Седьмой царевич. Том 4 и Том 5 (СИ)

— Ну раз так, тогда ладно, — не без гордости сказала Юля, хоть и скрывала это как могла. — И кого вы мне дадите в пару?
— Тимофей идёт между нашими сменами, чтобы у группы всегда было либо надёжное прикрытие, либо массовая атака. Его прикрывает Хана. Так что можете выбрать самостоятельно Константин или Анастасия.
— Если нет возражений, я бы хотела быть в паре с девушкой, — неожиданно для меня сказала Юля. — Как вы на это смотрите?
  
— Поддерживаю, — почти мгновенно ответила Настя. И только когда они обменялись подозрительными взглядами, я понял, что они сделали так из-за взаимного недоверия. А если обе будут вымотаны до предела, то и ничего лишнего сделать не смогут, например, не полезут ни к кому в спальник.
— Ладно, вам виднее. Костя, отбой, — спокойно кивнул я и, выбрав самое чистое место, отправился на боковую. Вырубился почти мгновенно, всё же сил ушло немерено, а схватка пусть и длилась не так уж и долго, но в процессе казалась бесконечной.
Зато утро выдалось на удивление спокойным. Поблизости не обнаружилось ни одной твари. Я спокойно потянулся, позавтракал прямо под куполом, и только когда вышел на разведку, понял, с чем такое спокойствие связано.
У монстров было настоящее пиршество. Этой ночью мы разделались с несколькими тысячами особей, и сейчас их останками, разбросанными на десятки километров, обедало не меньшее количество. Сюда даже подползло несколько десятков титанов, ставших одним целым с гигантскими механизмами.
От них остальные сколопендры старались держаться как можно дальше, но жадность иногда пересиливала осторожность, и в результате приживалы жрали ещё живых сородичей. И я бы даже приветствовал такой исход, пусть сожрут друг друга, вот только оставалась опасность, что ночью уже эти гиганты направятся к нашему убежищу.
Так что я проявил предусмотрительность и уничтожил монстров до того, как они обратят на нас внимание. Благо символ Алебарды, который я вчера использовал во время начала схватки, прекрасно действовал на крупные одиночные цели. Его ещё называли Глефой или Эскалибуром, за длинные царапины, тянущиеся на сотни метров после удара.
Сплетая два разных символа одновременно, я совершал мощный замах, из-за спины через плечо, и наискось перерубал монстра вместе с его железным панцирем. В прошлой жизни я тем же образом резал и танки, и механизированные доспехи. Если в них, конечно, были обычные смертные, что почти не встречалось.
Избыточная сила слишком монструозная, чтобы применять её в обычном противостоянии. Если обычный «мечник» мог использовать взмах, который рассёк бы пару сотен врагов, то Эскалибур вполне мог уничтожить целую армию, если бы она стояла плотными рядами. Что давало все основания думать о применении таких воплощений против других обладателей силы Закона.
Ведь когда в воздухе сталкивались два конструкта древних, оба рассыпались золотыми искрами, и на первый план уже выходила не мощь плетения, а скорость и точность его создания. И тут Юлия уделывала всю нашу группу с большим отрывом. Всё же обучение с самого детства, крайне специфические тренировки и врождённый талант.
Примерно за три часа я обошёл все окрестности, изничтожив семь крупных тварей. На мелочь почти не обращал внимания. Пока они двигались разрознено, и хоть и представляли угрозу, но не совались к обелиску. Убивал лишь тех, кто лез на меня сам, или встречался прямо по дороге. Ну ладно, не прямо, пятьдесят метров в обе стороны. Всё же каждая их душа питала обелиск, надо восполнять запасы.
— У нас заканчиваются влажные салфетки, — вместо «здрасьте» заявила Юля, собиравшаяся спать после смены. — Нужна либо вода, либо выходить отсюда, пока обелиск напитан.
— Рано уходить. Насть, кивни ещё раз в направлении воды, — попросил я, и девушка устало махнула рукой. — Отлично, отсыпайтесь пока, а я схожу на разведку. За безопасную линию выходить, только если приспичит. Вопросы? Ну тогда я прогуляюсь.
