"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Он все-таки выплеснул остатки дождевой воды на пол. Из темноты снова раздался противный хлюпающий звук. Флори вспомнила жуков, из-за которых они едва не попали в лапы следящим, и содрогнулась.
– Какая же мерзость, бр-р-р! – Она скривила губы от отвращения. – Я думала, что рассыплюсь на мелкие кусочки.
– Не рассыпалась бы, – заверил Дарт. – Я держал тебя крепко.
Флори почувствовала, как ее щеки вспыхнули, и спешно зашагала наверх.
  
Ночной поход в Корень-дом вымотал ее. Она почти не спала и утром чувствовала себя совершенно разбитой. Лишь мысль о том, что нужно собираться к празднику, заставила подняться с постели. Не успев приготовить платья с вечера, Флори взялась за дело, даже не спустившись к завтраку. Офелия заботливо принесла ей тарелку прямо в комнату, а после осталась наблюдать, как ее простенькое льняное платье преображается. Спустя часы кропотливой работы лиф украсила растительная вышивка, дополненная жемчужными бусинами. Примерив наряд, Офелия побежала крутиться перед зеркалом. Утром Дарт забрал его из ремонта, с трудом затащил по лестнице, да так и оставил в коридоре.
Дожидаясь сестру, Флори с унынием перебрала свои вещи, не найдя ничего подходящего. Можно было бы поменять пуговицы на старом платье, добавить кружева или вышить стеклярусом пояс, но не за час до выхода. Утешало то, что удалось порадовать Офелию. Пьер-э-Металь редко видел, как она улыбается, и пора было показать ему, что он терял.
Флори выглянула в коридор и обнаружила там лишь одиноко стоящее зеркало. В спальне Офелии тоже не было. Зато внимание привлек гардероб, в который, по ее словам, было опасно заглядывать. «Не опаснее, чем явиться на праздник в чем попало», – подумала Флори, но не успела коснуться ключа, торчащего из дверцы, как ее остановили строгой фразой:
– Лучше этого не делать.
Дарт стоял в дверном проеме, подперев его плечом и сложив руки на груди.
– Это платья Доры.
– Кто она?
– Одна из последних жительниц дома. Обожала платья до беспамятства. На нее работали сразу три швеи, представляешь? Каждый день ей требовалось примерять что-то новое. Пожалуй, она была одержима платьями, раз стала шкафным призраком.
– Призраком? – переспросила Флори, и губы ее дрогнули. Она уже давно выросла, чтобы пугаться детских страшилок, однако Дарт выглядел таким серьезным, что заставлял поверить ему на слово.
– Так или иначе, лучше их не трогать, – сказал он и ушел. Уже из коридора он крикнул: – Офелия на улице.
Ее внезапное исчезновение оказалось частью приготовлений. Юная леди отправилась на поиски цветов для прически, а после заняла свое место перед зеркалом, вплетая в длинные косы ленты и незабудки. В отличие от нее Флори была погружена в тревожные размышления: о призраке из шкафа, визите в Корень-дом и своем праздничном наряде. Пришлось облачиться в простенькое платье цвета шалфея с белым воротником. Исцарапанные колючками и ветками ноги не добавляли ее образу шарма. Совсем не такое впечатление Флори хотела произвести.
Зато Офелия выглядела очаровательно. Бусины на ее платье напоминали капли росы на листьях, а ленты в длинных косах побегами вились вдоль россыпи голубых незабудок. С охапкой полевых цветов она была самим воплощением Ярмарки. Внешний вид Дарта чем-то напоминал этот незатейливый букет: немного растрепанный, собранный по частям, привлекательный своей небрежностью. Брюки казались старомодными, словно достались по наследству от другого костюма, чей пиджак, увы, не дожил до счастливого момента. Белая рубашка выглядела новой, а вот двубортный жилет с металлическими пуговицами и цепочками, их соединявшими, явно имел происхождение из гардероба Десмонда. Подумав о нем, Флори понадеялась, что столь ветреная натура может передумать и все-таки явиться на праздник.
Однако вместо себя он прислал Бола на старой колымаге. Удивительно, как такой здоровяк влез туда и не смял ее под собой.
