Эхо смерти

– Кто это сказал? – требовательно спросила Ева, крайне возмущенная вмешательством погоды в полицейскую работу. – Кто решил, что начнется метель, и почему пятнадцать-восемнадцать дюймов, а не шестнадцать-девятнадцать?
– Погодные волшебники? – предположила Пибоди.
– Волшебники, как же! Настоящий волшебник заявил бы, что толщина снега достигнет пятнадцать целых шесть десятых дюйма потому, что он так сказал.
  
– Говорят, что в пригородах будет еще хуже, не знаю почему, – торопливо произнесла Пибоди. – Передают, чтобы люди оставались дома, за исключением экстренных случаев.
– Да пусть говорят, что хотят. Как будто их кто-то слушает.
Раздосадованная, Ева въехала в гараж. Ворота поднялись, едва компьютер сканировал номер машины. Загорелся зеленый свет, и компьютерный голос отчеканил:
– Добрый день, лейтенант Даллас. У вас внеочередная парковка на первом уровне, отсек номер два. Пожалуйста, поверните направо, ехать тридцать два фута.
– Я же говорю, важная шишка, – заметила Пибоди, слегка пожав плечами.
Ева не ответила, просто въехала в отсек.
– На каком этаже адвокат? – спросила она напарницу.
– Фирма «Уиз, Уиз и Хадд» занимает весь восемнадцатый этаж.
Ева направилась к ближайшему лифту. Она еще не успела нажать на кнопку вызова, как компьютер, сканировав их с Пибоди, произнес:
– Добро пожаловать, лейтенант Даллас и детектив Пибоди. У вас есть разрешение подняться на любой этаж в скоростном режиме.
Двери лифта открылись. Ева ткнула пальцем напарницу, которая стояла, открыв рот, и вошла в лифт. Пибоди последовала за ней, еле слышно шепча: «Важная шишка» и пожимая плечами.
– Восемнадцатый, – приказала Ева, и лифт немедленно заскользил вверх, набирая скорость.
– Адвокатское бюро «Уиз, Уиз и Хадд», – объявил механический голос, и секундой позже двери лифта открылись.
Одна-единственная женщина с белыми, как снег за окном, волосами, уложенными в высокую прическу, управлялась за длинной стойкой делового черного цвета. С одной стороны помещения располагалась фешенебельная, но вполне стандартная зона ожидания, с другой обнаружилось большое количество горшков с карликовыми деревьями, увешанными крошечными апельсинами и лимонами, и две скамьи из черного камня.
– Добрый день. – Секретарь встретила посетительниц быстрой профессиональной улыбкой. – Дороги, должно быть, ужасные.
– Не самые лучшие. – Ева положила жетон на стойку. – Лейтенант Даллас, детектив Пибоди. У нас встреча с Рэндалом Уизом.
– Да, детектив Пибоди договорилась о встрече. Сейчас свяжусь с офисом мистера Уиза.
Женщина постучала по наушнику.
– Карсон, к мистеру Уизу пришли полицейские. Конечно. – Она снова тронула наушник. – Мистер Уиз скоро освободится. Его помощник сейчас выйдет и проводит вас.
– Хорошо. А где ваши коллеги? – Ева показала на пустые рабочие места за стойкой.
– Мы отправили многих сотрудников домой. Метель будет очень сильной.
– Но вы-то остались.
– Я выросла в Висконсине, – с непринужденной улыбкой ответила секретарь.
– Наверняка вы знаете почти всех, кто сюда приходит. Вы знакомы с Дафной Страцца?
Улыбка на лице женщины поблекла.
– Нет. Ужасное происшествие. Надеюсь, она поправится.
– Ей уже лучше. А доктора Страццу встречали?
– Да. Он наш давний клиент. Вернее, был нашим клиентом.
– Не помните, когда он приходил в последний раз?
– Так сразу и не скажу. Довольно давно. Они с мистером Уизом чаще встречаются в клубе, чем здесь… А вот и Карсон.
Карсон – тощий, длинношеий, с короткими каштановыми волосами, разделенными безукоризненным косым пробором, – вошел в широкий дверной проем.
– Лейтенант, детектив, я провожу вас в офис мистера Уиза. Миз Миддерман, мистер Уиз велел передать, чтобы вы переключили все на автоматический режим и ехали домой, как только сочтете нужным.
– Спасибо, Карсон, я пока останусь.
Размашистой, слегка неуклюжей походкой Карсон повел Еву и Пибоди по широкому, но тихому, как церковь, коридору с многочисленными дверями, мимо конференц-зала и юридической библиотеки, где двое молодых сотрудников сгорбились над ноутбуками и обсуждали что-то благоговейным шепотом. Возле комнаты отдыха, укомплектованной небольшой кухней и торговыми автоматами, он повернул и направился к раздвижным дверям из полированного дерева. Постучал, дождался короткого звонка и раздвинул створки.
– Мистер Уиз, к вам лейтенант Даллас и детектив Пибоди.
– Хорошо-хорошо, Карсон. Принесите нам латте, а потом отмените все, что у меня запланировано на сегодня. Поеду-ка я лучше домой.
– Да, сэр.
Карсон вышел в боковую дверь. Уиз откинулся на спинку большого кожаного кресла за внушительным письменным столом и окинул посетительниц оценивающим взглядом.
  
