Мой пленник, моя жизнь
Глава 8
Амелинда
Я не знала, плакать мне или молиться. Сидела у постели Лео, крепко сжимая его руку, и даже сейчас мысли были с другим. Ненавидела за это и себя и Эрвинга. А еще снова и снова прокручивала в памяти наш разговор. Когда увидела его во главе войска, сердце пропустило удар. Он изменился за эти месяцы, будто стал другим, чужим человеком. Умом я всегда знала, что он – солдат Изельгарда, а сердцем поняла только сейчас, и от этого стало больно. Еще больнее – от его глупых условий. Эри разговаривал со мной с высоты грядущей победы. Мы будто поменялись местами. И от этого было еще более жутко. Потому что я смотрела на Эри в черном мундире Изельгарда, видела любимое лицо и в то же время будто не осознавала, что это он. Слишком далекий, чужой.
Задумавшись, не заметила, когда Лео очнулся. Почувствовала на себе его взгляд и обернулась.
– Как ты? – склонилась я к постели мужа.
– Что произошло? Я не помню… – просипел он.
– Ты попытался достать Эрвинга магией и потерял сознание.
– Не достал?
– Нет.
– Он что, бессмертен?
Я промолчала, только снова призвала магию, хоть и понимала, что это бесполезно. У Лео осталось слишком мало времени. Несколько дней? Недель? Он тоже это понимал. Только так я могла объяснить попытку все-таки атаковать Эри магией. Лео вложил в заклинание последние силы. Повезло, что никто не пострадал. Кроме самого Леонарда…
– Ты говорила с ним? – Лео попытался приподняться, но снова упал на подушку.
– Да, говорила. – Не надо быть провидцем, чтобы понять, о ком речь.
– И что?
– Он завтра уедет. Войска Изельгарда движутся на столицу.
– Его надо остановить, Эмми. – Лео вцепился в мою руку. – Любой ценой остановить!
– Нет, дорогой. Ты не сможешь, а я не стану.
И мы оба замолчали, думая каждый о своем. Мне было до боли жаль Леонарда. Будто часть меня умирала вместе с ним. И это еще одна причина, по которой не желала видеть Эрвинга. Да, Эри прямо не причастен к состоянию Лео, но косвенно… И я и он причастны.
– Ты уедешь с ним?
– Что? – Я вздрогнула. – Нет, конечно. Нет. Как тебе вообще могло прийти такое в голову?
– Ты ведь его любишь.
– Я останусь с тобой.
– Спасибо.
Больно! До безумия больно. Я пересела на кровать и сидела так, пока Лео не уснул. Проверила снова, боясь поверить себе, – его магии больше не было. Только выжженная пустыня. Прости, Лео. Прости, родной. Кто же думал, что все так закончится? До самой ночи я ни на шаг от него не отходила, и лишь около полуночи тихонько вышла из комнаты. Сначала хотела пойти к себе, затем поняла, что задыхаюсь в стенах замка, и спустилась в парк, чтобы у входной двери столкнуться с Эрвингом.
Он посмотрел на меня странно, будто чего-то ждал. Понял, что не дождется, и спросил:
– Можно пройтись с тобой?
– Я хочу побыть одна.
Действительно, хотела. Теперь мне казалось, что предаю Леонарда, когда нахожусь рядом с Эри. Надо было думать раньше. Только любовь никуда не делась.
– Как скажешь.
А ведь у Эри впереди – не один бой. И кто знает, что может произойти?
– Подожди, – остановила я его. – Хорошо, идем.
Он молчал. Всю дорогу молчал, а я брела по аллее, не задумываясь, куда несут ноги.
– Эмми… – Он вдруг остановился. – Ты не пройдешься со мной несколько… в другом направлении?
– Каком?
– Мне надо посетить могилу Илмары.
– Сейчас?
Полночь – не лучшее время для посещения кладбища. Но Эрвинг только кивнул, глядя на цветок на клумбе. Затем нагнулся и сорвал белую лилию. Лилию… Кажется, Айк в бреду говорил, что Илли ждет свой цветок. Может ли быть…
Эрвинг предложил мне руку, и мы медленно пошли в сторону кладбища. Ночь была лунная, ясная, слышалось, как вдали бьются волны. Эри больше ничего не говорил. А впереди уже показались кладбищенские ворота. Он безошибочно свернул к новой гробнице и опустил на нее лилию. Затем снял с шеи тонкую цепочку и повесил на надгробие. Я присмотрелась и увидела маленькую серебряную лилию.
