Шепот глубин

Потерев лицо ладонью, он заговорил, сопровождая все слова жестами:
– В этой пещере слишком опасно. Ты сама сказала, что умрешь, если останешься. Я отнесу тебя в другое место. Туда, где безопаснее.
Как показать жестом безопасность? Арджес попытался придумать что-то, что подарило бы ему чувство безопасности. Не придумав ничего лучше, он обхватил себя руками. Может, так она поймет?
– Обнять? – пробормотала она, и тут ее озарило. – Ты хочешь переселить меня из пещеры?
Он кивнул:
– Да, ахромо. Она не станет твоей могилой.
Робот высунул голову из коробки, и Мира повернулась к маленькому существу.
– Мне нужно будет взять с собой Байта.
Не мог же он… ну нет. Они не потащат с собой это недоразумение. Оно могло просто остаться тут и ржаветь, как и положено созданиям ее народа. Арджес покачал головой, но Мира лишь уставилась на него.
– Что? – прорычал он.
Судя по всему, она поняла его, потому что снова показала на коробку и ответила:
– Мы берем его с собой. Иначе можешь бросить меня гнить здесь.
Ни того, ни другого он делать не собирался.
– Ты во всем зависишь от меня. Думаешь, я не заберу тебя силой?
Она отступила на шаг вглубь пещеры.
– Если попробуешь меня заставить, я буду спихивать тебя обратно в воду столько раз, сколько потребуется. Так что, ундина, если ты вдруг не отрастишь ноги – тебе вряд ли удастся меня переиграть.
Да он и ползком по камням бы до нее добрался, если бы потребовалось.
Его внимание привлекло слово, которое он слышал от нее неоднократно.
– Ундина? – повторил он. – Что это значит?
Мира моргнула:
– Ты только что сказал «ундина»?
Как и обычно, он поднял бровь, говоря ей продолжать и явно показывая, что он хочет узнать об этом слове больше.
Она показала на него:
– Ты ундина.
– Я представитель Народа Воды. – Арджес прижал руку к груди, а потом указал на нее. – А ты ахромо.
Она повторила его движения:
– Я человек. Ты ундина.
Какое-то время они просто смотрели друг на друга, а потом он вздохнул, говоря тем самым, что сдался. Ей все равно не понять, что он говорит. С этими ахромо и их словами было что-то не так.
Он жестом показал ей торопиться, пока не вернулся его брат.
– Ну же, кайрос. К тебе и так уже заходил гость, который мне совершенно не нравится. Залезай в воду и тащи свою коробку. Я унесу вас отсюда.
Она собралась быстро. Серебряную чешую Мира и так редко с себя снимала – он видел это только пару раз, когда она была мокрой. К сожалению, он подозревал, что на предстоящий им путь ей вряд ли она понадобится.
Но он знал не так уж мало безопасных мест, а она была хрупким созданием.
– Мне нельзя спускаться глубже, – сказала она, завязывая самодельный халат на талии и закрепляя на бедре всякий нужный ей мусор. – Мое тело просто взорвется. Слышишь? И так уже дышать тяжело.
– Дышать тяжело?
Прижав ладонь к животу, она вдохнула и выдохнула.
– Слишком сильное давление. Легкие не могут набрать достаточно воздуха. Не знаю, насколько мы глубоко, но вряд ли дальше полуметра.
Эта система измерения была ему незнакома. Но она правильно подозревала, что тут было не так глубоко. Он видел раньше, как глубина давила таких, как она, и утаскивала их тела куда глубже. Видел, как они лопаются, и ему не хотелось, чтобы с ней произошло что-то подобное.
Хмыкнув, Арджес дал понять, что услышал ее, а затем посмотрел в воду. Может, это его сознание играло с ним, но он был готов поклясться, что на него кто-то смотрел. В пещере, кроме них, никого не было. Если только нападающий, скрытый глубиной, не поджидал в темноте снаружи.
– Быстрее, кайрос, – пробормотал он.
Она и не думала торопиться. Взяв робота в руки, Мира повернулась в последний раз окинуть взглядом пещеру.
– А здесь было даже прикольно жить, хоть и небезопасно. Таких приключений у меня еще не было. Ты теперь отведешь меня домой?
Ему не хватило духу сказать ей, что он никогда не вернет ее к другим ахромо. Она знала слишком много. Мире предстояло либо умереть, либо прожить с ним всю оставшуюся жизнь.
  