Глава 12
 
Адвокат Страццы оказался немолодым, умудренным жизнью человеком с растрепанной, как у безумного ученого, гривой серебристых волос и обветренным лицом, на котором выделялись крючковатый нос и колючие голубые глаза. Одет он был в типичный для юристов темно-синий костюм в тонкую серую полоску. Наряд дополняли идеально повязанный красный галстук и уголок красного носового платка, выглядывающий из нагрудного кармана.
– Я знал Энтони больше двадцати пяти лет, – произнес Уиз раскатистым голосом. – Сейчас пытался подсчитать и понял, что за все это время он мне нравился дней десять, не больше. Тем не менее я в ужасе от того, что произошло с ним и его женой.
Уиз махнул рукой, показывая на стулья для посетителей – кожаные, глубокого винного цвета, – которые стояли лицом к его столу.
– Вас, наверное, удивило, что адвокат добровольно выдает подобную информацию, но у меня нет мотива и с четверга по воскресенье я был в Майами, участвовал в ежегодном любительском турнире по гольфу. Это легко проверить.
– Проверим, если сочтем нужным.
Вернулся Карсон, нагруженный подносом с тремя огромными чашками. Сноровисто их расставил, поглядывая украдкой на снегопад за окном.
– А теперь отмените все мои встречи, Карсон, и ступайте домой. Тогда вы сможете бросать встревоженные взгляды из окна своей квартиры, а не из моего кабинета.
– Да, сэр.
Карсон вышел и закрыл за собой дверь.
– Почему вы недолюбливали Энтони Страццу? – спросила Ева. – Кроме тех десяти дней?
– Краткий ответ прозвучит так: он был малоприятным типом. И наверняка вы, с вашим-то опытом и чутьем, уже это поняли. Тем не менее, когда несколько лет назад я сломал ногу и повредил локоть во время неудачного спуска на лыжах, он проследил, чтобы меня на вертолете доставили в больницу святого Андрея, и сам сделал мне операцию.
Уиз поднял руку, согнул и разогнул ее в локте.
– Как новенькая, даже лучше!.. А что с Дафной? Мне нужно поговорить с ней в ближайшее время, так как я доверенное лицо Энтони и распорядитель его имущества.
– Она находится под присмотром врачей. Вот только у нее нет желания возвращаться домой.
– Вполне объяснимо.
– Дафну выпишут из больницы завтра или послезавтра, и к тому времени ей понадобятся средства к существованию.
– Средства к существованию?
– Да, она утверждает, что у нее нет ни цента.
– Но… – Уиз замолчал на полуслове, сделал глоток кофе с молоком. – Понимаю. Конечно, я обо всем позабочусь.
– Как вы думаете, почему миссис Страцца оказалась в ситуации, когда ей нечем заплатить за отель или за лечение, которое не входит в страховку?
– Лейтенант, я понятия не имею, как Энтони распоряжался финансами на ведение хозяйства.
– Но, будучи адвокатом, доверенным лицом и распорядителем имущества, вы можете рассказать о завещании Страццы и наследстве его жены.
  
– Если ее вот-вот выпишут, значит, она достаточно здорова, чтобы поговорить со мной?
– Дафна молода, у нее крепкое здоровье, и, хотя ей сильно досталось, сейчас она в надежных руках.
– Может, Энтони и мертв, но есть адвокатская тайна и конфиденциальность. В мои обязанности входит забота о благосостоянии пережившей его супруги.