Бывает и хуже?. Трилогия - Игорь Алмазов, Виктор Молотов (СИ)

– Можете идти, – Лаврова всё ещё не могла смириться с тем, что я справился с планом.
Вика бросила на меня быстрый взгляд и скрылась за дверью.
– Легко Агапову планы выполнять, – подал голос Шарфиков. – Ему же медсестру дали.
Выпад так себе, если честно.
– Стас, у тебя тоже есть медсестра, – напомнил я. – Как и практически у всех здесь. Так что эта отговорка не прокатит.
  
Он резко покраснел.
– Всё равно у тебя участок был заброшен, – настаивал он. – А значит, люди теперь с удовольствием побегут, куда ты им скажешь, потому что…
– Довольно! – рявкнула Лаврова.
Шарфиков тут же замолк.
– Беляева, Агапов, вы молодцы, – сквозь зубы продолжила Тамара Павловна. – Остальные – исправьтесь на следующей неделе, иначе буду меры. Все свободны.
Мы начали расходиться. Шарфиков первым выскочил из кабинета, демонстративно хлопнув дверью.
Я вышел одним из последних, и в коридоре меня поймала Юля.
– Ты молодец, – улыбнулась она мне. – Прозванивал списки?
– Ну да, мне Вика дала с моего участка, – кивнул я.
– Я тоже, – закивала она головой. – Татьяна Александровна отказалась помогать, мол, у неё и так работы много. Но я и сама справилась.
– С ней вообще очень сложно, наверное, – сочувственно проговорил я.
– Ну, работу свою она знает очень хорошо, – возразила Юля. – А вот характер несладкий, да. Ладно, побежали на приём, а то пациенты заждутся!
Я вернулся в кабинет и позвал следующего пациента. Приём продолжился.
К часу дня мы приняли всех пациентов, и образовалось окно перед вызовами. Лена уткнулась в журнал ОМС, а я решил сам сходить в отделение профилактики и узнать насчёт школ здоровья.
В кабинете была одна Ирина Петровна, Вика снова где‑то ходила.
– Пришли лично от меня тоже похвалу услышать? – улыбнулась женщина.
Явно стала ко мне добрей, чем в самую первую встречу.
– Нет, я по поводу школы здоровья, – ответил я. – Готов попробовать этим заняться.
– Ой, это отличные новости! – всплеснула она руками. – Я уже так давно этого хотела. Давайте для начала откроем школу здоровья, посвящённую вредным привычкам. Курение, алкоголь.
Любовь к сладкому. Да уж, актуальная тема, учитывая, что я с собой до сих пор борюсь. Хотя тяга и стала меньше, периодически проскальзывает мысль вроде: «Ну, раз уже перестал есть сладкое – съешь разок, ничего не будет».
А на тему курения можно и Костю позвать. Давно уже думал о том, что надо помочь ему бросить эту пагубную привычку.
– Что от меня требуется? – спросил я.
– Подготовить материалы для первой лекции, – тут же ответила женщина. – Давайте во вторник в шесть вечера. У нас есть конференц‑зал в детской поликлинике, вот в нём и проведём.
– Отлично, – шесть вечера – очень удобное время и для меня, и для посетителей. Конец рабочего дня.
К тому же в понедельник я дежурю в стационаре, а там будет удобно выкроить себе время на подготовку материалов.
– Но по поводу диспансеризации я всё‑таки вас похвалю, – неожиданно сказала Ирина Петровна. – Сегодня же подам подробный отчёт Власову.
Власов обрадуется этому ещё меньше, чем Лаврова. Он сам спит и видит, как бы меня уволить из поликлиники. Но пока у него не особо получается.
– В общем, давайте во вторник сделаем пробную лекцию, и если всё пройдёт хорошо – уже активно начну этим заниматься, – предложил я.
– И я вас тогда проведу по бумагам, – закивала та. – Отличная мысль.
Я уже собирался уходить, но Ирина Петровна меня остановила.
– Вика о вас довольно часто говорит, – невзначай начала она. – Вы… встречаетесь?
И почему всех в этой поликлинике так волнует моя личная жизнь?
– Мы не встречаемся, хоть это и не ваше дело, – ответил я.
– Прошу прощения, – женщина смутилась. – Просто… спросила.
– Я не очень хочу обсуждать с вами свою личную жизнь и надеюсь на понимание, – строго сказал я. – Всего доброго!
