Морриган. Отраженье кривых зеркал (СИ)

Ник пригубил напиток, с ленцой разглядывая танцовщиц – усиленно изображал завсегдатая клуба, а потому опасался смотреть по сторонам. Ближе к полуночи в клуб начал подтягиваться народ. Наблюдая украдкой за людьми, Ник увидел, как один из них скрывается в коридоре – в противоположной стороне от уборных. Показавшись через несколько минут, незнакомец и вовсе покинул клуб. Спустя полчаса в том же направлении исчезла и холеная молодая блондинка. Вернулась, застегивая замок на модном клатче, и была такова. Поняв, что нашел то, что искал, Ник решил – пора действовать.
  
Он прошел в коридор, у кожаного диванчика, на котором вейла, кокетливо накручивая на палец длинную прядь, болтала с посетителем клуба, повернул направо. И через несколько шагов практически уперся в широкую грудь охранника, своим внушительным торсом закрывший покрытую красным лаком дверь.
– Чего надо?
Следуя придуманной им легенде, Ник, изображая нервозность и нетерпение, произнес:
– Мне сказали… В общем, вы можете помочь… – Облизнув губы, он оглянулся на мило беседующую на диване пару. Понизил голос до шепота: – Чары, понимаете, да?
Охранник, окинув Ника бульдожьим взглядом, открыл перед ним дверь. Вот только недоверие с его не менее бульдожьего лица не исчезло. Стало ясно: чуть что, он тут же ринется на защиту хозяина, и тогда его обидчику несдобровать. Чувствовалась в нем какая-то сила, но источник ее от Ника ускользал.
Переступив порог, он оказался в небольшой, со вкусом обставленной, комнате, служившей чем-то вроде кабинета. Вся мебель: резной стол с фигурными ножками, стулья, шкаф с коллекционными книгами в дорогом переплете, была сделана из красного дерева. Вишневые деревянные панели, массивный стол, над которым порхала сущность света. На стенах, окрашенных в бежево-золотистый цвет, висело множество картин, которые изображали морскую стихию в самых различных ее проявлениях: от спокойной тихой глади с нежными бликами на воде, до бушующих штормовых волн среди потемневших вод.
У распахнутого настежь окна, впускающего в кабинет свежий прохладный воздух, стоял мужчина, одетый в безупречно сидящие на нем темные брюки и черную шелковую рубашку. Резкие черты лица, холодность во взгляде светло-голубых, почти прозрачных глаз и волосы такого светлого, почти белоснежного оттенка, что каждый раз, глядя на его спектрографию – а Хариед Детран не так часто попадал на страницы газет – Ник задавался вопросом: неужели он балуется иллюзией?
В странных глазах Детрана при взгляде на Ника промелькнул холодный интерес. Так ученые смотрят на лабораторную мышь, которую препарируют.
– Кто вы такой?
– Марк Кевиш, – сказал Ник первое, что пришло в голову. Тот, чьим именем он назвался, был первым его заказом, первой жертвой Охотника Николаса Куинна.
Он до последнего надеялся, что Детран лишь приглядывает за клубом, поручая грязное дело – продажу чар – доверенному лицу. Увы, его надежды не оправдались.
– И что же вам, Марк Кевиш, понадобилось в «Дурмане»? – с насмешливой ноткой спросил Детран. Голос у него был низкий, бархатный. Он не был красавцем в классическом смысле этого слова, но женщины наверняка млели от его голоса и узнаваемого стиля. Да и количества денег на его счетах – чего уж греха таить.
Нужно было решать: или начать тонкую игру, в которой ставкой была правда, а средством ее достижения – ложь, и надеяться на то, что Хариед Детран не выведет его на чистую воду. Или же говорить прямо.
Ник выбрал последнее.
– Произошла неприятная ситуация: кто-то наслал на меня чары, которые, признаюсь, портят мне жизнь. – На этой ноте пришлось все же свернуть на опасную тропу между правдой и ложью: – Это человек из моего окружения и, хотя я не прибегал прежде к вашим… кхм… услугам, я полагаю, мой недоброжелатель это все-таки сделал. Вы наверняка разбираетесь в чарах, а значит, сможете подобрать для меня… некий антидот. Чары, зелье – все, что угодно.
По-птичьи склонив голову, Детран изучал его своими странными прозрачными глазами.
– Вы считаете, что я похож на торговца зельями?
