Служанка для прокаженного лорда (СИ)

— Я слышал, проказа неизлечима, — Латарина незаметно придвигается ближе. 
К нам подходят ещё двое моих старых знакомых, приветствуют и становятся рядом, увеличивая нашу и без того не маленькую компанию.
— Так как же тебе удалось победить болезнь, мой мальчик? — лорд Драги. 
— Не было никакой болезни, милорд. Ко мне подослали убийцу с кинжалом, отравленным “слезами бездны”.
  
— Ах! 
— Но кто мог хотеть вашей смерти? 
— Как же тогда вы выжили? 
— Уже известно, кто убийца? 
Ворох вопросов и гомон перебивающих друг друга голосов, от которых у меня начинает ломить виски. Но дело сделано. Я уже сказал, то, что сказать было нужно, и знаю, что теперь мои слова быстро разлетятся среди благородных гостей. 
— Сегодня положено веселиться, поэтому мне бы не хотелось утомлять вас мрачными рассказами, — ухожу от ответов. 
Обвинять герцога напрямую слишком рискованно, но уверен, что многие и без моей подсказки догадаются, кто мог стоять за этим покушением. 
Поднимаю глаза туда, где на тронном возвышении стоял де Гарти… и встречаюсь с ним взглядом. 
Он нервничает. Чует, что я здесь по его душу. 
— О, Кейн, не скромничайте, нам было бы безумно интересно узнать любые подробности, — леди Надина придвигается ближе, слегка оттесняя своим движением юную блондинку в диадеме, чем вызывает у той на лице вспышку яростного негодования… которая, впрочем, тут же сменяется скромной улыбкой, когда блондинка замечает, что на неё смотрят. 
Прежде подобное поведение леди мне даже льстило. Сейчас же всё это лишь бесконечно утомляет. 
Уверен, ни одна из этой троицы не осталась бы рядом, увидев меня в том состоянии, в котором я был, когда в моей жизни появилась Тайли. Уродливый калека, которому едва хватало денег на сносное существование. 
Леди продолжают улыбаться, но меня не трогают их улыбки. Всё это пустота, которая ничего не стоит, потому что сломается при первых же трудностях. 
Я вижу это. Чувствую. Понимаю.
Тайли другая.
Пальцы вновь горят от желания ощутить в своих руках её хрупкое тело, в пах отдаёт горячей волной, и я резко сжимаю зубы, отдёргивая камзол. 
— Лорд Кордэйн, вы хорошо себя чувствуете? — заботливо интересуется лорд Бристани.
— Кхм, я… Прошу прощения… я всё ещё не до конца оправился после отравления.
Тайли, Тайли, Тайли... теперь я отравился ею. Но это самый сладкий яд. 
— Лорд Кордэйн, возможно, в саду вам станет лучше. Не желаете ли пройтись? У меня как раз есть к вам важное дело, которое я хотел бы обсудить с глазу на глаз. 
— Конечно, милорд, — хватаюсь за возможность выбраться из душной компании. — Простите меня, леди, лорды, я вынужден вас покинуть. 
— Ах, лорд Кордэйн… как жаль! Мы ведь ещё не услышали историю вашей победы, — Арита.
— И историю вашего загадочного выздоровления, — Надина. 
Слышу вздох разочарования, но уже направляюсь следом за лордом Бристани в сторону зимней оранжереи. 
  
