Перси Джексон и лабиринт смерти

– Вы очень заняты? – спросила Можжевела.
– Ну как, – ответил я, – мы сейчас участвуем в игре, где надо убить кучу чудовищ и не быть убитым самому.
– Нет, не заняты, – сказала Аннабет. – Что случилось, Можжевела?
Дриада всхлипнула и утерла глаза шелковым рукавом.
– Да все Гроувер… Он сделался такой странный! Целый год ищет Пана. И каждый раз, как он возвращается, с ним все хуже и хуже. Я даже поначалу думала, может, он с другим деревом встречается?
– Нет-нет, – сказала Аннабет, когда Можжевела снова расплакалась. – Я уверена, что дело не в этом.
– А вот он как-то раз увлекся кустом черники… – грустно произнесла Можжевела.
– Можжевела, – проговорила Аннабет, – Гроувер бы ни за что даже и не взглянул на другое дерево! Он просто расстроен из-за своей лицензии искателя.
– Под землю он не пойдет! – твердо сказала дриада. – Не пускайте его туда!
Аннабет сделалось неловко.
– Но, может быть, это единственный способ ему помочь – если бы мы только знали, откуда начать…
– А-а! – Можжевела утерла со щеки зеленую слезу. – Ну, это-то как раз…
В лесу снова раздался шорох, и Можжевела вскричала:
– Прячьтесь!
И не успел я спросить, почему, как она развеялась облачком зеленого тумана.
Мы с Аннабет обернулись. Из чащобы выползало блестящее янтарное членистоногое, длиной метра три, с зазубренными клешнями, бронированным хвостом и жалом длиной с мой меч. Скорпион. И на спине у него красовался сверток алого шелка.
– Один заходит сзади, – произнесла Аннабет, пока тварь, стрекоча, надвигалась на нас, – и отрубает ему хвост. А второй отвлекает его спереди.
– Чур, я отвлекаю, – вызвался я. – У тебя же есть шапка-невидимка.
Она кивнула. Мы столько раз сражались вместе, что все ходы были просчитаны наперед. Задача была нетрудная. Но все планы спутались, когда из леса выползли еще два скорпиона.
– Трое?! – воскликнула Аннабет. – Не может быть! Что, половина чудовищ со всего леса собралась сюда, к нам?
Я сглотнул. Одного завалить несложно. Можно и двоих, если повезет. Но троих? Сомнительно…
Скорпионы семенили в нашу сторону, размахивая своими зазубренными хвостами, как будто только затем и явились, чтобы нас убить. Мы с Аннабет прижались спинами к ближайшему валуну.
– Залезем? – спросил я.
– Некогда, – ответила она.
Аннабет была права. Скорпионы уже окружали нас. Они были так близко, что я видел пену в их чудовищных ртах: чудовища предвкушали, как они поживятся вкусными полубогами.
– Берегись!
Аннабет отбила жало мечом, развернув его плашмя. Я сделал выпад Анаклузмосом, однако скорпион отбежал назад. Мы отходили в сторону, вдоль валунов, но скорпионы преследовали нас. Я рубанул еще одного, но переходить в наступление было слишком опасно. Если попытаться дотянуться до тела, он ударит сверху хвостом. Если броситься на хвост, с обеих сторон высунутся клешни твари и попытаются меня схватить. Оставалось только отбиваться, а долго мы так не продержимся.
Я сделал еще шаг в сторону и вдруг обнаружил, что за спиной ничего нет. Там была трещина между двух самых здоровых валунов. Я, небось, миллион раз проходил мимо, но…
– Сюда! – скомандовал я.
Аннабет рубанула скорпиона и взглянула на меня как на сумасшедшего.
– Туда? Там же слишком тесно!
– Я тебя прикрою. Давай!
Она шмыгнула мне за спину и принялась протискиваться между валунами. А потом вскрикнула, ухватилась за ремни моего доспеха, и я полетел в какую-то яму, которой еще мгновение назад там не было. Вверху мелькнули скорпионы, лиловое вечернее небо, деревья, а потом дыра сомкнулась, как диафрагма объектива, и мы очутились в кромешной тьме.
Наше дыхание гулким эхом отдавалось среди каменных стен. Было сыро и холодно. Я сидел на неровном полу, на ощупь как будто кирпичном.
Я поднял свой меч. Слабого свечения клинка как раз хватило на то, чтобы озарить перепуганное лицо Аннабет и мшистые каменные стены по обе стороны от нас.
