Особенности преддипломной практики (СИ)

Таэль очень устал за сегодняшний день. Мэл и Сэлгрин любезно воспользовались приглашением губернатора временно погостить в его доме. Наследник твердо знал: повторения их утренней схватки больше не будет. Лучший друг и старший брат на самом деле заключили перемирие — именно от них зависело, вернется ли Тауриэль домой, на Ильфарию. И вопрос здоровья наследника был не самым главным.
  
Высочество был далеко не дурак. Он прекрасно понимал, что дружба с Мэльстом Валосирелем именно сейчас проходит серьезную проверку. Что выберет лучший друг, почти брат: отцовскую мечту в виде императорского трона или давнюю дружбу и личные моральные качества?
Мэльст вырос честным и справедливым, благородным настолько, что это порой приводило Таэля в бешенство. Но семья для друга была превыше всего, ее внутренние законы и традиции Мэл ценил и соблюдал от точки до точки, отца уважал и боготворил.
А Ларта Валосирель спал и видел, как сын займет императорский трон. Он даже сумел устроить его брак с Фаррой, младшей сестрой Сэлгрина. И пусть та всего лишь внучка императора Мартелла Пятого по линии второй жены, но она принцесса и свадьба с ней поставила Мэльста почти на один уровень с Таэлем.
Три дня назад это совсем ничего для них не значило. Да какие три дня... Еще вчера вечером!
Но крон-принц Ильфейн погиб ночью в автомобильной аварии, а вместе с ним единственная жена и сын. Это автоматически делало наследником Таэля, ведь Сэлгрин прав — Лаиса, их третьего брата, никто всерьез не рассматривал в качестве будущего императора.
Он должен вернуться обратно. Обязан.
Хотя бы для того, чтобы разобраться с проклятущей навязанной свадьбой с Виккилин.
Вспомнив про Вик, Таэль нахмурился. Проблему надо как-то решать и очень быстро, иначе желание деда-императора сделать все согласно древним традициям искалечит несколько жизней. Сэлгрин сказал, что деду осталось немного, хорошо если пару недель протянет. А значит, отсюда надо срочно уходить.
Таэль с ненавистью глянул на кружку и, сморщившись, отхлебнул ту дрянь, что Моргана называла лекарством. Впрочем, грех жаловаться. Хоть запашок у питья и был похож на сдохшего на помойке склизза, но на ноги оно поднимало моментально.
Принц потер все еще ноющее плечо — у Вик всегда был сильный удар. Вот и вчера, когда он попытался объяснить ей, что свадьба это не его решение, Виккилин пару раз ударила его в сердцах, а потом вообще вышвырнула в другой мир. Сюда, в Орит, прямиком на кладбище Шайнвилля.
Таэль хитро умыльнулся кончиками губ. Надо же! Всегда такая правильная Вик — и вдруг замаскированный экстра-портал.
Надо с ней еще раз переговорить. Она девушка умная. И все верно поймет, и найдет нужное решение. Главное, — и он снова ухмыльнулся, — не попадать под горячую руку.
Как Моргане.
Моргана....
Да какая она Моргана?! Маргарита. Обычная девчонка, попавшая в неприятности не по своей воле. Она понравилась Таэлю, очень понравилась. Арлитка чем-то напоминала Таэлю Виккилин, его названную сестру и давнюю подругу по детским играм. Такая же острая на язык и готовая помочь при первой же просьбе. Обложит тебя по матушке, не стесняясь в выражениях, но сделает все от нее зависящее, если ты попал в беду.
Таэль припомнил, как уходила Маргарита в свою комнату, чуть пошатываясь от усталости. И с затаенным беспокойством следил за девушкой, готовый подхватить, если силы ее окончательно оставят. Не удивительно, что практикантка совсем вымоталась: наследника всю ночь выхаживала, по городу пол-дня шаталась, обходя заказы горожан, на кладбище Сэлгрину помогала. Как она еще на ногах-то держится?
Удостоверившись, что Моргана затихла в своей спальне, Таэль подхватил ненавистную кружку и тарелку с персиками, и поднялся на чердак. Портальное кольцо молчаливо застыло у стены, лишь в самом низу у пола горели два огонька, показывающие уровень заряда… в данном случае разряда аккумуляторов. У другой стены Таэль увидел закрытые железные шкафы. Догадавшись, что именно в них и находятся искровые накопители, принц попытался вскрыть один из сейфов, но безнадежно. Ключей нигде навскидку не нашел, а открываться карандашом, вилкой и какой-то нелепой железякой, подобранной на столе, шкаф не захотел.
