Мой пленник, моя жизнь

– Невеста опаздывает, – усмехнулся Вейс.
Да, опаздывает. И если не появится через пару минут, я пойду за ней. Но бегать не пришлось, Эмми наконец-то замерла у входа. В плотном темно-зеленом платье с золотой вышивкой. В тон мундиру, чтоб мне провалиться. Жрец покосился на меня, на «счастливую» невесту, возвел глаза к потолку. Эмми замерла рядом со мной. Заплаканная, сосредоточенная, будто ей предстояло не выйти замуж, а исполнить чей-то приговор.
  
Жрец принялся читать молитвы. Сначала по-изельгардски, затем по-литонски, венчая нас сразу по двум обрядам, чтобы точно на всю жизнь. Затем обвязал наши запястья алой лентой, символизирующей плодовитость.
– Боги готовы услышать ваши клятвы, – сказал нам. – Прошу вас, полковник Эрвинг Аттеус.
– Амелинда Эйш, – заговорил я, еще до конца не зная, что скажу, – перед алтарем положено клясться, но я знаю, насколько пусты клятвы. Часто сама судьба превращает их в пепел. Просто знай, я люблю тебя и искренне хочу, чтобы мы были вместе до последнего вздоха.
– Теперь вы, лери Амелинда Эйш.
– Эрвинг Аттеус, – тихо произнесла она, – я… Я клянусь быть тебе верной женой до конца моих дней и разделить с тобой все, что пошлет судьба.
Да, теперь я знаю, что у судьбы всегда свой взгляд на жизнь. И она ни с кем не станет считаться. Место ленты заняли браслеты, и я коснулся губами ледяных губ Эмми. Градом посыпались поздравления, Лайза вытирала слезы. Только Эмми стояла, будто ледяная статуэтка. Даже не смотрела на меня. Кажется, я совершил ошибку. Но отступать поздно. Пришлось улыбаться, благодарить за добрые слова, делать вид, что все хорошо. Это было непросто, но уж не сложнее, чем выбираться из-под земли.
Мы вышли из часовенки. С неба снова посыпались снежинки. Мне начинало казаться, что в Литонии снег идет всегда. Эмми шла рядом со мной – и вдруг застыла. Я действовал, скорее, инстинктивно – закрыл ее собой, опустил руку на пояс, стараясь найти оружие, только его не было. А передо мной стоял Айк Эйш. Его лицо было перекошено от злости, а руки сжимали пистолет. Дуло ходило вверх-вниз, целясь в мою грудь.
– Нет!
Эмми кинулась наперерез, и я едва успел перехватить ее, чтобы не подставилась под выстрел. А еще – выхватить оружие у ближайшего из солдат и прицелиться в ответ.
– Не стрелять! – скомандовал своим людям. – Он мой!
Вот только выстрелить не успел. Белая тень метнулась вперед, и перед Айком замерла Анита.
– Уйди! – рыкнул я.
Она замотала головой. Затем обернулась к Айку. Его руки задрожали сильнее, а затем пистолет полетел в снег, и Эйш закрыл лицо руками. Нита тут же обняла его за плечи, прижала к себе, коснулась волос. Это еще что значит?
– Эрвинг? – подбежал ко мне опоздавший Вейс. – Что делать… с этим?
Нита обернулась, уставилась на меня с мольбой в глазах.
– Забери оружие, пока никто не пострадал, – ответил я. – Что, лер Эйш, не терпится меня убить?
Айк отстранил Ниту и уставился на меня. На щеках еще блестели узкие дорожки слез. А Эмми права, он сильно сдал. Превратился в тень, призрак вместо живого человека. Нита вцепилась в его руку.
– Не беспокойся, – Айк обернулся к ней, – я не стану делать глупостей.
А она продолжала касаться его запястья и смотрела так, будто они вели диалог.
– Нет, я тебе говорю.
– Вы ни о ком не забыли? – поинтересовался я.
Анита обернулась ко мне, сложила руки в мольбе. Она просила за Айка. А я не собирался омрачать день своей свадьбы чьей-то гибелью. И, если уж начистоту, не хотел его убивать. Перегорело. Осталось позади.
– Убирайся, – сказал Айку тихо. – С глаз вон!
– Я никуда не уйду, – ответил тот. Надо же, даже голос изменился. – А на твоем месте послал бы в город за целителем.
– Зачем?
Вдруг Эмми вцепилась в мою руку и закусила губу.
– Вот за этим, – ответил Эйш и пошел в замок, увлекая Ниту за собой.
– Эмми, милая, все в порядке? – Я перехватил ее, придерживая.
– Да. – Она закусила губу. – Просто…
И тихо застонала от боли.
– Целителя. Быстро! – скомандовал я. – И всех, кого надо.