– Г-где мы? – спросила моя подруга.
– Во всяком случае, скорпионов тут нет.
Я старался говорить спокойно, но на самом деле я психовал. Трещина между валунами никак не могла вести в пещеру. Была бы тут пещера, я бы об этом знал, это точно. Такое ощущение, будто земля разверзлась и поглотила нас. Я не мог думать ни о чем, кроме той трещины в полу обеденного зала, которая прошлым летом поглотила скелетов. Неужели и с нами случилось то же самое?
 
Я снова поднял меч, чтобы стало посветлее.
– Какая-то длинная комната… – пробормотал я.
Аннабет схватила меня за руку.
– Это не комната. Это коридор!
Она была права. Тьма впереди выглядела какой-то… более пустой. И тянуло теплым сквознячком, как в метро, только все выглядело куда древнее и почему-то опаснее.
Я шагнул было вперед, но Аннабет остановила меня.
– Ни шагу больше! – предостерегла она. – Надо найти выход.
Она, похоже, была всерьез напугана.
– Да ладно! – сказал я. – Выход же прямо над…
Я задрал голову и осознал, что не вижу, откуда мы свалились. Над головой был сплошной камень. А коридор как будто бесконечно тянулся в обе стороны.
Аннабет потихоньку взяла меня за руку. В других обстоятельствах я бы смутился, но тут, в темноте, я был только рад знать, где она. Это было практически единственное, в чем я был сейчас уверен.
– Два шага назад! – предложила она.
Мы одновременно отступили на два шага, как будто стояли на минном поле.
– Хорошо, – сказала она. – Теперь дай я осмотрю стены.
– Зачем это?
– Знак Дедала, – объяснила она, как будто это что-то объясняло.
– Ну ладно… А какой…
– Нашла! – с облегчением воскликнула Аннабет. Она положила руку на стену и надавила на тоненькую трещину, которая засветилась голубым. Проступила греческая буква: Δ, древнегреческий знак «дельта».
Крыша распахнулась, мы увидели ночное небо, горящие в нем звезды. Было куда темнее, чем мы ожидали. В стене появились металлические скобы, ведущие наверх, и я услышал, как кто-то выкрикивает наши имена.
– Перси! Аннабет!
Громче всех слышался рев Тайсона, но и другие нас тоже звали.
Я нервно взглянул на Аннабет. И мы с ней полезли наверх.
Мы обогнули валуны и наткнулись на Клариссу и толпу других ребят с факелами.
– Где вас двоих носило? – осведомилась Кларисса. – Мы вас уже тыщу лет ищем!
– Нас же всего несколько минут не было! – возразил я.
Рысью прибежал Хирон, за ним Тайсон и Гроувер.
– Перси! – воскликнул Тайсон. – Ты в порядке?
– Все нормально, – сказал я. – Мы в дыру провалились.
Остальные скептически посмотрели на меня, потом на Аннабет.
– Честно! – произнес я. – На нас напали три скорпиона, мы бежали и спрятались в скалах. Но нас ведь не было всего пару минут!
– Вас искали почти час, – проговорил Хирон. – Игра окончена.
– Угу, – буркнул Гроувер. – И мы бы победили, но один циклоп на меня сел.
– Это случайно вышло! – запротестовал Тайсон и чихнул.
Золотой венок красовался на Клариссе, но она им не хвасталась, что было совершенно не в ее стиле.
– В дыру? – с подозрением переспросила она.
Аннабет перевела дух. Она окинула взглядом наших товарищей.
– Хирон… Может быть, об этом стоит побеседовать в Большом доме.
Кларисса ахнула.
– Вы его нашли, да?
Аннабет закусила губу.
– Я… ну да. Да, нашли.
Ребята принялись забрасывать нас вопросами – вид у них был такой же озадаченный, как у меня самого, – однако Хирон вскинул руку, призывая всех замолчать.
– Нынче не самое подходящее время, и тут не самое подходящее место.
Он посмотрел на валуны так, будто только теперь заметил, какие они опасные.
– Все по домикам! Ложитесь спать. Играли вы отлично, но час отбоя давно миновал.
Ребята зароптали и заныли, но принялись разбредаться, шепчась и бросая на меня подозрительные взгляды.
– Это многое объясняет, – сказала Кларисса. – Теперь понятно, что ищет Лука.