Эхо смерти

– Так или иначе мы обнаружили связь между жертвами. Их выбрали не случайно. Они соответствуют специфическим требованиям преступника.
Она замолчала, погрузившись в размышления, пока Пибоди разговаривала с Лилией Доминик. Вскоре Пибоди отключила коммуникатор.
– Лилия говорит, что, если нам нужно, она придет, хотя не раньше пяти: завалена работой. Но ее офис здесь неподалеку, так что, если мы к ней заедем, она постарается освободиться. Говорила вполне дружелюбно.
  
– Скажи ей, что мы приедем в течение часа.
Ева заехала на больничную парковку, пока Пибоди договаривалась с Лилией о встрече.
– Лилия сейчас не в офисе, – отрапортовала Пибоди, – через полчаса будет на месте.
Они зашли в больницу, поднялись на этаж, где находилась палата Дафны, прошли мимо поста дежурной медсестры. Ева кивнула женщине в полицейской форме у двери палаты.
– Добрый день, офицер.
– Здравствуйте, лейтенант. Никто не входил и не выходил, кроме медработников. Пострадавшей доставили суп из ресторана «У Джако». Доктор сказал, что вы разрешили. Большой такой термос. Она велела передать мне тарелку супа. Чертовски вкусно.
Женщина-охранник переступила с ноги на ногу и продолжила:
– Больная пару раз просила меня зайти в палату. Хотела, чтобы я посмотрела в ванной, под кроватью и в шкафу, нет ли там посторонних. Посмеивалась над собой, но смех звучал натянуто. И еще…
– Слушаю.
– После того, как кто-то из медсестер сказал, что больная быстро поправляется, и, возможно, ее завтра отправят домой, она запаниковала, хотя и старалась не подать виду.
– Спасибо, офицер. Передохните минут пятнадцать.
Ева шагнула в палату. Дафна сидела на стуле у окна и безучастно водила пальцем по экрану планшета, перелистывая страницы. Ее длинные волосы, заплетенные в простую косу, покоились на левом плече. Даже следы побоев и синяки не могли скрыть красоту молодой женщины.
Дафна вымученно улыбнулась.
– Как вы себя чувствуете? – спросила Ева.
– Лучше. Я вставала и ходила, уже почти ничего не болит. Мне сказали, что я могу сидеть здесь или даже спуститься вниз в оранжерею. Может, я и спущусь, но…
– В чем дело?
– Доктор Нобл обещал устроить, чтобы меня оставили в больнице, однако другие врачи говорят, что я могу идти домой хоть завтра. Я туда не вернусь.
– И не надо.
– Я не знаю, куда идти.
– Поживите некоторое время у подруги.
– Мне… мне не у кого остановиться.
– Ваши родные, – начала было Ева, но Дафна не дала ей договорить.
– Нет-нет, они не здесь, – резко произнесла она.
Заметив, что при упоминании семьи в глазах Дафны вновь промелькнуло загнанное выражение, Ева не стала продолжать.
– Можно переехать в отель. Мы приставим к вам полицейского, а если вы захотите взять кое-что из дома…
– Я все куплю в магазине.
– Да, конечно.
«Осторожно, не напугай бедняжку», – мысленно сказала себе Ева, села на стул лицом к Дафне и махнула Пибоди, чтобы та села на край кровати.
– Мы и сами купим, если вы дадите нам список. Или съездим за вашими собственными вещами, если пожелаете.
– Мне и правда кое-что нужно, но я не смогу расплатиться прямо сейчас. В больнице мне дали самое необходимое…
– Любой девушке нужны те средства по уходу за кожей и волосами, к которым она привыкла, – пришла на помощь Пибоди. – А еще косметика и удобная одежда. Кстати, у вас милая пижама.
– Мне ее дала Джилли – одна из медсестер. Сказала, что просто впишут цену в счет. – Глаза Дафны наполнились слезами. – Я не знаю, как его оплатить. У меня есть страховка, но я понятия не имею, как она действует и покроет ли все расходы. Дел… доктор Нобл посоветовал ни о чем не беспокоиться, а когда я буду готова, поговорить с адвокатом, который занимался делами Энтони, моего мужа.
– Хороший совет. Вообще-то я как раз собиралась сегодня связаться с его адвокатом, обсудить кое-что.
Лицо Дафны заметно просветлело.
– Может, вы спросите, что мне делать? Как заплатить за больницу и отель, если мне придется переехать.
