Вместе (ЛП)

Боль, с которой он говорил, была настолько острой, что я лишилась дара речи. Я лишь хватала ртом воздух, растерянная и потрясённая. — Данталиан… Он заставил меня замолчать, прижав ладонь к моим губам — всё в той же своей манере, нежно, будто я была величайшей ценностью.
— И я согласился потерять себя в самой попытке любить тебя, потому что не мог иначе. Я согласился вложить в твои руки власть убить меня одним поцелуем, я принял всё, от чего всегда бежал. Ради тебя. Он склонил лицо и посмотрел на меня с пугающей решимостью. — Я бы ни за что на свете не сделал этого, если бы у меня было хоть малейшее намерение следовать плану моего отца.
  
Он отпрянул, опустив руки. Пронзительный, влюблённый взгляд мгновенно сменился маской отстранённости. Скрестив руки на груди, он произнёс слова, которые ударили меня под дых сильнее любого кулака: — Но полагаю, это трудно понять, когда ты всеми силами пытаешься ненавидеть кого-то другого, лишь бы поменьше ненавидеть саму себя.
Я неосознанно коснулась живота, чувствуя мягкие изгибы, которых раньше не было, и это только ухудшило ситуацию. Я с трудом проглотила вставший в горле ком. Став богиней, я получила тело с более плавными формами, соответствующее стандартам красоты самой Афродиты, но вместе с ним пришла и неуверенность, которой я никогда не знала. Я изменилась, и моё тело изменилось вместе со мной. И жестокая правда, которую я пыталась скрыть, заключалась в том, что я ненавидела себя за это. И он это понял. Всего за несколько дней.
Данталиан отвернулся как раз вовремя, чтобы не заметить одинокую слезу, скатившуюся по моей щеке. Я быстро вытерла её рукавом формы. — Судя по всему, ужинать за одним столом — паршивая идея, — бросил он, уходя в противоположную сторону.
Я же, приведя себя в порядок, вошла в столовую. Взглядом я искала стол, за которым сидели остальные, когда услышала за спиной подбадривающий голос: — Иди сюда, Арья. Мы уже взяли тебе ужин, хотя это и стоило Рутенису перепалки с работником столовой, который пытался нас отчитать, — усмехнулся Эразм, провожая меня к их столу.
— Что тут скажешь? Мы никогда не любили следовать правилам. И не начнём, — ухмыльнулся Рутенис, когда я заняла место между Медом и братом.
Моё внимание привлекла хрупкая девушка, сидевшая во главе стола. Она была полной противоположностью Химене, но я сразу поняла, кто это. Её волосы восхитительного клубничного оттенка были идеально прямыми, а маленький вздёрнутый носик придавал ей невинный вид. Единственное, что их роднило с сестрой, — это большие глаза необычного орехового цвета. Но, судя по её взгляду и напряжённой осанке, характер у неё был далеко не покладистый. Тоска в её глазах напомнила мне ту, что я видела у её сестры при нашей первой встрече.
— Привет, я Арья. Я подалась вперёд и протянула ей руку. Она пожала её без колебаний. — Надеюсь, Рутенис не слишком тебе досаждал, хотя, зная его, боюсь, ущерб уже нанесён.
— Не больше, чем все остальные до него. Хотя на его месте я бы обновила репертуар шуток, — усмехнулась она. — Приятно познакомиться, я Нежа.
Рутенис бросил на неё колючий взгляд и пробурчал так тихо, что услышали только мы с Хименой: — Вы поглядите на неё, вылитая сестрица: если бы не она, я бы сейчас вовсю «обновлялся».
Я поджала губы, сдерживая смех, но тут же зашипела от боли — кто-то больно пнул меня по голени. Судя по испепеляющему взгляду Рутениса, это был его рук… то есть ног дело.
— Ты можешь хоть раз перестать вести себя как капризный ребёнок? — одернула его Химена. У Рута чуть глаза на лоб не полезли.
— Кто бы говорил! Может, обсудим тех, кто завтракает хлебом, шоколадом и обидой на весь мир?! — прищурился он.
Нежа подалась вперёд, упёршись локтями в стол, и обратилась к нам с почти смущённой улыбкой: — Они всегда такие?
Мед рассмеялся, наблюдая за ними и зачерпывая ложкой суп. — Сказать по правде, иногда бывает и хуже. Но пальма первенства всё ещё за Данталианом и Арьей.