– Хозяин просил передать поздравления с началом Ярмарки, – пробасил он.
Дорога была неблизкая, что предоставило достаточно времени для разговоров и размышлений. Офелия болтала без умолку, рассказывая Дарту о том, как проходили Ярмарочные недели в фамильном доме, когда все их семейство приезжало к дядюшке Джо. Дарт пытался сделать участливое лицо, но получалось неважно. Флориана думала о том, что в суете приготовлений так и не разгадала, что за личность выпала ему на частностях сегодня. Она бы могла определить по одежде, но праздничный образ, собранный на скорую руку, сбивал с толку. Она могла бы понять это по прическе, но сегодня Дарт подражал местным щеголям и выглядел совсем уж непривычно. Его тщательно уложенные, зачесанные назад и покрытые бриолином волосы хотелось взлохматить. В один момент Флори осознала, что неприлично долго разглядывает его, и отвернулась, чтобы следить за дорогой.
Городской пейзаж менялся, как калейдоскоп, – вот только промелькнул край пшеничного поля, как уже начались улочки рабочего квартала, украшенные бумажными зелено-голубыми флажками. С каждой минутой узоры в окне становились все ярче. Это значило, что они приближались к Зеленым холмам. Из благодатной земли на взгорье вырастали благоухающие сады и огромные особняки. Чем выше взбирались дома, тем богаче были их хозяева. Где-то там, у подножия, стоял дом Прилсов. Подумав о них, Флори нервно заерзала на сиденье. Она до сих пор никому не рассказала об увольнении. Само воспоминание о том разговоре в гостиной проворачивало в ее груди винт.
Наконец автомобиль остановился и замолк. Их троица высыпала на улицу, слившись с благоухающими растениями. Их встретил высокий каменный забор, украшенный большими вазонами с цветами, как будто хозяевам было недостаточно окружающей зелени. У калитки гостей ждал мужчина представительного вида – и Флори уже расплылась в улыбке, собираясь поприветствовать хозяина праздника, однако Дарт вовремя вмешался:
– Негоже работать в Ярмарку, Колин.
Мужчина усмехнулся в залихватские седые усы:
– Рад встрече, Дарт. Моя работа лучше всякого отдыха.
Они обменялись рукопожатиями, и Колин вернулся к обязанностям мажордома: открыл калитку с бронзовым орнаментом и, склонив голову в почтительном жесте, пригласил гостей последовать дальше.
Дорожка, вымощенная белым камнем, огибала дом – громадину из мрамора, которая искрилась в лучах вечернего солнца и напоминала собой айсберг. В Пьер-э-Метале подобные сооружения встречались редко. Город Марбр, где открыли месторождения мрамора, находился довольно далеко отсюда; требовалось приложить немало усилий, чтобы перевезти строительный материал, да еще в таком количестве. Приобретение чужегородних ресурсов было роскошью, но Эверрайны, как однажды обмолвился Дес, владели крупнейшими садами и виноградниками на западе – и могли бы позволить себе даже дом из золота, припорошенный пыльцой фей.
Флори так засмотрелась, что едва не врезалась в ограждение клумбы. Ее снова выручил Дарт, вовремя придержав за локоть. Она благодарно улыбнулась и тут же отвернулась, почувствовав, как щеки заливает стыдливый румянец. За последние пять минут она дважды показала себя безмозглой девицей. «Что ж, Флори, так держать!» — мысленно подзуживала она себя.
Пройдя сквозь узкую часть сада, они оказались на лужайке, украшенной в цветах Ярмарки. Круглые столы, накрытые зелеными скатертями с кружевной каймой, были отодвинуты к решетчатой изгороди – так, чтобы освободить место в центре. Напротив них выставили ряд больших банок из дутого изумрудного стекла – кованые подставки делали их похожими на «жабий балет» из комедийного театра. Парочка служанок в милейших костюмах в бело-голубую клетку едва поспевали крутить краники, разливая разнообразные напитки для гостей. Над лужайкой растянулись гирлянды из тканевых флажков и лампочек. Они переплетались, образуя в воздухе пеструю паутину, и это хаотичное соединение линий напомнило Флори о безделушках, которые Дарт носил в качестве украшений.