После развода. Преданная любовь (СИ)

— Ты перегрелась, Надя. Тепловой удар.
Кровь! Было очень много крови! Я испуганно поднесла дрожащую руку к лицу и провела пальцами под носом. Чисто!
— Всё закончилось, Надя. — Эмиль покрепче прижал меня к себе и ткнулся губами в мои волосы над виском. Зашептал в них. — Ты в порядке, только ослабла сильно. Большая кровопотеря, поэтому слабость. Поешь, поспишь хорошенько, и всё восстановится. И в больницу, в Уфу. Вызовем вертолёт санавиации.
  
— Зачем в Уфу? Лучше домой. Я домой хочу. — я попыталась встать, но Эмиль удержал.
— Сейчас тримаран придёт. До лагеря на нём пойдём.
Я тихо заплакала, потому что снова накатил страх. Что это было? Такие кровотечения теперь будут постоянно? Надолго ли меня хватит с такими кровопотерями? Не окажется ли следующее смертельным?
— Тссс… Не плачь. — качал меня на руках Эмиль. — У тебя тромбоцитастения Гланцмана?
— Что это? — переспросила я.
— В общих чертах — плохая свёртываемость крови. — пояснил Эмиль.
— Нет. — я завозилась в мужских руках, пытаясь встать.
— Первый раз такое? — Эмиль подхватил меня на руки и поднялся из воды вместе со мной. — Не трепыхайся, Надь. Тебе сейчас лучше не напрягаться.
— Такое — первый. — подтвердила, ничуть не кривя душой. Такого сильного кровотечения у меня никогда не было.
— А вообще, кровь часто носом идёт? — на полном серьёзе расспрашивал меня Эмиль.
— Бывает. — обессиленно пробормотала я. — Домой хочу. Мне нужно домой.
— Если вертолёт не прилетит, то на дежурной "буханке" с поваром до Старосубхангулово, а там на скорой в Уфу. — озвучивал чёткий план Эмиль.
— Домой. — чувствуя, как от подступивших слёз щиплет в уголках глаз, уткнулась носом в прохладное, мокрое мужское плечо. — Я домой полечу. Лучше там…
  