– Нет, но вы – торговец чар. Уверяю вас, подобный фарс ни к чему. Мне нужна помощь. Что нужно вам? Деньги?
Детран хохотнул.
– Это последнее, в чем я нуждаюсь. – Он прищурился. – Разве ваши друзья не говорили вам, что я требую за свой товар?
– Они вообще предпочитают об этом не распространятся, – недовольно сказал Ник. – Все, что я слышал от них, что «плата немалая, но она того стоит».
Хариед Детран, оторвавшись от стола, на который лениво облокачивался, подошел к нему. Внезапно прикоснулся тремя пальцами ко лбу Ника. Что-то странное при этом происходило с его глазами – светло-светло-голубая радужка вдруг залила белки, а зрачок исчез вовсе. Все это заняло несколько секунд, во время которых на Ника накатило сильное головокружение. И тут же глаза стали обычными, а взгляд Детрана – менее подозрительным.
– Ослабляющие чары? Довольно редкий вид магии, – с видом знатока разглагольствовал хозяин «Дурмана». Но вместе с тем воздух не заполонила тэна – а значит, черную магию он не использовал. Тогда как он обо всем узнал? Какая-то необычная разновидность ясновидения? – В наше время люди, если уж решились нарушить устав Трибунала, используют более сильное оружие. Смертельную болезнь, высасывающую все соки до последнего вздоха или и вовсе – заклинание, способное убить человека на расстоянии. – Детран осклабился. – Разумеется, я не утверждаю, что я могу им с этим помочь…
Ну конечно, мастер конспирации, ну конечно.
Ник смотрел на Детрана во все глаза и пытался понять причину, по которой тот был так расслаблен, говоря незнакомцу о вещах, о которых другие боялись даже шептать? Вряд ли причина была в том, что слова Ника о насланном на него проклятии оказались правдивы. Так в чем же дело? Неужели Хариеда Детрана покрывал кто-то из Департамента или – не дай бог – самого Трибунала? Неужели его бизнес кому-то был на руку?
Или Ник слишком накручивал себя, видя перед собой самого что ни на есть отступника и понимая при этом, что не может отправить его за решетку? Во всяком случае, не сейчас.
– А теперь скажи мне, что тебе нужно? – вкрадчиво спросил Детран.
– Что? – На мгновение Ник растерялся.
– Ты хочешь получить противоядие от своих чар или же получить имя того, кто не так давно купил у меня чары ослабления? Конечно, имя наверняка вымышленное, как и твое – но, возможно, по описанию ты узнаешь человека из своего окружения…
Ник вздернул бровь.
– А разве это не конфиденциальная информация?
– Для некоторых клиентов я могу сделать исключение, – ухмыльнулся Детран.
– Хорошо. Если я хочу узнать о том, кто наложил на меня чары…
– Тогда тебе придется кое-что сделать для меня, – спокойно сказал он.
Ну разумеется. Иначе и быть не могло.
– И что же?
Детран оперся о стену у окна, сложив на груди руки.
– С неделю назад от меня сбежала вейла. Их в Кенгьюбери слишком мало, чтобы разбрасываться ими направо и налево. Хочешь получить то, за чем пришел – найди и приведи вейлу обратно. Ее зовут Илэйн Уайтхед.
– Где она живет?
– Понятия не имею, – легко отозвался Детран. – Только имя на татуировке и видел, остальное мне без разницы.
– С чего вы взяли, что она все еще в городе?
– Она определенно находится в городе – это все, что тебе нужно знать. А теперь будь добр – убирайся из моего кабинета и приведи мне Илэйн назад. Разрешаю даже поспрашивать у ее подружек в клубе – может, и выведаешь то, что мои тупоголовые охранники упустили.
«Дурман» Ник покидал в полном раздрае. Как так вышло, что из законопослушного гражданина и слуги закона он превратился в помощника отступника и торговца черными чарами?
  
Глава восемнадцатая
Осмотр тела предположительно еще одной жертвы «духа из зеркала», как Морриган мысленно окрестила убийцу, практически ничего не дал. Как и сказал Ник – никаких следов насилия: ни царапин, ни ран, ни повреждения внутренних органов. Просто в один ужасный для тридцатиоднолетней женщины момент ее сердце вдруг перестало биться. Эксперт разводил руками, чтицы в рисунке тэны на спектрографии ничего особенного распознать не смогли. Не помог и дар Морриган – свечи и зеркала ничего ровным счетом не показали.