Бывает и хуже?. Трилогия - Игорь Алмазов, Виктор Молотов (СИ)

— Спасибо, дорогой, — она вытерла слезу. — Уважил старуху, не оставил меня одну в беде.
Я ещё раз улыбнулся и покинул палату. Так, впереди вызовы на дом, а в восемь вечера — снова в стационар. Сегодня я домой не попаду, надо бы сообразить что-то с приёмом пищи.
Вернулся в поликлинику и на первом этаже поймал Виолетту. Та бежала куда-то со стороны регистратуры, вся в своих мыслях.
  
— Виолетта, у меня вопрос, — я поймал её за локоть, и та легонько вздрогнула. — А у нас здесь есть столовая?
— Конечно, Александр Александрович, — удивлённо кивнула она. — Ваше любимое место же… Ой, я не то хотела сказать!
Она покраснела, явно мечтая провалиться сквозь землю.
— Всё в порядке, — успокоил я девушку. — Просто запамятовал, где она.
— В подвале, — она всё ещё прятала смущённое лицо. — Вот сейчас прямо пойдёте, лестницу вниз увидите. Только поторопитесь: она до трёх часов.
— Спасибо, — я ободряюще ей улыбнулся и поспешил в указанную сторону.
Столовая действительно нашлась. Небольшое помещение, несколько столов, стульев, раздаточная линия. Пахло едой, не самой аппетитной, но вполне сносно.
За раздачей стояла полная женщина лет пятидесяти, в белом колпаке.
— Здравствуйте, — обратился я к ней. — Что есть сегодня?
— Первое — борщ или гороховый суп, — монотонно начала перечислять она. — Второе — котлеты с макаронами, гуляш с гречкой, рыба с картошкой. Салаты винегрет, капустный. Компот и чай. Всё как обычно, доктор.
Судя по всему, Агапов был завсегдатаем этой столовой. Впрочем, я не удивлён. Ни капельки.
Внимательно посмотрел на витрину. Борщ был жирным, сверху плавали круги масла. Гороховый суп был очень густым, не подойдёт. Значит, без первого.
Так, котлеты и макароны сразу нет. Гуляш — мясо с подливой. Нет. Хотя греча хорошая.
Картошка — тоже нет: это было пюре, наверняка с молоком и маслом.
Винегрет и капустный салат были заправлены маслом и тоже не подходили. Я вздохнул.
— Можно мне просто гречу? — попросил я. — Без гуляша.
Женщина удивлённо на меня уставилась.
— Заболел, что ли? — спросила она. — Зачем только гречу-то брать?
— Мне нужна просто гречка, — повторил я. — Без мяса, без соуса, без масла.
Сомневаюсь, что заправку здесь делали из полезных масел вроде оливкового, поэтому не буду рисковать.
Она покачала головой, но положила мне порцию гречи в тарелку.
— Ещё что-нибудь? — приподняла она бровь.
— Есть капустный салат не заправленный? — уточнил я.
— Нет, только готовые, — отрезала она.
Кто бы сомневался! Представляю, как для неё чудно видеть Агапова, который сейчас будет обедать одной гречей. Но куда деваться.
— Тогда всё, — подытожил я.
— Восемьдесят рублей, — она пробила мой гарнир на кассе.
Зато сэкономил. Денег-то пока что не очень много. Но после комиссий и дежурств в стационаре положение должно выровняться.
Взял поднос с одинокой тарелкой и нашёл себе стол в углу столовой. Начал спокойно есть.
А про себя думал, что нужно выбрать себе нормальную диету, чтобы её придерживаться и не быть голодным. На одной гречке я далеко не уеду. Нужно питаться сбалансированно, мясо исключать нельзя. Возможно, попробую готовить дома что-то более разнообразное и носить с собой. Всё-таки местная столовая доверия не вызывает.
— О, снова Агапов, — раздался чей-то язвительный голос.
Да дадут мне вообще поесть спокойно или нет? Я поднял голову и увидел ту курносую девушку, которая приносила мне документы по участку в первый день. Уже сделал вывод, что она медсестра.
— Соблюдайте субординацию, — мне не нравился её тон. — Обращайтесь ко мне по имени и отчеству. Что вы хотели?
— Александр Александрович, я хотела поинтересоваться, с чего такая перемена вашего привычного рациона «жру всё, что попадётся»? — фыркнула она. — На диету сели?
— Вас это не касается, — спокойно ответил я.
Она закатила глаза.
— Если это ради меня, то у вас нет шансов, — добавила она. — Лучше с рукой своей подружитесь, Александр Александрович.
— А вы держите язык за зубами. Так разговаривать с врачом непозволительно, — строго ответил я.
Она фыркнула, развернулась и гордо вышла из столовой.
Ну и заноза маленькая. Я особо не обращал внимания на её слова, главное, чтобы соблюдала дистанцию.
Пообедал своей гречей и тоже покинул столовую. Зашёл в регистратуру, переписал свои вызовы. Их сегодня накопилось семь штук, предстояло много работы.
— Александр Александрович, — меня робко подозвала к себе Виолетта.
Я подошёл к ней, чуть ли не в угол регистратуры.
— Вы простите меня ещё раз, дуру, — торопливо сказала она. — Я вообще не то имела в виду, когда говорила про столовую. Ну, просто вы туда часто ходили… Ну, я удивилась, что забыли, где она. Я не имела в виду…
— Мы уже забыли это, — мягко ответил я. — Я не обижаюсь, и хватит вам уже извиняться. Было и было, проехали.
— Спасибо, — она явно выдохнула с облегчением. — По поводу вызовов… У вас на участке моя тётя живёт, и она сегодня тоже вызвала. Вы уж посмотрите её.
Странная просьба, как будто если бы это не была тётя Виолетты, то я бы и смотреть её не стал.
— Конечно, посмотрю, — удивлённо кивнул я.
— Ну, я к тому, что… Внимательно, — она снова спрятала взгляд.
— Виолетта, я всех пациентов смотрю внимательно, — заметил я. — Так что такие дополнения вовсе ни к чему.
— Я поняла, — торопливо кивнула она. — Извините… Ещё раз.
Она быстро убежала за стеллажи с картами. Чудная немного.
Я же собрался и вышел на улицу. Уже было моё время, и Костя должен был подъехать.
Однако вместо машины я увидел только самого водителя, который быстрым шагом шёл ко мне. Даже интересно видеть его не в автомобиле. Первый раз узнал, что он, оказывается, такой рослый. Настоящий великан, под два метра.
— Походу, пешком ты сегодня будешь по вызовам ходить, — дойдя до меня, заявил он.
А это ещё что за новости?
  
