безопасно. И двухкомнатный номер найдется. У вашей сестры есть дебетовая карта для…
– От него? – Влажные глаза Тиш стали жесткими. – От Страццы?
– От юриста, который управляет его имуществом.
– Мы этого не хотим. Мы ничего у него не возьмем. Я оплачу номер со своей карты. К черту его – не адвоката, хотя если он адвокат Страццы, он, вероятно, тоже заслуживает быть посланным к черту. Мы сами заплатим.
– Я могу забронировать номер, – спокойно сказала Ева. – Просто назовете мое имя администратору.
– Спасибо. Я очень благодарна вам обоим за то, что вы сделали для Дафны. Я рада, что он умер. И буду этому радоваться до конца своих дней. – Она оглянулась на дверь палаты. – Еще вопрос. Где бы мне сейчас найти для нее другую пижаму? Он заставлял ее носить белое. – Лицо Тиш застыло. – Я хочу, чтобы сегодня вечером она надела другую. Неважно, какого цвета, неважно, какой рисунок – пусть хоть трехголовые овцы. Только не белая.
– Я постараюсь вам помочь, – сказал Дел.
– Хорошо. Ах да, пицца и мороженое. Можно это сюда заказать?
– Устроим.
– Отлично. – Тиш глубоко вздохнула. – Хорошее начало. Мы позаботимся о ней. Мы сумеем ей помочь.
  
Когда Тиш вернулась в палату, Ева подумала, что да, они ей помогут.
* * *
Вымотанная до предела, Ева поехала домой, пообещав себе немного отдохнуть. Плюс кофе, кофе в большом количестве!
Ситуация улучшилась. Безопасность Мира – спасибо Рорку – усилена. Для Дафны Страцца и ее семьи заказаны комнаты, которые ожидали их прибытия на следующий день. И у Евы имелась теория, которой нужно просто следовать.