Особенности преддипломной практики (СИ)

Неужели о ...
Додумать я не успела. Визор буквально заорал новым вызовом. На связи теперь Тироль и моя лучшая подруга Милана Серегина.
Она тоже была явно на взводе. Рыжие волосы были собраны в непривычный для Милы узел на голове, его от падения удерживал воткнутый простой карандаш. Косметики на лице ноль, даже гигиенической помады не было заметно. Как будто собиралась Милана очень рано утром, а то и вовсе не ложилась после нашего ночного разговора. С другой стороны, если тебе на руки падает иномирец в обмороке, краситься и накручивать сложные узлы на голове нет ни времени, ни сил. Знаю не понаслышке.
  
Но новостью дня для Миланы была не Изельда Краус. Не поздоровавшись, не спросив, как у меня дела и жив ли болезный страдалец, подруга тут же засыпала кучей вопросов:
— Когда ты последний раз видела Козловскую? Она что-то странное говорила? Как выглядела? Что у нее в руках было?
— Видела вчера, — я пожала плечами, снова не понимая, что происходит, — Я тебе еще ругалась, что она мне весь портал выжрала своими прыжками. Хотя..., — припомнила, — Нет, в самый последний раз — ночью, когда просила позвать тебя. А что стряслось?
— А какая она была? Нормальная?
Я припомнила заплаканное лицо Виктории. Покрасневшие от долгих рыданий глаза, мокрые щеки с проступившими тонкими венками, светлые кудрявые волосы, стянутые в узел, как сейчас у Миланы.
— Нет, она была чем-то расстроена. Ревела навзрыд. И вроде как вещи собирала, я чемодан за ее спиной видела.
— Чемодан, значит, — Мила хмуро замолчала, уставившись в пол.
— А что случилось то?
Подруга словно через силу начала объяснять:
— У нее же сегодня должен был быть выходной. Она и уехала ранним утром. Но ее дядя сообщил, что Вика дома так и не появилась.
Чтобы Козловская и куда-то пропала? Да нет, быть того не может.
— И никто не знает, где она. У друзей тоже не появлялась. Ольга Леонидовна отправила запрос в портальную диспечерскую, но они ответ дадут только через три дня. Мол, мало ли, загуляла, молодая ведь.
— Может и правда загуляла?
— Козловская? — Милана скептически глянула на меня.
— Ну она же девушка все-таки.
— Козловская??
Ну... да, если бы речь шла о ком другом, я бы поверила в «загуляла». Но к Виктории это слово неприменимо в принципе. Она либо в университете, либо в библиотеке, либо... снова в университете. Козловская была на редкость заучкой и ботаником. Никаких праздников, никаких «посидим после экзамена». Она была как робот — только учеба, учеба и еще раз учеба.
Теперь незаконный портал мне начал видеться совсем с другой стороны. С очень мрачной и нехорошей стороны. Если он засбоил из-за магического экранирования и перекинул Таэля ко мне, Изельду на Тироль, то может и Виктория пострадала из-за него. Мало ли какие он остаточные эманации развеивал на дом и все, что внутри. Понятно, почему Ольга Леонидовна нервно глазом дергает. Одно дело, когда братья Уховы накуролесят по дурости, а совсем другое — если подопечную студентку унесло нестабильным порталом в другой мир. И хорошо, если она жива осталась.
Но главный вопрос: у кого вообще хватило ума, сил и магии, чтобы поставить на слабом Тироле тайный межмировой портал?
Не став больше ничего ни выяснять, ни рассказывать, Милана отключилась, а я решила-таки наконец пообедать и отдохнуть. Хоть и было тревожно за Викторию, но и спать хотелось еще сильнее, чем утром!
  
