Эхо смерти

– У доктора много застрахованных произведений искусства. Возможно, кое-что он оставил вдове. Их стоимость больше восьми миллионов долларов, примерно в такую же сумму оцениваются драгоценности, которые похитили.
Рорк походил туда-сюда, выбрал бутылку вина.
– Я бы выпил бокал. А ты?
Ева посмотрела на доску для расследований, потом на снег.
– Почему бы и нет?
– В финансах Страццы нет ничего, что говорило бы о романе на стороне. Страцца не приобретал драгоценности, не платил за их страховку, никуда тайно не ездил и не снимал номера в отелях, и у него нет второй резиденции, где можно было бы поселить любовницу или развлекаться с ней.
  
– Тайные счета?
– Все вполне законно и, как я уже говорил, скучно.
Рорк налил два бокала вина, один протянул Еве.
– Страцца жил исключительно по средствам. Вообще-то, он мог бы позволить себе более роскошную жизнь. Я бы сказал, что он тратил значительные суммы на одежду для себя и жены.
– Для него было важно производить впечатление.
– Согласен. Дом, машина, мебель, предметы искусства – все напоказ. А по сути, Страцца был довольно прижимистым. Ему больше нравились числа, чем вещи. Ровно две поездки в год с женой, как по часам, две поездки для него одного – скорее всего, поиграть в гольф, но надо проверить. Все поездки недолгие, дня на два, не больше. Командировки на конференции или лекции тоже короткие. Он никогда не ездил без жены дольше чем на пару дней. Иногда брал ее с собой.
– Не хотел оставлять ее одну… Как ты полагаешь, смог бы хороший компьютерщик раскопать всю эту информацию?
– До смешного легко.
Ева задумалась, покачалась на стуле.
– Значит, убийца выяснил, где лежат драгоценности и наличные, и использовал эту информацию для прикрытия. Все-таки его основная цель – избиения и насилие. Преступник прекрасно знал, когда хозяев не бывает дома, но ему нужно было другое.
Она повернулась к Рорку.
– Сколько времени тебе потребуется, чтобы найти список приглашенных на благотворительный гала-вечер «Слава искусству» в прошлом апреле?
– Примерно столько же, чтобы выбрать, открыть и налить это вино. – Он игриво толкнул Еву. – Может, дашь задание поинтереснее?
– Сперва достань список.
– Хорошо. И раз уж нас ждет длинная снежная ночь, почему бы не поужинать не в твоем кабинете, а где-нибудь в другом месте?
– Согласна.
– Тогда подожди пару минут.
Рорк пошел к себе в кабинет.
  