– Обязательно спрошу. Его зовут Рэндал Уиз?
– Думаю, да. Перед тем как мы с Энтони поженились, я подписала какие-то бумаги, но потом всеми делами занимался только муж.
– Понятно. Дафна, вам известно, что есть еще две супружеские пары, на которых напали точно так же, как на вас?
Дафна поджала губы и кивнула.
– Вы с ними встречались. С одной женщиной вы работали в комитете, а с другой пересекались на благотворительном вечере.
– Правда?
– Роза Патрик.
– Простите, я не помню. Не помню никого с таким именем. Я очень плохо все запоминаю. – У Дафны участилось дыхание. – Я должна больше стараться. Очень грубо и неприлично забывать чье-нибудь имя.
– Она не была замужем, когда вы с ней работали. Тогда ее звали Роза Фернандес.
– Конечно, я помню Розу! Очень умная и терпеливая, я постоянно делаю ошибки, а она…
– Неужели? Роза сказала, что вы прекрасный организатор.
– Она просто меня пожалела.
– Вовсе нет. Роза сказала, что с удовольствием поработала бы с вами снова, и даже спрашивала о вас, когда занималась очередным мероприятием.
– Правда?
– Она говорила совершенно ясно.
– Я думала…
– Что?
– Ничего. – Не поднимая глаз, Дафна разглядывала свои руки. – Жаль, что мы перестали общаться.
– Розе тоже жаль. Другая женщина – Лори Бринкман. Вы с ней не знакомились и потому не помните ее по имени. Вы с ней просто столкнулись на одном из мероприятий. Прошлой весной на благотворительном гала-вечере. Вы же на нем присутствовали?
– Да. Я была одета в белое платье от Дилейни и черно-белые вечерние туфли от Рейчел Кэролл. У меня еще была черная вечерняя сумочка от Джокуин Фостер.
– Забавно. Та женщина, о которой я говорю, постоянно забывает даты и время, но помнит все наряды. Наверняка вы тоже помните все свои платья.
– Чтобы произвести нужное впечатление, очень важно одеться подобающим образом и не повторить чей-нибудь наряд.
– Согласна. Вы с Лори Бринкман были в одно и то же время в дамской комнате. Вы плакали.
– Я не помню. – Дафна отвела взгляд. – Наверное, она ошиблась.
– Когда она спросила, вы ответили, что у вас болит голова.
– У меня бывают головные боли. Моя слабость.
– У меня тоже бывают. И пусть кто-то попробует назвать меня слабой, сразу надеру ему задницу.
– Я… – Дафна запнулась, до нее словно только дошли слова Евы. – На них напали, как на меня? Роза пострадала, как я?
– Роза была первой.
– Ужас! – В глазах, которые на смуглом лице казались ярко-зелеными, блеснули слезы. – Роза мне очень нравилась. Такая умная, веселая и добрая! Она… она…
– Я ее сегодня видела. Она держится. Ей сильно досталось, да вы и сами знаете, каково это. Но она встречалась с психологом и разговаривала с Лори. Разговоры помогли им обеим. Они бы хотели увидеться с вами, поговорить.
– Ох, не знаю… Не знаю, можно ли мне с ними встречаться. – Голос Дафны зазвенел, взгляд заметался по комнате.
– Его здесь нет, он ничего не сможет вам запретить.
Дафна перестала теребить пижаму, стиснула руки на коленях.
– Я не понимаю, о чем вы.
– Давайте пока оставим эту тему. Я хочу сказать, что обе женщины прекрасно вас понимают. Они хотят поговорить с вами потому, что это может вам помочь, как помогло им. Пибоди оставит их контакты, а вы сами решите, хотите ли с ними общаться.
– Им стыдно? – прошептала Дафна.
– Уже нет, потому что они не совершили ничего постыдного. Они выжили, Дафна, и вы тоже. Этот человек… Слушайте: любой, кто пользуется слабостью других людей, оскорбляет, причиняет им боль, ограничивает их действия… Вы меня слышите?
  
Ева подождала, пока Дафна кивнет.
– Любой, кто намеренно унижает слабых, заставляет их чувствовать себя беспомощными… Такие люди – трусы. Это они на самом деле слабаки, и это им нужно стыдиться. А принять предложенную помощь вовсе не стыдно. Вы сказали, что Роза умная, веселая и добрая. На мой взгляд, Лори тоже такая. Нам всем не помешает почаще общаться с умными, веселыми и добрыми людьми. Подумайте об этом… Пибоди?