Калгари 88. Том 3 (СИ)
— Весело! — согласилась мама. Дарье Владимировне было нисколько не грустно. Всю жизнь она жила с властной матерью, которая воспитывала единственную дочь в основном, строгими нравоучениями и до минуты контролировала её жизнь. Дарья Владимировна рядом с Антониной Никифоровной опять чувствовала, что ей 10 лет, и под зорким оком мамули, не упускающей ни одной мелочи, собирается в школу.
— А когда, эмм… Папа приедет? — поинтересовалась Арина.
— «Эмпапа» приедет скоро! Уже через неделю! — засмеялась Дарья Владимировна. — Впрочем, ты можешь спросить у него сама, прямо сейчас… Мы вчера ему звонили, когда ты на катке была.
— Звонили прямо на север??? — удивилась Арина.
— Он же не в тундре живёт. В общежитии есть телефон. И это очень здорово, что сейчас Саше можно позвонить прямо из дома, не заказывая междугородный звонок на телефонной станции. За это спасибо тебе большое, Люся.
— Пожалуйста, мама! — Арина чуть приобняла маму и пошла к себе в комнату. — Обращайся в случае чего! Папе позвонишь, позови меня!
Через десять минут Дарья Владимировна позвонила мужу, но в общежитии сказали, что он сегодня на смене, звоните завтра.
Остаток вечера Арина тренировала растяжку, а перед сном опять попросила маму сделать компресс из камфоры. Тренировки сегодня получились очень энергозатратными, и локоть к вечеру начал побаливать. В своё время Арина помазала бы его охлаждающим гелем и наложила обезболивающий пластырь, но здесь ни того ни другого не было, а в том, что боль успокоит обычный анальгин, были большие сомнения… Да и разрешён ли он к приёму спортсменами? Как тут вообще обстоят дела с допинг-контролем?
… 27 февраля 2021 года. Тайбэй. Китайская республика, остров Тайвань. «Тайбэй Арена» на 15 тысяч зрителей. Чемпионат мира среди юниоров 2021. Произвольная программа у девушек.
Арина катала последней. И вытянула, выгрызла программу! На нервах, на боли, на стиснутых зубах. Потому что понимала — для того, чтобы она приехала сюда и смогла выступить, поработало множество обычных людей. Тренеров, хореографов, врачей… Это труд электриков и механиков, которые оперативно устраняли неисправности с напичканным техникой катком. Труд гардеробщицы тёти Маши, всегда улыбающейся и желающей хорошего дня, и от слов которой становилось веселее. Это труд таксистки Алёны, молодой улыбчивой женщины из детского такси, всегда приезжавшей вовремя и привозившей куда надо тоже вовремя. Это труд одногруппников, всегда дававших лёд при подготовке к важному старту. Это труд родителей, сделавших всё, чтобы она приехала сюда, а не осталась кататься в Иженске, в секции фигурного катания на окраине города. Просто так слить их труд, перечеркнуть все надежды, она просто не могла.
Четыре минуты произвольной пролетели как одна секунда. Спроси у Арины, что она чувствовала во время проката, — она ответила бы, что ничего, кроме боли. Цертакаин действовал 40 минут. И ближе к началу старта ушибленное бедро стало отходить. Сильной боли не было — ощущала лишь неприятное ноющее чувство спазма, как это бывает, когда начинает ныть зуб, нуждающийся в лечении. Вроде и не больно, но постоянно то пьёшь холодную воду, чтобы охладить зуд, то трогаешь пальцем беспокоящее место.
В начале она прыгала четверной лутц. Тот самый, с которого навернулась на раскатке. Заход был мощный, через весь каток. Если посмотреть сверху, что и показали потом новейшие компьютерные видеокамеры, Арина в начале программы очертила на льду точный знак.
Разгон подсечками начала по прямой с правой стороны катка, в середине скобкой развернулась на наружное ребро левой ноги, чётко прошла по диагонали почти до скругления арены, присела на левой ноге, мощно ударила правой… Есть! Есть четверной лутц! И это мировая сенсация и книга рекордов Гиннеса по возрасту спортсмена, да и по половой принадлежности тоже!