Вышел из кабинета и вновь столкнулся с Викой.
– Извини, – я собрался пропустить её в кабинет, но она меня остановила.
– Отойдём на секунду сюда, – она пригласила меня в соседнюю дверь.
Когда мы зашли в кабинет, она в нерешительности замерла посреди комнаты.
– Что такое? – спросил я.
– В общем, я слышала конец вашего разговора, – покраснев, ответила Вика. – И хотела тебе всё объяснить.
А ещё в этой поликлинике очень любят подслушивать. И сплетничать.
– Что объяснить? – приподнял я бровь.
– В общем, у Ирины Петровны в молодости был роман с врачом, – выпалила Вика. – Вот, и она его очень любила. А потом ему предложили место в Москве, и он уехал, а её бросил. Она очень страдала после этого и так и не вышла замуж больше.
Печальная история, только зачем её знать мне? Да, теперь я больше понимаю Ирину Петровну как человека, но всё‑таки…
– А я тут при чём? – уточнил я.
– Ну, она ко мне просто как к дочке относится, – смущённо пояснила Вика. – С моей мамой хорошо дружит, и она моя крёстная. И она опасается, что у меня будет такая же судьба. Поэтому готова гнать от меня всех парней.
А, теперь понятно.
– В любом случае, как мы общаемся – это не её дело, – прямо сказал я. – И в мою личную жизнь тоже лезть не стоит.
– Да я понимаю, просто решила рассказать, – кивнула Вика. – Ладно, я побежала работать!
Она выскочила из кабинета, я последовал за ней. Что ж, с Ириной Петровной поведение хоть как‑то оправдано. А почему так себя ведёт Татьяна Александровна – это загадка.
Вернулся в свой кабинет, приступил к инвалидностям. Были готовы все документы Простовой, поэтому я оформил её и ещё одного пациента. Время до вызовов ещё было, так что я поспешил сдать их Савчук.
Добрался до главного корпуса и замер возле её кабинета. Там кто‑то ругался, причём на повышенных тонах.
– Я тебе ещё раз говорю, отдавай мне деньги! – послышался мужской голос. – Это мои деньги, я их заработал! Мне теперь даже жить негде!
– Это наши общие деньги! – а это уже голос Савчук. – За дом мы платили вместе. Сергей, это суд подтвердил!
– Да какой, к чёрту, суд⁈ – бушевал мужчина. – Ты меня обманула, наверняка всех там подкупила. Это мой дом!
– Мы приобрели его в браке, так что он делится поровну, – ответила Савчук. – Я тоже работала и тоже зарабатывала деньги.
– Ах ты с… – послышалась ругань.
Я не мог больше оставаться в стороне и резко распахнул дверь. Оба уставились на меня с удивлением.
– Ты ещё кто такой? – недовольно спросил мужчина лет сорока, с явными признаками злоупотребления алкоголя на лице. – Чё надо?
– Я врач, – спокойно ответил я. – И пришёл к своему начальнику. А вам не стоит говорить с женщиной в таком тоне.
– Ты куда лезешь⁈ – гаркнул он. – Убирайся, мы с Лизой сами всё решим.
– Сергей, пожалуйста, давай не на работе, – умоляла Савчук.
– Дай мне деньги – и можешь где угодно и с кем угодно говорить, – огрызнулся тот. – Сучка, думаешь, что ты тут под защитой?
Он для убедительности ударил кулаком по столу, отчего бумаги, лежащие на нём, подпрыгнули.
– Значит так, – холодно произнёс я. – Или вы сейчас же уходите, или я вызываю охрану и полицию. Это медицинское учреждение, а не место для ваших разборок.
– А может, я твоему защитнику фейс подправлю, – он сделал неровный шаг ко мне.
– Не смей! – испугалась Савчук.
Я не сдвинулся с места.
– Немедленно. Покиньте. Территорию. Больницы, – повторил я. – Или я приму меры.
Мужчина злобно на меня посмотрел, явно оценивая.
– Ладно, но не думай, что я смирился, Лиза, – бросил он Савчук и резко вышел из кабинета.
Женщина закрыла лицо руками.
– Ох, как же он надоел! – простонала она. – Мы развелись месяц назад, через суд. А он всё никак не успокоится с этим домом!
  
Да уж, неприятная ситуация. Что‑то сегодня я много участвую в чужих трагических судьбах.
– Всё будет хорошо, – успокоил я женщину.
Чувствую, с этим Сергеем нам ещё предстоит столкнуться.