Обсерватор (СИ)

— Тогось! — злорадствовал механик. — Все заняты, а деньги я тебе дам.
— Да я ж ни разу не видел…
— Хватит пререкаться! Я сказал — сделаешь, значит — сделаешь!
Нет, ну не скотина ли! То есть, вроде как нормальное поручение, только для человека, который кроме самого Обсерватора, ни черта не видел и не знает об окружающем мире — это реальное издевательство! Если не хуже… хм, кажется, с проверкой на шаблонность мышления я переборщил. А с другой стороны… ну, на ком мне было ещё экспериментировать-то? На Дельфине? Спасибо, уже попробовал, чуть самого главного достояния любого мужчины не лишился. А ведь испытать действенность умений надо было. Реально надо. Иначе мне здесь долгонько придётся со дна выгребать… как бы и вовсе не потонуть.
— Труселями своими помашешь, если что, — лыбился этот гад.
— И где я куплю…
— Разберёшься.
— И как я узнаю…
— Старый возьмёшь. Можешь даже во взаимозачёт с новым отдать, — сделал царский жест злобный хрыч. — Всё равно мы его здесь же на Ветреном и брали, — скорее себе, чем мне сообщил он.
— «Ветреный»? — натурально удивился я, потому что название было произнесено явно на русском языке.
— Ветреный, Ветреный. На острове за главных бездники, они название и дали. Дурацкое какое-то, но у них всё такое. Так, вот тебе деньги, — вернулся всё же к своей дурной затее механик и вытащил из кармана квадратный кошелёчек. — Вот сепаратор. И вперёд, Тони!
— Родина тебя не забудет, — буркнул я себе под нос.
— Именно!
Вообще, то, как он достал кошель и пихнул его мне, наводит на всякие мысли, пыхтел я с этим гребучим сепаратором по коридору. Ну, то, что «проверка» — это понятно. Деньги Просперо даже не считал, просто кинул мне кошелёк, а значит, там или дохрена и точно хватит на этот грешный сепаратор, веселье в каком-нибудь клубе и ещё на пару коньков в придачу останется. Во что не очень верится, почему-то. Или денег там совсем немного, и мне придётся, как в жопу ужаленному, бегать по острову и искать подешевле, что ГОРАЗДО более вероятно, особенно с этим его «взаимозачётом». Ну и, помимо проверки, Просперо явно «отыгрывается», это тоже ясно, как божий день.
А вот что мне делать? Забить? В принципе — можно, но оставят меня на этом самом Ветреном, в одних труселях… Что, кстати, может быть к лучшему, а может и не быть. Всё, что я знаю — это рассказы и записи от Дельфины. Короче, надо бы мне хотя бы полчаса, а лучше больше, на то, чтобы понять, что и как на этом Ветреном делается.
Я добрался до «своего» кубрика и, устроившись на жёсткой лежанке, принялся составлять план грядущего похода в люди. Ну а что? Толку ли рефлексировать, если вариантов выхода из нынешней ситуации я вижу всего три. Ну, из самых очевидных, конечно. Первый — выполнить поставленную задачу и вернуться на борт Обсерватора «великим победителем и посрамителем всяких Просперов», второй — не выполнить задание злопамятной сволочи и, в результате, возможно, вылететь из состава команды и с борта Обсерватора, как есть. Ну и третий вариант, он же самый дурной — тупо удрать с корабля, прихватив с собой тот самый сепаратор да кошелёк злопамятного механика в качестве стартового капитала.
Скажу честно, третий вариант меня не устраивает… по многим причинам, правда, возможных угрызений совести среди них нет. У меня и самой совести-то… нет, в детстве, помнится, что-то такое было-трепыхалось, но я был юный и глупый, мог перепутать то трепыхание с предсмертной агонией. В общем, нет у меня такого актива. Наверное. Тем не менее, вариант с побегом — не вариант. Что я, враг себе, чтобы самостоятельно ухудшать стартовую позицию⁈
А значит, из очевидных и понятных возможностей остаются первые два. И ориентироваться я буду на первую, ибо складывать ручки на пузике, признавая собственное поражение, даже не попытавшись что-то сделать для победы… это не моё. Я так не умею.