Переполненный зал перед редчайшим прыжком словно замер. Затих так, что кроме музыки ничего не слышно. После чёткого приземления и долгого выезда почти до борта, Арина задними кросс-роллами пошла наискосок через всю арену с правой верхней загогулины до левой нижней. Потом медленно развернулась крюком на левой ноге, чуть согнула её и мощно выбросила вперёд правую ногу, закручивая тело в тройной аксель. Каскад тройной аксель-тройной тулуп она сделала тоже идеально. На скорости, с прекрасным вылетом, приземлением. Публика опять в восторге чуть не обрушила стены.
По технической части Стольникова установила негласный мировой рекорд среди женщин. Компоненты, естественно, судьи придержали, чтобы раньше времени не зазвездить начинающую приму, и оценка в целом получилась скромная. Но, естественно, на первое место хватило с лихвой, хотя все девушки откатали относительно чисто. Но два тройных акселя и четверной лутц вознесли её в недосягаемую до соперниц высоту.
Вакаба Саюхара ожидаемо заняла второе место, Софья Акатина — третье, Каори Миямото — четвёртое, Бредли Теннел — пятое, Майя Хромова — шестое. Промежутки между третьим и шестым местом были минимальные, в один-два балла, а то и в несколько десятых. Стольникову от Вакабы отделяло всего 2 балла — разница в стоимости между четверным лутцем и четверным тулупом. Вакаба откатала чисто и проиграла. Однако традиционно, по-японски, раскланивалась и улыбалась на камеры, хотя внутри, наверное, кипела от злости. Сделать два чистых проката с элементами ультра-си и остаться второй — некоторых это так подкашивало, что бросали медали после награждения. А вот от Вакабы до Софьи Акатиной была пропасть чуть не в 10 баллов — разница в стоимости между тройным и двойным акселем и четверным тулупом и тройным риттбергером. Арина с Вакабой выступили как представительницы другой лиги.
В Азии одиночное женское катание — это как вишенка на торте. Произвольная программа девушек была последней в списке соревнований, после него почти сразу же было награждение и подготовка к завтрашним показательным выступлениям.
Когда объявили оценки Арины и вывели на дисплеи окончательные результаты соревнований, Арина неожиданно расплакалась от нахлынувших чувств, до этого тщательно скрываемых… Разве год назад, выиграв Спартакиаду школьников России, могла она мечтать, что станет лучшей в мире фигуристкой-юниоркой? Конечно нет! Она на эту Спартакиаду-то попала чуть ли не случайно. Одна соперница снялась, другая заболела…
И вот она сидит с Бронгаузом в кисс-энд-крае и вытирает слёзы перед десятками телекамер, стоящих перед ней. Эти искренние слёзы радости вызвали еще более бурную реакцию публики и гром аплодисментов.
После того, как соревнования объявили законченными, тут же, в кисс-энд-край, состоялось небольшое интервью с новоиспечённой чемпионкой мира. Стандартные вопросы от тайваньского журналиста. Во сколько лет начала заниматься спортом, о чём мечтает, довольна ли приёмом публики, как ей в целом Тайвань. Арина отвечала по-английски, без переводчика. Получив ответы на все вопросы, тайваньский журналист ещё раз поблагодарил за подаренное Арией зрелище, поздравил с победой, и Арина с Бронгаузом, помахав на прощание публике, пошли в коридор служебной части арены. Но не успели сделать и трёх шагов по служебному коридору, как дорогу преградили три строгие тётки в красных куртках и белых жилетах с надписью «WADA Doping Control». Вид у них был строгий и уверенный, в руках большие красные чемоданы с надписью WADA.
— Мисс Стольникова, вы обязаны пройти допинг-контроль на проверку запрещённых веществ, — сказала одна из женщин и показала удостоверение с красной корочкой. — Я допинг-офицер Всемирного антидопингового агентства Дебора Митчелл. Пройдёмте в комнату отбора образцов.
А скоро награждение…
Глава 9
Нелегкие воспоминания о допинг-контроле
От выхода с катка до кабинета допинг-контроля было метров 50. И все их Арина прошла в сопровождении офицеров WADA и Бронгауза. У дверей кабинета стоял врач сборной Фицкин. Арина с удивлением увидела, что он уже одет в чёрный деловой костюм и белую рубашку с галстуком. В руках офисный кейс для бумаг, а не чемодан со всякими ампулами и таблетками. Дальше весь разговор протекал по-английски, который Арина легко понимала.