Глава 14
 
Таэль вернулся домой очень поздно. Я уже успела поесть и даже умыться перед сном. Моя неубиваемая совесть заставила оставить принцу часть ужина и приготовить лекарство, но злобность характера категорически протестовала против подслащения этой дряни.
Кстати, надо будет поблагодарить Инвара за порядок в доме. У кузнеца действительно золотые руки — починил почти все, что раздолбали мои высокорожденные гости, подкрасил там, где огненные шары оставили черные подпалины, а то, что на выброс, сложил аккуратной кучкой у входа.
Хороший он, хозяйственный, домовитый. Эх, жаль, какой мужик пропадает! Все-таки, безответная любовь — штука жестокая.
Я уже поднималась к себе, когда хлопнула входная дверь. Принц прошел, точнее ввалился в гостиную и плюхнулся в мое любимое кресло.
— Явился? — коротко уточнила.
— И очень запылился, — он блеснул белозубой улыбкой, но я видела, что высочество вымотан донельзя, — Мне бы помыться и поесть.
— Слушай, высочество, — я спустилась на одну ступеньку, — Ты все-таки так себя не уматывай. Только вчера почти мертвым на кладбище валялся. Я второй раз тебя вытаскивать с той стороны не буду.
— Откуда?
Я молча показала глазами наверх.
— Ах, это, — принц еле двинул рукой, изображая отмашку, — не волнуйся. Как показала недавняя история, я довольно живуч.
Ага, живуч.
А сам белый как бумага, глаза запали и под ними расплывались сизые от усталости синяки . И цвет такой красивый, ядреный, как будто сливами намазали.
Весь день на ногах после полного физического и магического истощения — как еще раньше не свалился в обморок, непонятно. Хотя, может уже и падал. Вон, на белой рубашке пятна грязи, а в белобрысом хвосте застряли пара веточек и травинка.
— А где твой товарищ по детской песочнице?
Таэль, засыпающий в кресле, устало поднял голову.
— Остался с Сэлгрином в доме губернатора.
— Они там не поубивают друг друга? — заволновалась я, — Ладно, мой дом разнесли, но ломать губернаторский особняк…
— Не волнуйся, — отмахнулся высочество, — На данный момент перемирие достигнуто.
— На ближайшие десять минут?
— Нет, до следующего Совета Первых, — большего он пояснять не стал. Глянул на часы, охнул, — Что ж ты не сказала, что уже столько времени? — потер глаза, прогоняя сон, похрустел суставами пальцев и вскочил на ноги, бодрый и активный.
— Куда-то торопишься?
— Не то слово.
Что ж, раз он больше не устал и объяснять ничего не собирается, то:
— Значит так. Еда на столе, — я ткнула пальцем на кухню. — Помыться — в ванной, — и в сторону второго этажа. — А я спать и меня не будить под страхом смертной казни. Кто разбудит — убью с особой жестокостью.
И вспомнив про последнее, метнулась на кухню. Достала пол-литровую железную кружку, зачерпнула половником из кастрюли лечебное питье и с торжественным видом вручила ее Таэлю.
— Это пить каждый час, будильник я тебе завела.
— Что? Опять? — простонал он, принюхался и сморщился. — Фу, какая гадость! Слушай, селянка, а ты, оказывается, жестокая женщина! И что только в тебе кузнец нашел?
Я злорадно ухмыльнулась:
— Любовь зла!
И довольная получившимся эффектом, пошла спать.
Наконец-то! Ох, моя любимая подушечка, мое любимое одеялко! Как же я по вам соскучилась! Сейчас я каааак упаду на кроватку, каааак...
— Кстати, а у нас есть во что переодеться? — крикнул мне вслед Таэль.
— Ищи сам!
Дом большой, может что себе и подберет. В крайнем случае, готова пожертвовать одним из своих платьев. Декольте ему очень пойдет.
*****
Ужин оказался вкусным, хоть и холодным. Микроволновка не работала, к плите подходить высочество не рискнул. Суп с куропаткой (знать бы еще, что это за зверь такой) оказался неплох, а нагло порывшись в неработающем холодильнике, принц нашел банку с персиками в сиропе. Их сластена Таэль решил посмаковать подольше, да и надо чем-то закусывать ту гадость, что Моргана приготовила ему в качестве лекарства.
Одежду на замену Таэль нашел в одной из пустых спален. Видимо, планировалось, что здесь будет жить студент-практикант, потому что одежда была мужской, местного фасона и на пару размеров меньше, чем нужно. Рубашку принц умудрился застегнуть, хотя руками уже особо не поразмахиваешь, в кожаные штаны тоже влез, правда, когда садился, боялся за швы, а вот с камзолом беда. Либо обходиться пока без него, либо ходить в позе взлетающего лебедя. А учитывая, что жить принцу здесь не один день, то лучше всего завтра посетить портного и пошить себе что-то новенькое и подходящее по размеру.