Глава 12
 
Почему это я сегодня должен обходить свои вызовы пешком? Это всё потому, что я толстый, да?
— Что случилось? — спросил я.
Костя тяжело вздохнул и достал очередную сигарету.
— Машина застряла, — прикуривая, буркнул он. На меня табачный дым пока что не летел, поэтому я не стал это комментировать. — Еду я, значится, по Саратовской. А дороги там никто не чистил. Попросил было Шарфикова пешком добежать, там минут пять ходьбы было. Но где там, он отказался. Я и заехал в сугроб. Полного привода нет, не выбраться.
— А эвакуатор не вызывал? — уточнил я.
— Вызвал, — фыркнул Костя, стряхивая пепел. Затем он зашёлся в кашле, прокашлялся и продолжил. — Они до вечера не приедут. У них вызовов вагон по всему городу, везде такая же картина. Так что тебе пешком придётся.
Я посмотрел список своих вызовов. Семь штук, да и мой пятый участок находился далековато от больницы. Пешком, по занесённым снегом тротуарам, с моим весом… Это не то что к вечеру — к завтрашнему утру не успею.
— А Шарфиков что? — уточнил я.
Эта ситуация произошла по большей части из-за его вины и нежелания пешком дойти до вызова, поэтому он мог помочь.
— Махнул рукой и пешком на вызов ушёл, — ответил водитель, туша окурок и выкидывая его в урну. — У него один как раз и остался. Сказал, что остальное его не колышет.
Великолепно. Шарфиков, ты просто герой дня.
— Понял, — кивнул я. — Тогда пошли.
— Куда пошли? — удивился Костя.
— Доставать машину, — улыбнулся я. — Саратовская не так далеко отсюда. Я буду толкать, а ты газовать. Авось откопаем.
— Я думал мужиков попросить с гаража, правда, вряд ли кто сейчас свободен, — растерянно проговорил водитель. — Но не ожидал, что ты помощь предложишь.
  
Водители с гаража сейчас явно не помогут. У них свои задачи, своя работа. Кто-то возил лекарства, кто-то был водителем в скорой. Им бы самим не застрять.
Поэтому, если машина была нужна мне, то и ситуацию надо было брать в свои руки.