Что ж, ладно. Таэль оставил бесполезные попытки самостоятельно добыть накопители и уселся перед монитором.
Надо бы выяснить, кому высочество должен быть “благодарен” за титул наследника. Можно спросить Сэлгрина, но брат расскажет лишь то, что, по его мнению, следует Таэлю знать, и не больше. Мэльст тоже не был в курсе подробностей. Он рванул по следу друга как только его отец заявил о неблагонадежности будущего императора.
Принц ткнул кнопку включения монитора, подключаясь к инфрасети. Ровно в десять начинались новости на первом официальном ильфарийском. Только пошла заставка программы и в этот же миг на весь чердак завопило оповещение о новом звонке. Таэль аж подпрыгнул от неожиданности. Нажал на принятие вызова. На мониторе высветилось лицо женщины в возрасте. Ее темно-рыжие волосы были взбиты в пышную прическу, а яркий макияж в сине-розовых тонах резко контрастировал с зелененьким воротником блузки.
— Рогова, ты забыла..., — она начала было отчитывать ответившего, но тут же поняла, что тот явно не студентка-практикантка, — Вы кто?
— Один из тех, кого любвеобильная Маргарита любезно пригласила в свой дом. Таэль ди Андаре, — высочество вскочил на ноги, изобразил некое подобие глубоко поклона и даже помахал воображаемой шляпой по полу, — С кем имею честь?
— Ольга Леонидовна, куратор преддипломной практики, — представилась женщина и тут же уточнила, — Любвеобильная?
— Ну да, — с веселой улыбкой подтвердил ильфариец, — ее доброе сердце и отзывчивая душа ...
— Любвеобильная?!
Таэль нахмурился. Вызвал окно переводчика, набрал пару слов. Прочитал перевод и тут же тихо выругался.
— Милосердная! — поправился он перед куратором, — Я хотел сказать — милосердная. Этот ваш язык… в нем столько похожих слов.
— Они абсолютно разные, — категорично оборвала его Ольга Леонидовна. Нахмурилась, насупилась, грозно сложила руки на груди. Уставилась пытливым взглядом на высочество.
— Похожи, — не унимался Таэль, — нюансами. Тут любовь — и там любовь, тут сердце и там тоже… похожее … на сердце… ну и весь остальной ливер тоже.
Ольга Леонидовна прищурилась. Смерила принца взглядом, отмечая старинный костюм, взъерошенные волосы, синяки под глазами. Затем обреченно подняла глаза к небу и тяжело вздохнула:
— Ваше высочество, где моя студентка?
Таэль недовольно качнул головой:
— Эх, такую сцену обломали, Ольга Леонидовна! — и так же горестно выдохнул, — Ваша студентка спит. Сном праведника.
Ольга Леонидовна снова изменилась в лице. Некстати вспомнились слова наследника про любвеобильность.
— Что значит — спит?
— А то вы не знаете!? Легла в кроватку, укрылась одеялом, закрыла глазки, сложила ладошки под щечку, посчитала пару сотен белых овечек и ..., — каждое слово он сопровождал небольшой пантомимой, показывая что и как именно делала Моргана, укладываясь спать.
— Ваше высочество!
Принц глубоко вздохнул. Уселся, скорее упал, в кресло, взял в руки кружку и еще раз глубоко вздохнув, глотнул лекарства. Поморщился и схватил кусочек сладкого персика с тарелки.
— Да нормально все с вашей студенткой, Ольга Леонидовна, — мигом посерьезнел, — Она в самом деле очень устала за день и в самом деле сейчас спит в своей комнате. Вам, кстати, — и он многозначительно глянул на куратора, — нужно пересмотреть график работ, потому что так загонять себя просто нельзя. Сколько там ее практика длится — год, два? Она через три месяца уже полутрупом будет с такой нагрузкой.
  
— Нормальная у нее нагрузка, — куратор буркнула, отводя глаза в сторону.
— Нормальной она была бы для двух практикантов, а Маргарита здесь одна, — резче, чем следовало бы, парировал Таэль. Он снова отпил лекарство и недовольно глянул на кружку, — Какие оценки у нее были по медицине?