Глава 51. Всего лишь булавка
 
Кейн Кордэйн 
— Лорд Кордэйн, я никак не могу взять в толк, в чём секрет свечения этих “звёздных гирлянд”?
Хитрый жук даже не пытается быть деликатным и сразу берёт оленя за рога. Он же не надеется, что я вот так просто выдам ему все секреты?
— Боюсь, здесь я ничем не могу вам помочь, лорд Бристани. Сами понимаете, это теперь достояние моей долины.
Лорд Бристани сворачивает на одну из многочисленных извилистых тропинок знаменитого “Королевского белого сада” — большой закрытой оранжереи, примыкающей к главной торжественной зале дворца.
Надеюсь, Лайонел не забудет показать Тайли это место. Ей бы здесь точно понравилось.
Я бы хотел показать Тайли дворец сам и при других обстоятельствах, но пока наше будущее настолько туманно, то выбирать не приходится. Тем более, что лучшего случая представить Тайли обществу было бы трудно найти.
А сделать это нужно. И как можно скорее...
— Так и думал, что вы откажетесь отвечать, — как ни в чём не бывало пожимает плечами лорд Бристани, возвращая меня к нашему разговору. — Я слышал, земли, которыми вас наградил наш король, находятся в некотором запустении. И чтобы помочь в их развитии, вам требуются значительные вложения. Не так ли?
Похоже, старик весьма живо интересовался моей судьбой. Интересно, зачем?
— Уверен, я смогу с этим справиться, лорд Бристани и давайте уже перейдём к делу. О чём именно вы хотели поговорить?
— Хорошо. К делу, так к делу, я тоже не люблю лирику, — морщится. — Как вы знаете, я весьма богат, и у меня достаточно влияния.
Молча киваю.
— И вы, вероятно, знаете, как я люблю свою дочь.
— Знаю. К чему вы ведёте?
— Видите ли, дорогой лорд Кордэйн, я хочу быть уверен, что моя дочь останется с надёжным, ответственным и неглупым человеком. Как и некоторые мои дела, которые перейдут ей по наследству, — тут он бросает на меня многозначительный взгляд. — Так вот после всего, что я о вас слышал, я думаю, вы именно тот человек, который мне нужен.
— Нет.
— Что значит нет? — лорд Бристани едва не давится воздухом. — Вы же понимаете, что Латарина одна из самых завидных невест? И на ваше счастье, она без ума от рассказов о вашем геройском прошлом.
— По-вашему, я должен этому радоваться?
— А почему нет? Я предлагаю мои деньги, мои связи и мою прекрасную дочь.
— И я весьма благодарен вам, Лорд Бристани, но своё слово я уже сказал.
— При всём моём уважении, дорогой лорд Кордэйн, вы не в тех обстоятельствах, чтобы швыряться подобными предложениями! — в его тоне появляются язвительные нотки. — Я отчётливо понимаю, кому было выгодно подослать к вам убийцу и поверьте, в этом противостоянии без меня у вас будет о-очень мало шансов!
— И всё же я попытаюсь.
Останавливаюсь, не желая более продолжать нашу прогулку.
— Лорд Бристани, если это всё, что вы хотели мне сказать, то на этом мы закончим разговор. Уверен, ваша прекрасная дочь не испытывает недостатка в поклонниках и выберет себе того, кто будет рад вашим деньгам и вашим связям.
Вежливо кланяюсь. Разворачиваюсь и, раздражённо чеканя шаг, направляюсь обратно в сторону бальной залы.
Хруст белой каменной крошки под ногами, мягкий свет фонарей в полутьме, поворот извилистой дорожки, ещё поворот.
Мне хочется хотя бы издали увидеть Тайли. Её присутствие придаёт равновесие любому идиотизму моей жизни.
— Кейн, погоди, — меня догоняет Изабелла, преграждая дорогу. — Да постой же ты!
— Изабелла, нам не о чем разговаривать.
И не думаю останавливаться.
— Кейн, прости меня! Когда мне сказали, что те увечья останутся с тобой навсегда, я просто испугалась. Я… подожди же… пойми, я была убита горем…
— И утешалась в объятиях моего брата, — заканчиваю за неё эту фразу, продолжая шагать в сторону залы.
— Нет же, любимый, всё было не так… — почти натурально всхлипывает. — Я пыталась найти выход! Опрашивала лучших лекарей!
Лгунья.
Я знаю, что мой брат промотал состояние и вот-вот останется без своего столичного особняка. А значит, и Изабелла, которая привыкла к роскошной жизни, теперь вынуждена задуматься о своём будущем. Странно только, что её целью снова стал я, ведь она знает, что у меня тоже проблемы со средствами.
Что-то здесь не сходится.
— Кейн, я так скучаю по тебе… — она всё-таки обгоняет меня, преграждая дорогу.
Раньше дрожащего подбородка и слёз в глазах Изабеллы было достаточно, чтобы мне хотелось бросить к её ногам весь мир. Но сейчас это лишь утомляет. Ровно так же, как и пустые улыбки придворных леди, за которыми они скрывают свои мелкие интрижки.
  
Хорошо, что всё это осталось в прошлом.
Ухмыляюсь собственным мыслям и пытаюсь обойти Изабеллу, но она вцепляется в манжеты моего камзола.
— Кейн, любимый, я была так глупа и так сожалею об этом… я безумно по тебе скучала…