Итак. Приступим. И для начала, не буду-ка я выворачивать свой комбез. Дело в том, что и штаны, и полукомбез, не имели именно «изнанки» как таковой. Моя нынешняя одёжка была двусторонней. Чёрная, приличная на вид и даже довольно стильная с одной стороны, и серая, со светоотражающими полосами, явно рабочая — с другой. Не знаю, что там на этом Ветреном, но надо бы попробовать сделать туда два захода в «разных» нарядах. Первый — как работяга. Пошмыгать по ближайшей округе, оглядеться, собрать какую-никакую информацию, прицениться, в конце концов. Затем, то же самое, но уже в более презентабельном виде, а уже по результатам — смотреть и думать. Может, «проверочное задание» невыполнимо в принципе — и такое нельзя исключать, имея в виду степень подлости и сволочизма Просперо.
  
По крайней, мере попробую, решил я, заваливаясь в уже знакомую «проходную», точнее, помещение, где совсем недавно впервые оказался на Обсерваторе. Зал на текущий момент был открыт не «вниз», а «вбок»: часть стены была вытянута коридором, а в нём расположился полузнакомый парень. Кто он — я ни черта не знал, виделся в столовке пару раз, но, как и большинство экипажа, он меня просто игнорировал. На этот раз парень был одет в «броню космодесантника», такую же, как была на Просперо в нашу первую встречу. Разве что, пугающего «слепого» шлема при нём не было, а сам временный боец явно скучал, лениво развалившись в кресле, пристроенном к короткой, но лютой на вид пушке, направленной в сторону открытого коридора. Правда, отсутствие шлема и расслабленная поза показывали, что это что-то вроде охраны склада боепитания в дремучем заполярье. То есть «формальное дежурство» или что-то такое. Что подтвердило и то, что парень, увидев меня, приподнял бровь и даже встал с насиженного места с явным намерением заступить мне путь.
— И куда это ты собрался… Тони? — углядев нежно обнимаемый мною надраенный сепаратор, осведомился он со скептически-подозревающим выражением на физиономии.
Ответить «выношу всё, что не приколочено» ОЧЕНЬ хотелось, но я сдержался.
— На Ветреный. По распоряжению механика Просперо, — буркнул я.
— Да?
— Да!
— Проверю, — нахмурился он.
— Проверяй, — пожал плечами я, с облегчением опустил тяжеленную раскоряку сепаратора на пол и, сложив руки на груди, опёрся спиной о стену.
Применять всяческие вежливые обороты к этому сторожу у меня не было никакого желания. Он же, зараза такая даже не представился, да и смотрит, как на говорящего бабуина, хотя до нашего, чтоб его высокомордие, капитана не дотягивает и близко. Дежурный охранник, тем временем, забормотал что-то негромко в какую-то приборину, отдалённо похожую на чудо-браслет Дельфины. Ну, как «похожую»? Примерно в той же степени, в которой дедов «Запорожец» похож на только что выпущенный «Аурус».
Но связь этот кондовый наруч всё же обеспечил, громко и нецензурно отозвавшись голосом Просперо. По смыслу: «пусть идёт и делает, что его величеством, хозяином двигательного зала поручено».
— Мда, — несколько растерянно протянул охранник, отключив «говорилку» и уставившись на меня. — И что с тобой делать?
— Почтенный механик Обсерватора буквально секунду назад изволил изрыгнуть, что именно, — напомнил я и, вздохнул, разведя руками: — Даже я услышал.
— Такое… сложно не услышать, — усмехнулся парень, чуть растеряв свою суровость, — Просто… ладно, Просперо это затеял, ему, случись что, и ответ перед капитаном держать. А ты… иди за мной, снарядим тебя перед выходом, — махнув рукой, дежурный двинулся дальней от нас к стене.
 Глава 6 
 Здравствуй племя молодое, незнакомое 
Я осторожно… ну так, мало ли что?… подошёл к охраннику, а стена, тем временем, явно повинуясь команде, отправленной с того же связного наруча, разошлась лепестками, словно диафрагма фото-объектива, открыв нашим взглядам небольшое довольно скудно освещённое помещение, по оснащению похожее на смесь склада неликвида с оружейкой под присмотром ленивого прапорщика. Были здесь стойки с закреплённым на них разнотипным оружием, причём не только огнестрельным, но и с холодняком, от совершенно затрапезных, чуть ли не столовых ножей до каких-то совершенно монструозных ковырял, один вид которых наводил на мысли о конкретной такой двинутости придумавшего их мастера… или о любви последнего к творческой резьбе по телу. М-да.