Восставшая Луна

Я выкручивался всеми средствами, ожидая, когда же будет высказана претензия, которую, как сказал мне проф, обязательно предъявят… и дождался-таки.
— Одну минутку, — сказал самоуверенный голос. — Вы проигнорировали два наиболее важных пункта этого списка. А именно — полицейскую защиту и вооружённые силы. Вы хвастались, что готовы платить за всё, что получаете… так как насчёт того, чтобы платить налоги за то, что вам в течение столетия обеспечивали внутреннюю и внешнюю безопасность? Это будет ещё тот счёт! — Он самодовольно улыбнулся.
Я был готов сказать ему спасибо! Я думал, что проф устроит мне разнос за то, что я не сумел добиться того, чтобы был поднят этот вопрос. Присутствующие поглядели друг на друга и закивали, довольные тем, что меня так ловко осадили. Я изо всех сил постарался придать себе самый невинный вид:
— Извините. Я чего-то не понимаю. Луна не имеет ни полиции, ни армии.
— Вы знаете, что я имею в виду. Вы находитесь под защитой Миротворческих Сил Федерации Наций. И у вас есть полиция, за которую платит Администрация Луны. Я знаю, мне совершенно точно известно, что на Селену менее года назад были посланы два отряда, которые должны были осуществлять функции полиции.
— А… — Я вздохнул. — А вы можете мне сказать, как именно Миротворческие Силы защищают Луну? Я и не знал, что какая-то из ваших наций собирается напасть на нас. Мы находимся далеко, и у нас нет ничего, чему стоило бы завидовать. Или вы имеете в виду, что мы должны платить за то, чтобы нас оставили в покое? Если вы это имеете в виду, то позвольте напомнить вам старую поговорку, известную со времён, когда датчане совершали набеги на Англию: если раз заплатишь датчанам подать, больше от них не избавишься. Сэр, если придётся, то мы будем сражаться с вооружёнными силами Федерации Наций… но мы никогда не будем платить им. А теперь о так называемых полицейских. Их посылали вовсе не затем, чтобы защищать нас. В нашей Декларации Независимости рассказана правда об этих негодяях — разве ваши газеты напечатали эту историю? Они сошли с ума и принялись насиловать и убивать. И теперь они мертвы! Поэтому не стоит присылать к нам ещё какие-либо войска!
Я неожиданно почувствовал себя «уставшим» и был вынужден откланяться. Я и вправду устал, я не такой уж хороший актёр, и проведение подобной дискуссии так, как это наметил проф, потребовало от меня напряжения всех сил.
  
18
 
Только гораздо позже мне сказали, что во время этого интервью я получил помощь со стороны: вопрос о «полиции» и «вооружённых силах» был поднят специально нанятым человеком — Стью Ла Жуа не полагался на случай. Но к тому времени, когда я узнал об этом, у меня уже был опыт по части того, как надо давать интервью; мы давали их в бесконечном количестве.
Несмотря на то что в тот вечер мы и так сильно устали, на этом наша работа не кончилась. Помимо представителей прессы, некоторые представители дипломатического корпуса Агры рискнули появиться у нас; их было немного, и ни один из них не явился к нам официально, даже представители Чада. Но мы были любопытной диковинкой, и им хотелось посмотреть на нас.
Только один визитёр был действительно важной персоной — китаец. Я очень удивился, увидев его, это был тот самый человек, который в Комитете представлял Китай. Мне его представили просто как «доктора Чана», и мы с ним притворились, что впервые видим друг друга.
Это был тот самый доктор Чан, который был в те времена сенатором от Великого Китая, а также в течение долгого времени был одним из первых лиц среди представителей Китая в Администрации Луны. Тот самый, который гораздо позже стал вице-председателем и премьером, но это всё произошло уже незадолго до того, как он был убит.
После того как мне, ответив на нужный мне вопрос, удалось выполнить тот пункт программы, выполнение которого от меня, собственно, и ожидалось, да ещё и набрать очки, отвечая на все остальные вопросы, которые могли бы и подождать, я уже направил было своё кресло в спальню, но тут меня вызвали к профу.
 