Лайза тут же подхватила Эмми под локоток и повела в замок. Я бросился за ними. Две недели! Оставалось еще две недели, она сама сказала. Либо просчиталась, либо испугалась из-за глупой выходки Айка. С этим потом решу, что делать. Пока у меня были проблемы поважнее.
Только переступили порог, подхватил Эмми на руки. Заметил, как же она похудела – даже беременной весила так мало, что казалась легче обычного. Понес ее вверх по лестнице в комнату.
– Сюда, лер Аттеус, – позвала меня служанка.
Лер? Кто еще так назовет, прокляну. Бережно опустил свою ношу на расстеленную кровать и замер рядом. Эмми сжимала мою руку.
– Мне страшно, – прошептала она побелевшими губами. – Эри, мне так страшно!
– Не бойся, я рядом, – ответил, стараясь сохранять спокойствие.
– Не уходи!
– Не уйду.
Наверное, это был самый безумный день в моей жизни! Он затмил и казнь, и все, что за ней последовало. И если после рабства у меня седых волос не прибавилось, то к вечеру я всерьез боялся увидеть в зеркале абсолютно белую голову. Эмми отказалась меня отпускать. А целитель ехал так долго, что я едва не придушил его прямо на пороге. И действовал настолько неторопливо, что мое терпение приказало долго жить. Казалось, в комнате слишком много людей. Они толпились по делу и без, о чем-то спрашивали, что-то приносили и уносили. Я сосредоточился на Эмми. Ее фигурку окутывала магия. Вот когда порадуешься, что у тебя жена – целитель.
Каждый ее крик звоном отдавался в ушах, но я продолжал сжимать ее руку. Да и если бы захотел, не смог бы отпустить, потому что Эмми вцепилась в меня изо всех сил.
– Шли бы вы отдохнуть, полковник Аттеус, – советовал целитель. – Здесь вы все равно без надобности.
– Гляжу, вы тоже, – огрызнулся я в ответ. – Делайте свое дело.
Целитель косился на Лайзу, та разводила руками. Сама попробовала меня увести – и сдалась, оставила в покое. Я забыл обо всем на свете. Чувствовал только руку Эмми в моих руках. Когда схватки становились сильнее, она сжимала пальцы так, что казалось, сломает мои. И пусть!
– Эри, – звала меня отчаянно.
– Я здесь, милая. Не бойся, – говорил ей. – Все будет хорошо.
А затем рявкал на целителя. Тот менялся в лице и объяснял, что появление детей – процесс естественный и спешке не подверженный. И все начиналось снова, пока тишину не прорезал требовательный писк.
– Поздравляю, у вас сын, – пробормотал красный от напряжения целитель.
Никогда не думал, что дети рождаются настолько маленькими. Мне было боязно даже притронуться к нему, но со страхами надо бороться, поэтому забрал у целителя ребенка. Тот продолжал пищать. Зато вопрос, кто его отец, исчез сам за ненадобностью. У него были мои глаза. Такие же большие и черные.
Бережно передал малыша служанкам, и только тогда Лайзе удалось вытолкать меня за дверь. Хотелось выпить чего-нибудь крепкого – и смеяться.
– Поздравляю, мальчик мой. – Лайза крепко меня обняла. – Малыш похож на тебя.
– Да, похож. – Я улыбнулся в ответ. – У тебя, случайно, нет вина?
– Случайно – найду, – пообещала Лайза.
А стоило спуститься на первый этаж, как вокруг меня собрались солдаты. Они шумели, поздравляли, отыскали где-то еще несколько винных бутылок, и замок наполнился голосами, смехом, криками. Сам я осушил всего один бокал и поднялся обратно. Обессиленная Эмми спала. Она улыбалась во сне. Малыш тихонько мяукал на руках у кормилицы, которую целитель притащил из города с собой. Всюду царил покой. А я чувствовал себя до безобразия счастливым и пьяным, хоть почти и не пил. Эмоции переполняли и бурлили не хуже шампанского. Ради этой минуты стоило выжить! И дальше жить.
   
Глава 12
 
Амелинда
Мой сын. Стоило впервые взять его на руки, как все дурное позабылось. Хотела бы сама кормить его грудью, но, увы, молока почти не было. Хорошо, что заранее позаботилась о кормилице. Это была здоровая женщина из Эйшвила, задорная и веселая. И все равно я боялась доверять ей малыша. Он казался таким маленьким, хрупким – и до невозможности похожим на Эрвинга. Сладкий мой сынок.