Глава 13
 
Вернулся он почти сразу.
– Список у тебя на компьютере.
– Замечательно. Насчет задания поинтереснее. Разделим список и отберем все супружеские пары. Затем супружеские пары из высших слоев общества. Затем бездетные супружеские пары, ну, или чтобы дети жили не с ними. Супружеские пары, где жена красавица. И, наконец, дом на одну семью. Наш преступник не трогает многоквартирные дома или дуплексы. По крайней мере, пока.
– Идет. А ты не думала об однополых парах? Да, они не вписываются в общую схему, но, может, он выбирает красивых женщин независимо от их ориентации?
Ева ткнула его пальцем.
– Черт возьми, ты прав! Конечно, маловероятно, дело, скорее всего, в отношениях с матерью и отцом, однако все может быть. Так что не будем никого дискриминировать.
– Что там за надпись в вашем отделе? «Не имеет значения, какой ты расы, вероисповедания, сексуальной ориентации или политических взглядов, твое дело – служить и защищать».
– «И даже если ты законченный мудак». Мы дополнили текст.
С легким смешком Рорк ткнул Еву пальцем в ответ.
– Молодцы!
– В общем, в первую очередь ищи замужних и состоятельных. И красоток.
– Я буду работать здесь, с тобой. Так нам будет легче координировать работу.
– Бери стул. Начинай сверху списка, а я начну снизу.
– Чтоб ты знала, в нем больше тысячи восьмисот имен.
Он задумчиво снял галстук и скинул пиджак.
Ева фыркнула.
– Ну, там же не одни супружеские пары. Потом выпишем отдельно всех тех, кто живет в гражданском браке. Однако начнем с супругов.
Кивнув, Рорк закатал рукава.
– Знаешь, здесь есть Мэвис и Леонардо. И Мира.
«Моя сестра», – подумала Ева. Мэвис Фристоун была ее сестрой во всем, только кровь в их жилах текла разная.
– Мэвис живет в многоквартирном доме, и у нее есть ребенок. Мира, конечно, красавица, но не во вкусе нашего убийцы. Все его жертвы пока были моложе ее. Думаю, он будет придерживаться прежней схемы.
Работа оказалась кропотливой и не требовала мыслительных усилий. Ева разделила экран напополам, на одну половину вывела список и быстро просматривала информацию по всем именам, отмечая тех, которые отвечали требованиям.
Они работали в полном молчании, даже когда Галахад покинул диванчик, вспрыгнул на колени Рорка и свернулся там клубком. Наконец, где-то на половине списка, Рорк выпрямился.
– Давай сделаем перерыв на ужин, иначе мозги расплавятся.
– Что?
Ева машинально посмотрела на мужа и поняла, что у нее начинает болеть голова. Да, перерыв не помешает.
– Да, хорошо. Может…
Рорк увидел, что она смотрит на столик у выхода на террасу.
– Уговор есть уговор, лейтенант.
– Ладно, ладно. Хочешь поужинать в столовой?
– Нет, у меня на уме другое.
Он встал, взял Еву за руку и поднял на ноги, прежде чем она придумала какую-нибудь отговорку. Таща жену к лифту, Рорк посмотрел на кота.
– У нас столик на двоих, дружок. А твой ужин ждет тебя на кухне.
Рорк впихнул Еву в лифт, поцеловал между глаз, туда, где, как он уже понял, зародилась боль.
– Терраса на крыше, – скомандовал он.
– Интересничаешь?
– Тебе понравится вид.
Как всегда, он оказался прав. «Мы словно в перевернутом снежном шаре», – подумала Ева. За стеклянным куполам в лучах фонарей падал густой снег, словно чья-то сердитая рука полными пригоршнями сыпала его с неба. Зимний ветер закручивал белые вихри эффектными спиралями, сквозь которые сверкали огни города. Огромный парк казался черно-белым. Улицы расходились застывшими лучами, почти пустые, только несколько аварийно-спасательных машин с трудом тащились по толстому ковру снега.
Рорк зажег свечи на столе, сервированном на двоих. Серебряные баранчики закрывали тарелки.
– Как ты это сделал?
– Сказал Соммерсету, во сколько мы сюда поднимемся.
Он налил им обоим красного вина, взял руку Евы в свою.
– Мы с тобой счастливчики. Стоим здесь наверху, в тепле и безопасности, ни о чем не беспокоимся. Помню, морозными зимами в Дублине у меня ничего этого не было.
– Мне кажется, я почти не трогала снег лет до девяти или десяти. И не понимала: с чего это все по нему с ума сходят? Но отсюда, сверху, он смотрится весьма эффектно. Хорошее место для ужина, ты молодец.
– Посмотрим, что ты скажешь про еду.
Рорк поднял крышки с тарелок. Ева увидела какую-то пасту и обрадовалась. От пасты она никогда не откажется! Не спагетти, а похожие на короткие трубочки штуковины, залитые сырным соусом. В воздухе разнесся аппетитный пряный аромат, напоминая желудку Евы, что он давно пуст.
– Выглядит обалденно. Что это?
– Запеченные пенне.
Не стоит упоминать шпинат, решил Рорк.
Они ели пасту с разноцветным салатом, макая багет в ароматное, приправленное травами масло. И запивали вином.
– Что бы это ни было, бесподобно! – заметила Ева. – Ты засунул туда шпинат.
– Готовил не я, – напомнил Рорк.
– Ну, конечно. Тем не менее получилось отлично. Твоя команда будет работать завтра?
– Я порекомендовал всем, у кого нет необходимости присутствовать, работать из дома. Если с утра тебе нужно в Управление или по делам, возьми внедорожник. Он надежнее и по проходимости, и по безопасности.
  
– Хорошо. Возможно, я переговорю кое с кем по коммуникатору или проведу голографические встречи. Лично я хотела бы встретиться с барменом и Дафной. Чем чаще мы с ней видимся, тем больше она открывается. И мне надо обязательно добраться до Управления. Я же босс.