— Мануэль, я уверен, что ты обратил внимание на нашего выдающегося посетителя из Срединной Империи.
— На старого китаезу из Комитета?
— Сынок, постарайся пореже употреблять лунный жаргон. Пожалуйста, вообще забудь о нём на всё то время, пока ты здесь. Не употребляй его даже в разговоре со мной. Да, на него. Он хочет знать, что мы имеем в виду, говоря о десяти- или даже стократном увеличении поставок. Так что расскажи ему.
— Всё как есть? Или навешать ему лапши на уши?
— Всё как есть. Этот человек не дурак. Ты сумеешь справиться с техническими деталями?
— Я выполнил своё домашнее задание по зубрёжке. Думаю, что справлюсь, если он, конечно, не эксперт в области баллистики.
— Нет, он не эксперт. Только не притворяйся, что знаешь что-нибудь, если на самом деле ты этого не знаешь. И не предполагай, что он питает к нам дружеское расположение. Но он может быть нам чрезвычайно полезен, если решит, что наши с ним интересы совпадают. И не пытайся убедить его в чём-либо. Он в моём кабинете. Удачи тебе. И помни, ты должен говорить только на стандартном английском.
Когда я вошёл, доктор Чан поднялся, а я извинился перед ним за то, что не встаю. Он сказал, что понимает те трудности, которые джентльмену с Луны приходится преодолевать здесь, и попросил не утруждать себя — он пожал мне руку и сел.
Подразумевали ли мы, заявляя, что существует дешёвый способ переправлять большое количество грузов на Луну, что у нас есть некое конкретное решение, позволяющее осуществить это на практике?
Я сказал ему, что существует способ, разработка которого потребует больших капиталовложений, в то время как в эксплуатации он будет довольно дешев.
— Это тот самый метод, который используется на Луне, сэр. Катапульта, индукционная катапульта, обеспечивающая разгон до второй космической скорости.
Выражение его лица не изменилось.
— Полковник, а вам известно, что такие проекты выдвигались множество раз, но в силу весьма важных причин от них всегда приходилось отказываться? Что-то связанное с атмосферным давлением.
— Да, доктор. Но, исходя из данных исчерпывающего анализа, выполненного компьютером, и того опыта в отношении катапульт, которым обладаем мы сами, мы полагаем, что сегодня такая проблема может быть решена. Две наши крупнейшие фирмы — компания «Луноход» и Банк Гонконга Лунного — готовы возглавить синдикат, который займётся осуществлением этого проекта как частной инициативы. Им понадобится помощь и здесь, на Земле. Возможно, они пойдут на то, чтобы разделить с кем-либо контрольный пакет акций, хотя они предпочли бы продавать облигации и таким образом сохранить за собой контроль. Но прежде всего им необходимо получить концессию от какого-нибудь правительства, которое передало бы им в долговременное пользование участок земли для строительства катапульты. Возможно, мы попытаемся договориться с Индией.
Вся вышеприведённая речь была заготовлена заранее. Если бы кто-нибудь проверил бухгалтерские книги «Лунохода», эту компанию немедленно объявили бы банкротом. У Банка Гонконга Лунного тоже было крайне неустойчивое положение — он являлся центральным банком страны, в которой произошёл переворот. Моей главной целью было сделать так, чтобы последним из прозвучавших слов было слово «Индия». Проф долго наставлял меня о том, что это слово должно прозвучать последним.
— Давайте не будем сосредотачивать внимание исключительно на финансовых аспектах проблемы, — ответил на это доктор Чан, — всё, что является возможным с точки зрения физики, всегда можно сделать возможным и с финансовой точки зрения, деньги — пугало только для мелких умов. Почему вы выбрали Индию?
— Ну, сэр, потому что свыше девяноста процентов поставляемого нами зерна в настоящее время потребляется в Индии.
— Девяносто три целых и одна десятая процента.
— Да, сэр. Индия глубоко заинтересована в нашем зерне, поэтому мы, судя по всему, будем с ней сотрудничать. Она может выделить нам землю и обеспечить нас как рабочей силой, так и материальными ресурсами и всем прочим. Но я упомянул Индию и потому, что она располагает большим выбором площадок, подходящих для подобного строительства, — высокогорными районами, расположенными неподалёку от земного экватора. Последнее не является существенным, но будет нелишним. Но площадка для строительства такой катапульты должна обязательно располагаться высоко в горах. Это связано с той самой проблемой атмосферного давления, которую вы упомянули, точнее, с проблемой плотности воздуха. Голову катапульты следует разместить на самой большой из доступных высот, а тот конец, где происходит собственно катапультирование, где скорость, с которой движутся грузы, достигает одиннадцати километров в секунду, должен находиться в воздухе столь разреженном, что он должен по плотности приближаться к вакууму. Что предполагает необходимость использования в качестве площадки очень высокой горы. Можно использовать пик Нанда Деви, который расположен приблизительно в четырёхстах километрах от того места, где мы с вами сейчас находимся. Железнодорожная ветка не дотягивает до него всего лишь шестьдесят километров, а одна из шоссейных дорог подходит к самому его основанию. Его высота составляет восемь тысяч метров. Я не говорю, что Нанда Деви является идеальным местом. Это просто одна из возможных площадок с удобными подъездными путями. Подбор идеального места должен был бы осуществляться инженерами самой Терры.