С этими словами я воплотил форму Воина и помчался по каменной улице. Ещё бы метр высоты, и я смог бы бегать со скоростью километров шестьдесят в час. Но увы, это уже другая форма, которая требует двух дополнительных знаков. А их освоение — это опять оттягивание ресурсов и времени от изучения стихийной магии.
Уговаривая самого себя, я снова перечислил в голове все плюсы магии. Архимаг огня способен бытовым заклятьем Искра взорвать все патроны, снаряды и ракеты в опасном для себя радиусе. Водник, стоящий на берегу моря или океана, — создать цунами высотой в несколько сотен метров. Архимаг земли стирает города и любые укрепления, зарывая их в почву. Воздушный маг создаёт ураганы такой силы, что не справляются даже сверхзвуковые истребители.
А ведь это только «чистые» стихийники. Что уж говорить о лаве, льде, паре и песке, втором порядке. А ещё есть третий — молния и природа. И главная цель, к которой нужно двигаться — первостихия, чистый хаос, энергия атома.
Подбадривая себя таким образом, я не заметил, как выбежал за максимальный радиус, на котором мы находились в прошлый раз — на точках появления во время первого испытания. Прикинув направление, понял, что тут были Алабай или Филипп, а я начинал с противоположного края. Пробежал ещё пару километров и удовлетворённо хмыкнул.
Пусть воды я так и не нашёл, зато увидел первую выбивающуюся из общей картины деталь. Разрушенный мегаполис упирался в гигантскую бетонную стену, возвышавшуюся над горизонтом. Возможно, она опоясывала весь город, потому как краёв я не видел, но главное — в отличие от остальных строений она была цела.
Проверив время, понял, что, если поднажать, сумею добраться до стены и вернуться обратно как раз к началу своей смены. Учитывая, что я только завтракал, а сейчас время уже перевалило за два часа, разумнее всего было вернуться. Прямо сейчас. Но стена манила, скрывая какую-то загадку, и я не сдержался.
Бежал что есть сил, но всё равно потратил ещё час, пока добрался до подножия бетонной конструкции. Честно сказать, я ожидал, что она вся будет изъедена дырами, в которых живут насекомые, но при первом беглом осмотре не заметил ни одной щели. А когда нашёл узкую лестницу, явно не под человеческую ногу и поднялся наверх, дух захватило от открывшегося зрелища.
— Это многое меняет! — улыбаясь, проговорил я сам себе. Ширина стены была почти сотню метров, на ней самой легко поместился бы небольшой городишка, но оставались лишь зализанные сотнями лет грани.
Налюбовавшись, я быстро спустился вниз и рванул в обратном направлении. Когда преодолел две трети, солнце начало садиться, и дравшиеся при свете дня паразиты успокаивались, сбиваясь в стаи. Не знаю, с чем это было связано, но они собирались вместе и двигались в направлении обелиска, что совершенно не радовало.
К счастью, направление движения у нас совпадало, и я как следует оттоптался по стекающимся к нам тварям. Сотни две раздавил, не меньше.
— Живой! Ты посмотри на этого… на него! — чуть не набросились на меня девушки, когда я вбежал в безопасную зону и развеял форму воина. — Довольный, как слон! Мы тебя уже трижды похоронить успели!
— Дайте поесть спокойно, мне ещё ночь стоять, — отмахнулся я, жадно схватив банку тушёнки. Благо Костя её подогрел на газовом примусе. Не обращая внимания на справедливое возмущение девушек, я слопал половину банки, и только запивая бутилированной водой, чуть выдохнул.
— Оно хоть того стоило? — выговорившись, спросила княжна. — Нашёл, что искал?
— Ага. Целое море! — довольно улыбнулся я. — А может, и океан. Похоже, мы находимся на острове, который ниже уровня моря. И спасает нас только плотина, окружающая его со всех сторон.
  
 Глава 17 
— Погоди, но это же очень-очень плохая новость, — пробормотала Юля.
— Верно, если бы мы рассматривали это место для жизни, это был бы полный провал, — не стал спорить я. — Увы, для срочной эвакуации это испытание точно не подходит. Может, люди здесь и выживут, но не более.