Он смотрел, как она подходит к металлическим обломкам своего мира и хлопает по ним ладонью. Что-то в воде перестало шевелиться с утробным рыком, и свет над их головами замигал, а затем погас. Во внезапной темноте Мира была лишь неясным очертанием, освещенным только теплым золотым светом воды, в которой ждал Арджес.
Когда она подошла ближе, желтые огоньки отразились в ее глазах, подобные редкому отблеску солнца на поверхности воды. Непоколебимость в ее взгляде лишь делала ее привлекательнее. Он уже и не замечал ее странных хвостов. Перед ним была лишь женщина, готовая схлестнуться в схватке с самим океаном ради того, чтобы выжить. От этого осознания вода вокруг него практически вскипела.
Он протянул ей руку и резко вдохнул сквозь зубы, чувствуя, как ее странные пальцы обхватили его. Миру не отпугивали его перепонки, его не волновало их отсутствие у нее. Это странное, хрупкое создание казалось смесью силы и болезненной изящности, и она заставляла его разум отключаться.
Ахромо позволила помочь ей спуститься в воду, плавно охватила его тело ногами и зашипела:
– Как же холодно.
– Я понесу тебя, – пробормотал он, обхватывая ее рукой за талию и притягивая ближе к себе. – Дай мне согреть тебя, Мира.
На ее лице мелькнула легкая улыбка, а потом она натянула одну из частей своего снаряжения. Поморгав несколько раз, до безобразия увеличенные стеклами глаза посмотрели на него.
– Сексуально, да?
Переводчик, который она прикрепила ему за ухо, не объяснил ему первого слова. Но по той усмешке, с которой она надела маску на рот, он мог догадаться. И все его тело вспыхнуло яркими огнями.
Была ли она… заинтересована в нем? Да быть не могло. Они принадлежали к двум очень разным видам и совершенно не подходили друг другу. Но тут ахромо прижалась ближе, обняла его руками за шею и снова спрятала ступни в плавниках на его бедрах, где всегда было теплее. Теплее, чтобы уберечь потомство, если он вдруг соберется с кем-то спариться. Арджес был уверен, что она даже не подозревала, каким соблазнительным было такое положение. Его бедра непроизвольно дернулись вперед.
– Прости, – пробормотала она, и ее голос приглушила маска. – Дай устроиться поудобнее.
Если Мира продолжит в том же духе, то к ее животу может прижаться кое-что совсем не похожее на плавник. Злясь на самого себя, Арджес схватил ее чуть сильнее, чем собирался. Но вот они уже плыли сквозь воду, и ее пальцы скользнули сквозь жабры на его шее прежде, чем он успел убрать ее руки подальше от них.
Они оба вздрогнули, и он позволил себе притвориться, что они сделали это по одной и той же причине. Может, она вспоминала то судьбоносное первое прикосновение, когда он выгнулся ей навстречу, а она играла с его жабрами. Арджес точно думал именно об этом.
Но на самом деле, конечно, он знал, что она дрожала только из-за холода. И так, пропустив ее запах сквозь жабры и собрав его под чешуей, он стрелой вылетел из пещеры в ожидающую их глубину, да с такой скоростью, что за ними было никому не угнаться. Совсем.
Но, кажется, он слышал, как она пробормотала что-то о красных огоньках вдалеке.
  
Глава 17
 
Мира и не знала, что ундины умели так быстро плавать. Он словно стал одним целым с водой или велел ей расступиться, чтобы ничто не встало у него на пути. Для нее плавание всегда было испытанием, будто она проталкивалась сквозь воду, а никак не сливалась с ней.
Но ундина? О, он был ее частью. Самой водой.
Спрятав пальцы ног в плавники на его бедрах, Мира почти могла представить, что тоже родилась такой. И хоть она и не была даже чуть-чуть похожа на что-то подобное, ведь костюм рано или поздно износится, она могла притвориться.