Нежа внезапно выпрямилась. — Данталиан?
— Да. Ты его знаешь? — полюбопытствовала я.
— Нет, пока не имела чести познакомиться. И не горю желанием, — ответила она.
Эразм нахмурился. — Почему? Что ты о нём знаешь?
Перепалка между Рутенисом и Хименой затихла — наш разговор привлёк их внимание. Нежа пожала плечами. — Я видела его в эти дни. Он постоянно трётся с Мелвиллом или Нивеком, они ведут себя как старые друзья. Меня это удивило, учитывая драку в ваш первый день, но потом я подумала: наверное, они просто из одного теста. Так что я не стремлюсь знать того, кто такой же, как они.
— Такой же, как они? — повторил Рутенис тихим, суровым голосом.
Нежа опустила взгляд на свои руки. Гул в столовой начал затихать, но мы этого не замечали. Она вздохнула: — Нефилимы не водятся ни с кем за пределами своего круга. Они очень избирательны.
Я всё ещё смотрела на сосредоточенную Нежу, когда до моих ушей долетело ругательство Меда. Вслед за ним Эразм с силой ударил кулаком по столу, а Химена издала короткий возглас удивления.
— Ну и сукин же ты сын, — прошептал Рутенис, глядя куда-то мне за спину.
Я медленно обернулась, не зная, чего ожидать. Сердце ухнуло вниз от картины, представшей передо мной: Данталиан шёл, опустив голову и засунув руки в карманы, следом за Мелвиллом и Нивеком. За ними шли партнёрша Нивека и Хани. А замыкал шествие директор.
— Что происходит? — тихо спросила я.
Нежа в раздумье закусила губу: — Не знаю, но явно ничего хорошего.
Все в столовой встали, приветствуя директора. Его взгляд скользил по лицам, пока не остановился на мне. Я кожей чувствовала нарастающую тошноту, у которой не было явной причины, но годы научили меня слушать интуицию: сейчас что-то случится. И, как сказала Нежа, ничего хорошего.
Теперь, присмотревшись, я заметила на синем пиджаке Данталиана значок — точно такой же, как у остальных Нефилимов. Тот самый значок, которого на нём не было, когда мы столкнулись в коридоре.
— Он ведь не делает этого снова? Не может быть. Мед застыл с потрясённым и болезненным выражением лица.
Эразм долго смотрел на Дана. — Какого хрена он творит? Не верю. Это не в его…
— Если ты сейчас скажешь «не в его стиле», — оборвал его Рутенис, — я тебе врежу.
Денхолм вышел в центр зала, и все присутствующие сгруппировались вокруг него. — После тщательного наблюдения и несмотря на досадные… первые стычки, я готов расширить группу Нефилимов.
По залу пронёсся удивлённый гул, который директор тут же пресёк властным жестом.
— Я верю, что новичок обладает теми же качествами, которые я с первых дней разглядел в Мелвилле и Нивеке. И они рады приветствовать нового брата, который принесёт струю свежего воздуха после стольких лет.
Он обернулся и указал пальцем на Данталиана.
— Теперь ваша очередь тепло его поприветствовать!
Он начал аплодировать, и вскоре к нему присоединилась вся столовая.
Мы были слишком потрясены и раздавлены, чтобы делать хоть что-то — мы просто хлопали глазами, как вытащенные на берег рыбы. И когда я увидела, как он обменялся коротким, мимолётным объятием с Денхолмом, меня захлестнула ярость.
После всего, что он слышал об этом месте, после всех слухов об издевательствах, насилии и жутких наказаниях, о которых мы знали и ради защиты от которых внедрились сюда… он ведёт себя так?
После всего, что он натворил четыре года назад, он снова начал действовать за нашими спинами, не сказав ни слова о своих намерениях.
И когда тебя ранят во второй раз, это всегда больнее, чем в первый. Потому что ты уже знаешь эту боль в лицо.
  
Денхолм обвёл взглядом студентов, но снова задержался на мне, и по моей спине пробежал холодок. Что-то было не так.
— Я даю вам достаточно времени, чтобы закончить ужин, ребята. Но в восемь тридцать я требую, чтобы каждый из вас был в библиотеке — это единственный зал, способный вместить всех нас одновременно. Там Данталиан выберет себе партнёршу, которая будет сопровождать его в дальнейшем.