Глава 25
 
— К сожалению, показатели не улучшились. — щёлкая мышкой, врач внимательно рассматривала на экране компьютера результаты моих анализов. — Вы принимаете лекарства?
— Каждый день. — я, опустив голову, смотрела на свои пальцы. Сжимала и разжимала их. И снова сжимала. — Всё, что вы мне прописали.
— Головные боли, головокружение, кровотечения из носа не участились? — не отрывая взгляда от монитора, на автомате спрашивала врач. И щёлкала, щёлкала мышкой. Пасьянс она там, что ли раскладывала? Или змейку гоняла? Почему ни разу не посмотрела на меня, словно боялась встретиться взглядом.
— Нет. Голова болит редко. Если сильно устаю, то к вечеру может заболеть. А кровотечения… — запнулась, вспомнив Белую, фантомно ощутив вкус и запах крови. И снова, как тогда — страх. — Недавно было очень сильное.
— Сильное? — оторвалась наконец от монитора и строго посмотрела на меня. — Насколько сильное?
— Очень сильное. — я сглотнула вязкий ком в горле. — Потом три дня в Уфе под капельницами пролежала, восстанавливалась после кровопотери.
— Что капали? — нахмурилась врач и озадаченно поджала губу.
— Вот. — я протянула ей выписку из истории болезни. — Я сказала им свой диагноз и лечение было скорректировано с его учётом.
— Областная клиническая больница, город Уфа. — прочитала гематолог заголовок на выписке и углубилась в текст. — Так. Посмотрим, что у нас здесь. Ну… В принципе… всё правильно.
Пока врач изучала мои бумажки, я смотрела в окно за её спиной. На ветку рябины с гроздьями жёлтых, ещё недозрелых ягод и представляла, как красиво зимой это будет выглядеть из окна. Красные ягоды на заснеженных ветвях. Алое на белом. Как капли крови на снегу.
Поняв, что мысли зашли не туда, тряхнула головой.
— Нужно менять препараты. — отложив мои бумаги, озабоченно нахмурилась гематолог и снова уткнулась в монитор. — Эти вам не помогли, придётся искать новые варианты лечения.
— В Уфе мне посоветовали обратиться в московский гематологический центр при Боткинской больнице. К профессору Ланцову. Мне нужно от вас направление и весь анамнез.
Уфимские врачи мне вообще понравились. Очень грамотные. Особенно гематолог, который консультировал меня. Внимательный, уверенный в себе жгучий брюнет с чёрными, как ночь глазами и белозубой улыбкой. Чем-то он напомнил мне Наиля, который очень расстроился, когда меня забирал вертолёт санавиации. Да все расстроились и переживали. Провожали всей группой. Желали здоровья.
Эмиль о чём-то долго говорил с врачом. Сурово, словно настаивал на чём-то. А парамедик внимательно слушал и кивал. Тоже симпатичный мужчина был. Приятный такой, весь полёт до Уфы рассказывал мне о своих четырёх дочерях.
Что-то часто мне стали попадаться интересные мужики. Может, стоило почаще выбираться из Рязани? Да в принципе из дома. А может быть, я, наконец, излечиваюсь от Жени?
— Вы хотите поехать на консультацию в Москву?
Мне показалось, что на лице врача на секунду промелькнуло выражение великого облегчения.
— Посоветовали, да. — уверенно подтвердила я. — Пройти там более углубленное обследование. Сделать молекулярно-генетические тесты. Возможно, анализ костного мозга.
— А с нашим направлением вас примут? — внезапно засомневалась девочка-врач.
“Он обязательно вас примет. — хитро улыбнулся мне уфимский врач-гематолог. — Вы только скажите, что вы от меня, и он точно не откажет”.
— Примут. Я узнавала. — усмехнулась я, глядя на её смятение.
Ну совсем зелёная докторица. С таким диагнозом, мне нужен доктор поопытнее. Почему бы и не прославленный в своих кругах профессор Ланцов? Попасть к нему нелегко, но попробовать-то можно!
— Это новые препараты. Этот принимать один раз в день, утром после еды. А эти таблетки три раза в день. — протянула мне бланки рецептов врач. — Придёте через неделю. Я оформлю вам направление, а пока сделайте УЗИ брюшной полости. Время уже подошло. За давлением следите?
— Слежу. — хотелось закатить глаза и горько рассмеяться. Наш разговор напоминал беседу врача и глубокой пенсионерки. Кровь, моча, давление, рецепты на лекарства. Смеяться и плакать. Одновременно.
— Эти препараты более сильные. — сурово смотрела на меня, пытающуюся сдержать смех сквозь слёзы, докторица. — Может начать тошнить. Не пугайтесь. Ну и кровь на анализ свежий нужен для анамнеза.
Я невесело усмехнулась.
— Скоро у меня её не останется.
— А вы знаете, что кровопускание — один из способов лечения вашей болезни? — гематолог позволила себе улыбнуться краешком губ.
— Повеяло средневековьем. — хмыкнула я. — Надеюсь, до этого не дойдёт.
Меня до сих пор передёргивало от воспоминания о той слабости и мире, потерявшем краски. Было полное ощущение, что я уже стояла на тонкой, серой грани между жизнью и смертью. Шаг в одну сторону, и ты на свету, шаг в другую, и ты упадёшь в вечную тьму.
— Рекомендации пока все те же. Здоровый образ жизни, правильное питание, умеренные физические нагрузки и почаще бывать на свежем воздухе. Жду вас через неделю. — закончила приём врач.
Уже на крыльце здания клиники набрала Данькин номер.
  
Глава 26
 
— Мам, мы уже в Рязани. Минут через десять будем дома. — огорошил сын.
— Да? — я оглянулась по сторонам, выискивая взглядом своё такси. — А ты не на поезде разве?
О том, что они уже прилетели в Москву, Данька сообщил утром. И домой ждала сына сегодня только к вечеру.
— Мы с отцом на машине, так быстрее.
— А я не дома, Дань. — увидев машину с нужными номерами, помахала водителю рукой, обозначая себя, и побежала вниз по ступенькам крыльца. — Но уже вызвала такси, приеду чуть позже тебя.
— А где ты? Может нам подъехать тебя забрать? Пап? — сын, видимо, обернулся к отцу, спрашивая его согласие.
  
Забрать? От клиники? Тогда придётся отвечать на закономерный вопрос, что я здесь делала.
Данька пока не знал о моём диагнозе. Экзамены, поступление и так далее. Я решила не говорить сыну о моей болезни. Пока. Не отвлекать его, не заставлять нервничать и переживать. Ни я, ни врач ещё не знали, как будет развиваться болезнь. Придёт время, и сын узнает. А пока пускай будет так.