– Я не знал, будут ли они еще цвести, когда снова побываю здесь, – обернувшись, сказал Эрвинг, – но обещания нужно выполнять. Илмара мне снилась сразу после смерти и просила принести ей лилию.
– Айк тоже говорил, что она ждет лилию, – ответила, сдержав вздох. – Это ведь ты на него напал?
– Он на меня. Только не говори, что эта тварь жива.
– Не знаю. – Я пожала плечами. – Он сбежал из замка в тот день, когда мы узнали, что Изельгард объявил Литонии войну. Больше его никто не видел. А после ранения его дар усилился, и Айк постоянно говорил, что видит в Эйшвиле черную форму Изельгарда. Он так боялся твоего возвращения!
– И правильно делал. Вот уж кого я бы точно не пощадил, – ответил Эрвинг.
– Он изменился.
– Такие не меняются.
Не стала спорить. Пусть думает, как считает нужным. Разве это сейчас важно? А Эрвинг смотрел на надгробие Илмары и думал о чем-то своем. Была осень, когда он попал в плен. Оставалось всего пару недель до годовщины гибели Илли. Судьба? Наверное, судьба.
– Идем? – Эри обернулся ко мне, и мы в таком же молчании вернулись в замок. Он проводил меня до самой двери моих комнат, пожелал доброй ночи и ушел, а я постояла немного и пошла к Лео, чтобы снова не спать до рассвета.
А утром Эрвинг уехал. Я не вышла с ним попрощаться. Только наблюдала в окно, как он скрывается за воротами вместе с солдатами. Должно было стать легче, но не стало. Пришел управляющий с докладом, что в замке осталось двадцать солдат Изельгарда под предводительством Ника Вейса. Если правильно поняла, этот самый Вейс и был тем молодым человеком, с которым Эри оказался в плену. Вот с ним пришлось встретиться.
Я ждала посетителя в малой гостиной. Раздались быстрые шаги, и в двери вошел мой старый знакомый, если можно так выразиться.
– Лери Эйш, – поклонился он со всем почтением.
– Лейтенант Вейс, – поздоровалась в ответ. – Правильно ли я поняла, что вы остались командовать замковым гарнизоном?
– Именно так, лери. Поэтому решил поговорить с вами лично и уверить, что вашей безопасности со стороны солдат Изельгарда ничего не угрожает. Но если в отношении нас будут совершены какие-либо преступные действия со стороны ваших людей, ответ последует незамедлительно.
– Для меня это очевидно, лейтенант Вейс. Но я еще раз напомню жителям замка о предмете нашего разговора.
Вейс смотрел на меня пристально и внимательно. Что желал прочесть на моем лице – непонятно. А мне вдруг стало не по себе. Будто в теплой гостиной похолодало.
– Если у вас возникнут какие-то личные проблемы, лери, – вновь заговорил мой странный собеседник, – обращайтесь ко мне. Полковник Аттеус поручил мне обеспечивать вашу безопасность.
– Думаю, в этом нет необходимости, – ответила я спокойно.
– Полковнику Аттеусу виднее.
Конечно, Эрвингу у нас все виднее! Я закусила губу.
– Раз пока вопросов нет, я пойду, – кивнул мне Вейс и покинул гостиную. Зачем только приходил? Поставить в известность, что Эри его назначил моей нянькой? В присмотре не нуждаюсь!
Злило! Как же меня все это злило… Я снова бродила по замку, будто призрак. И понимала – остается только ждать, потому что от меня больше ничего не зависит.
А время шло. Так быстро, что я едва за ним успевала. К присутствию изельгардцев в замке мы привыкли довольно быстро. Тем более, как и обещал Эрвинг, они не вмешивались в привычный ход нашей жизни. С некоторыми местные жители даже завели подобие дружбы, и только присутствие Вейса продолжало вызывать холодок по спине. Мне казалось, что он за мной следит. На него можно было наткнуться в любом уголке замка. И только с Лайзой поделилась своими страхами. Каково же было мое удивление, когда Лайза лишь рассмеялась в ответ.
– Боги с вами, голубушка, – сказала она. – Ник следит за вами лишь потому, что обещал Эрвингу. Я сама слышала, он слово дал, что глаз с вас не спустит. Стоит ли его в этом винить?